Сто тысяч миль (СИ)

Мы не должны стрелять. Выстрел выдаст нас. Мы должны спрятаться в густой листве проклятых деревьев. Мы обязаны сидеть молча, пока Монти Грина разрывает свора бешеных псов. Бо глухо зарычал, понимая, что они в меньшинстве. Пульс набатом стучал в ушах. «Нам пора перестать идти на сделки с совестью», — прозвучала в голове Рэйвен Рейес. К чёрту Протокол.
К чёрту. Дурацкий. Протокол.
Я выстрелила первой, пулей вышибая мозги одному из шакалов. Выстрел разнёсся хлопком, и я выстрелила ещё раз. Упал второй. Бо тут же ринулся в атаку, раздирая глотку третьему. В шакала, что вцепился в Монти, выстрелил Атом. Грин тоже попал чётко в лоб ещё одному, что нёсся, спеша его разорвать. Но этого было всё ещё недостаточно. Миллер спрыгнул из укрытия первым, приземляясь в нескольких шагах от Монти. Я спрыгнула следующей, больше не в силах отсиживаться в безопасности. Хватит убегать. Хватит прятаться. Хватит!
Почуяв новую цель, часть шакалов бросились на нас. Рейес сняла нескольких с дерева, пока я пробивалась к Бо. Он уже был почти без сил: твари истрепали его и задавили числом. Несколькими точными выстрелами я разнесла им головы — часы тренировок были не зря. На земле вдруг оказался Гленн, оттягивая ещё часть шакалов на себя.
Когда земля превратилась в кровавую кашу из трупов, нам оставалось избавиться всего от нескольких тварей. Но шорох листвы послышался совсем с другой стороны. Я успела обернуться, взводя оружие, но было уже поздно. Стрела просвистела в нескольких дюймах от меня и вонзилась в спину Гленна под левую лопатку. Он не издал ни звука. Просто рухнул ничком и замер. Следующая стрела просвистела следом. Бо упал на землю после её попадания в бок. Боже… Нет.
— Не советую в меня стрелять. — Я обернулась на мужской голос из зарослей. Лысая голова. Закованное в латы крепкое тело. — Мои лучники всегда попадают в цель.
Красноватое клеймо на лбу. Вот туда я и выстрелю. В руках у меня не лук. Я не промахиваюсь.
В миг, как я почти нажала на курок, стрела вонзилась в моё плечо. По руке будто разнёсся огонь, и хватка на прикладе разжалась против воли. Винтовка упала к моим ногам, пока я в неверии смотрела на торчащее из руки древко стрелы. Позади меня Монти бросил оружие, когда из зарослей шагнул ровный ряд лучников. Не меньше двух десятков.
— Сдавайтесь, — приказал всё тот же лысый.
Мы проиграли. Это была последняя мысль перед тем, как сознание заволокло непроглядной темнотой.
========== Глава 14. Кларк ==========
Я проснулась от нестерпимого жара и боли во всём теле. Во рту пересохло, а от попытки пошевелить левой рукой стало так больно, что я почти застонала.
Комната по размеру больше напоминала тюремную камеру, нежели жилое помещение. Глухие каменные стены, тусклый свет масляной лампы. На тумбочке рядом с кроватью я заметила стакан с водой и попыталась сесть, вновь сжимая зубы от болезненного спазма. На плече чуть выше локтя была повязка, наложенная весьма грамотно и аккуратно. Вместо костюма меня переодели в тёмный балахон длиной почти до самых пят. Здоровой рукой я схватила стакан и выпила всё до дна. Плевать, если там отрава. Не выпью — сдохну от жажды ещё раньше.
От попытки подняться на ноги закружилась голова. Я снова рухнула на постель. Где я, чёрт возьми? Где Атом, Рэйвен, Монти? Что было на наконечнике той стрелы, что я тут же потеряла сознание? Если Мёрфи был прав, то лучше в муках умереть от сепсиса. Клейма на лицах означали одно — они изгнанники. Преступники. Разбойники. Почему мы так нужны им? Лёгкая мишень?
Я вздрогнула, услышав поворот ключа в замке. И крупно задрожала, когда в проёме появился тот самый лысый, которого я едва не убила точным попаданием в голову. Вместо доспехов на нём теперь был чёрный балахон, подпоясанный чем-то вроде тонкого каната. На груди висел резной амулет в виде пирамиды с расходящимися от основания лучами. «Второй Рассвет», — вспомнила я. Кажется, командир Блейк называл их именно так.
— Все уже проснулись и готовы предстать перед госпожой. Замечательно, — от его жуткой улыбки у меня по спине пробежали мурашки. — Братья, помогите нашей новой послушнице. Госпожа не любит ждать.
