Сто тысяч миль (СИ)

Вдруг ожил коммуникатор. Из сопла двигателя корабля вырвалось облако чёрного дыма.
— Рейес! Рейес, ты здесь? — с надеждой выпалил я, уклоняясь от очередной стрелы.
— Мёрфи? — её голос послышался из динамика. — Ты где? Где Финн?
— Коллинз с Лексой. Мы расчищаем оцепление землян вокруг челнока. Ты внутри? Мы почти прорвались.
Бум. Бум. Бум.
— Не тратьте патроны. Пустите их к нам. Пусть подойдут ближе.
— Что?
— Уходи из лагеря, Мёрфи. Уводи ребят!
— Ты что задумала? Хочешь всё тут сжечь?
— Аккумулятор сдохнет с минуты на минуту. Шевелитесь!
— Я не брошу вас там.
— Значит вернись за нами потом, мать твою!
— Сколько вас в корабле?
— Тридцать пять.
— Остальные?
— Забрали.
Послышался гул кислородных насосов, сгущающих топливный окислитель. Эта лиса не шутила.
— Погоди с поджогом, Рейес. Дай им привести побольше людей.
— Идите.
— Ты понимаешь, что сейчас сожжёшь больше половины нашего оборудования?
— Лучше, чем кто-либо ещё. Но так надо, — впервые её голос так сильно задрожал.
А потом она отключилась.
Мы были уже за частоколом, когда рёв двух десятков реактивных двигателей оглушил, посылая по земле волны вибраций. Затряслись деревья, птицы в испуге вспорхнули с веток. Огонь и дым взмыли ввысь. Волна нестерпимого жара пронеслась мимо. Тут же чёрные клубы рассеялись повсюду, пока пламя с треском пожирало почти всё, что мы успели отстроить.
Тридцать пять человек. С Коллинзом, мной и отрядом — сорок восемь.
Сорок восемь из ста.
Игра ещё не окончена, земные ублюдки.
***
Перед глазами стояла мутная пелена.
— Но зачем? Зачем вы это сделали?
Рэйвен отвернулась. Монти тяжело вздохнул. Джон приложился к кружке.
— Я не смогла бы стоять и смотреть, как пытают наших людей, — в голосе Рейес звучало хриплое отчаяние. — Я бы сдалась и делала то, что они попросят. Ремонтировала бы корабль. Довезла бы их до «Ковчега». Я — трусиха. Предпочла отрезать нам последнюю ниточку к дому, чем сдать её в руки землянам. Я сожгла почти всё топливо и больше половины бесценных ресурсов. «Исход» вряд ли когда-то ещё сможет взлететь. И… Наверняка из-за меня погиб кто-то из наших. Нам пришлось отбиваться от толпы этих нелюдей, и в какой-то момент их стало слишком много. Мы с Монти… Мы закрыли шлюзы. И если ты сейчас пожелаешь мне смерти, я не стану тебя за это осуждать.
Впервые я увидела у неё в глазах слёзы. Монти закрыл лицо руками.
— Ублюдки взяли корабль в кольцо, никто всё равно не мог к нему пробраться. Я там был, я знаю, — сказал Мёрфи.
— Вы действовали согласно Протоколу, — прошептала я. — Никогда в этой жизни я не стану осуждать никого из вас.
— К чёрту Протокол, — злобно выплюнула Рейес. — Ты знала, что они задумали? Поэтому вернулась? Хотела предупредить?
— Рэйвен…
— Что «Рэйвен»? Я рада видеть тебя, Кларк, живую и здоровую, но ты хоть понимаешь, как это выглядит?
Я не могла совладать с голосом несколько долгих секунд — снова задыхалась от кома в горле.
— Простите меня. Они много раз угрожали мне всё здесь уничтожить, но я никогда не воспринимала угрозы всерьёз. Я не понимала, чем рискую.
— Ты видела Лексу? — вскинулся Мёрфи.
— Нет, никого с таким именем. Я… Мы с Уэллсом не отошли от лагеря даже на полмили, но там уже была засада. На нас напали воины Лесного Клана. Решили вести к своему Совету. У нас не было особого выбора…
Исповедь полилась сама собой. Я говорила, порой запиналась, порой не могла подобрать нужные слова. Порой взволнованно сглатывала от внезапной сухости в горле. Все страхи, переживания и надежды рвались из меня вместе с рассказом о нескольких неделях, показавшихся вечностью. Я вновь мысленно стояла перед советниками и дрожала от волнения, будто лист на ветру. Вновь слышала вкрадчивый голос Аарона, вновь спорила с Беллами, говорила с Аньей и следила за причудливыми обычаями землян. Вновь решалась на побег и попадалась командиру. Вновь сквозь стыд и боль осознавала свои ошибки.
Меня не перебивали. Даже когда я закончила рассказ, они молчали. Я не спешила нарушать тишину — мой ворох мыслей тоже не торопился укладываться в цельную картину.
 
— То есть, — первым подал признаки жизни Джон, — ты хочешь сказать, что из-за твоего побега они поняли нашу истинную опасность. Доложили об угрозе этой своей чокнутой Командующей. А она уже должна была разобраться с нашим лагерем и с нами по своему усмотрению.
Я кивнула. Командир Блейк немало рассказывал мне о Коалиции, главой которой представилась Лекса. Но, как оказалось, ещё о большем он умолчал. Что у Коалиции есть Командующая, которая вправе творить то, на что их Военный Совет не решился.
— Почему Советники «Ковчега» ни слова не сказали нам про «Маунт Уэзэр»? — в унисон моим мыслям спросила Рейес.
— То есть факт присутствия на этой проклятой планете смертельного вируса тебя вообще не волнует? — вклинился в разговор Атом.
Я печально усмехнулась.
— У нас не слишком много шансов победить его самостоятельно. Если мы и заражены, то единственное лекарство сейчас находится в «Маунт Уэзэр». К тому же, у них может быть средство для связи с «Ковчегом». Бункер — наша цель номер один.
— И Советники почему-то о нём умолчали, — по-настоящему озадаченно проговорила Рэйвен.
— Ты полностью исключаешь факт того, что они не знали? — спросил Джон.
— Нет, не исключаю, — выдохнула она. — Но если знали? Какая может быть причина не говорить нам? Обезопасить?
— Когда хотят обезопасить, то говорят, что играть с огнём опасно, а не ждут, пока сам его добудешь и сожжёшь кислорода на месяц жизни. Чёрт его знает. Вопросов как всегда намного больше, чем ответов.
— Но теперь у нас хотя бы есть цель, — заметил Монти. — Есть гипотетическое убежище. Есть… хоть что-нибудь.
Я уставилась на свои руки, сложенные на коленях. Уставшая. Опустошённая. Но хотя бы не одна. Подняв голову, я посмотрела на Джона.
— Что случилось после запуска двигателей «Исхода»?
Мёрфи отвёл взгляд.
— Расчёт был на то, что адское пламя их испугает, и у нас будет время скрыться. Так и случилось — какое-то время земляне не рисковали подходить близко. Незадолго до того момента мы как раз обнаружили эту пещеру и решили перекантоваться здесь. Но нас было больше сорока, и идти сквозь лес всей толпой было самоубийством. Потому мы решили разделиться на три группы по пятнадцать человек.
— Они всё-таки нас выследили по следам и сломанным веткам, — слово взял Монти. — В том бою мы потеряли Коннора и Майка. И ещё двое потом умерли от заражения. Земляне забрали Рому и Харпер, и… — его голос вдруг сорвался. Грин тяжело сглотнул. — Нас осталось шестеро. Атом, Гленн и Миллер нас защищали. А мы бежали, как трусы. Спасали чёртово оборудование. Мы ждали другие две группы. Рэйвен четыре дня выслеживала их по радарам.
— Они не пришли, — от тоски защемило сердце.
— Не пришли, — эхом повторил Монти.
— Странно, что отряды Лесного Клана не рыщут по округе. Мы не настолько талантливо спрятались, — заметила Рейес. — Если эти звери с клеймами на лицах не местные и могут не знать про это место, то Лесной Клан…
— Ничего странного, — возразил ей Джон. — Они захватили или убили почти всех в лагере. Что им толку усиленно охотиться на нас? Всего шестерых? Но в одном ты права. Расслабляться нельзя.
Я внимательно вглядывалась в каждого из друзей. Всё это время я боялась, что вирус уже добрался до них. Но они выглядели нормально. Бледные, но внешне здоровые.
— Насчёт этой местной заразы… — начала я. — Вы не чувствовали каких-то странных симптомов? В лагере были случаи летального исхода?
— В первые несколько дней — да, но ты и сама об этом знаешь, — ответил мне Монти. — После вашего исчезновения больше никто серьёзно болел. Адаптировались. Это хорошо или плохо?
— Пока хорошо, — тихо сказала я. — Наше ДНК проектировали невосприимчивым ко всем известным человеку типам вирусов. Я не знаю, как получился этот штамм, но я склоняюсь к версии, что он — творение рук человека. И тогда мы защищены.