 
Он исчез в низком дверном проёме, вместо него в комнатушку занырнули ещё двое мужчин в чёрных балахонах. Я забилась в угол, подгребая под себя ноги.
— Нет! Не трогайте меня!
Но они будто не слышали. Как зомби. Когда грубые пальцы сомкнулись на повязке, я заорала от застелившей глаза боли. По щекам потекли невольные слёзы. Им было плевать. Меня стащили с кровати. Колени подогнулись, но крепкая хватка не дала упасть. Мелкие камешки холодного пола впились в босые ступни. Я старалась идти ровно — от боли в руке уже и так хотелось умереть. Спутанные волосы упали на лицо и глаза, но обе руки были в цепкой хватке тюремщиков. Меня тащили по коридору с одинаковыми дверьми — такими же, как моя. Долгий путь вверх по лестнице и проход сквозь несколько залов. Против воли я всё равно путалась в своих ногах и с радостью упала на колени, когда руки отпустили и надавили на плечи.
Большой зал. Холодящий колени ледяной пол. На возвышении у самой дальней стены — нечто, похожее на трон. Будто выкованный из оружия разных видов — по бокам торчали острия мечей, кинжалов, причудливо изгибающиеся, переплетённые, будто ветви дерева, он высился почти до потолка. Девушка в элегантном доспехе с тем же символом пирамиды на груди казалась неотъемлемой частью трона. Её алый плащ мягко стелился по уродливой конструкции, контрастируя с чёрным боевым раскрасом на глазах и скулах. Даже без представлений я уже знала — это Лекса.
— Хеда, — поклонились ей мои сопровождающие.
Я повернула голову вбок. Облегчённо выдохнула, встречаясь взглядом с Рэйвен, Атомом и Миллером. Позади послышались ругательства, а затем слева от меня двое мужчин на колени повалили Монти. Живы. Все живы. Боже. Нас окружило не меньше десятка «братьев» в чёрных балахонах, пока мы не сводили взгляда с девушки. Если раньше у меня ещё были мысли, что нас приволокли в город Лесного Клана, то теперь они полностью исчезли.
— Что ж, добро пожаловать в колыбель новой цивилизации, — она встала со своего места и спустилась по ступенькам со своего возвышения. Её плащ мягко скользил по полу, когда она подошла чуть ближе, чтобы рассмотреть нас. — Как вам прогулка по лесам? Понравилось?
— Ах ты мразь! — Атом бросился вперёд. Тут же схваченный стражами, снова рухнул на колени, кипя бессильной злобой.
— За такое у нас обычно отрубают руку. Но на первый раз, думаю, я проявлю милосердие. Что думаете, братья?
— Из пепла мы восстанем, — хором голосов прозвучало у нас за спиной.
И в этот момент мне стало действительно страшно.
— Вам наверняка любопытно, кто мы и зачем вас сюда привели. Что ж. Давайте я представлюсь. Великая Хеда Лекса. И вы здесь, потому что я хочу даровать вам честь присоединиться к нам в почётной миссии. Наш мир умирает, радиация убивает нас. Пусть наши души чисты, но наши тела… Тела несовершенны. Они хранят в себе все ошибки наших предков. Однако вы… Вы — совсем иное дело. Насколько мне известно, ваши тела — совершенство. В них нет болезней, только сила и здоровье. Именно поэтому мне так важно, чтобы вы были с нами.
— С вами в качестве кого? Рабов по вынашиванию ваших ублюдков? — огрызнулась Рейес, глядя Хеде прямо в глаза.
Миг — и Лекса выхватила кинжал из ножен на поясе. Его остриё упёрла в подбородок Рэйвен, вынуждая ту поднять голову и посмотреть прямо на неё. Миллер почти вскочил со своего места, но стражи вовремя удержали его на месте.
— Милая, — Лекса склонилась к Рейес и мягко улыбнулась, — для вынашивания наших детей вовсе не нужен язык. Ещё несколько грязных словечек — и я прикажу братьям отрезать его. Хочешь рискнуть?
Рэйвен тяжко сглотнула. Я впилась ногтями в ладони, молясь, чтобы Рейес замолчала. Я верила: эта чокнутая не шутит.
— Отлично, — Хеда снова довольно улыбнулась и убрала кинжал обратно. — Я понимаю, что вас вырастили в абсолютно варварских порядках, и принять нашу философию вам не так просто. Поэтому будет лучше, если с вами буду говорить не я, а тот, кто хорошо вам знаком. Наш первый почётный брат из ваших рядов. Мой приближённый. О! А вот и он, — она посмотрела куда-то за наши спины.