Поворот судьбы (СИ)

— Вы пришли в мой дом без приглашения! Вы мешаете наслаждаться представлением. — начал он по-хозяйски
— Мир тебе Амалик! Пусть всё, что ты имеешь — умножиться! — восхвалял его Зара. — Прости нас.
— Какой к Баалу мир, когда жить не дают? У меня есть всё, а наслаждаться этим некогда!
— Мы не хотели мешать. У нас случилась беда, поэтому мы здесь.
— Секундочку. — выставил он палец. Протянул руку и поцеловал ручку нежной женщины. — Ты восхитительна, как всегда.
— Благодарю, хозяин.
— Мне очень жаль, что наслажденье — грех, а грех — увы! — нередко наслажденье. — одарил он её своими комплиментами.
Она поклонилась. Встала возле него в ожидании и покорности.
— Вы все так, говорите. Зара, кто это с тобой, и что за беда? — вновь обратился к ним Амалик. — Предупреждаю, что я враньё не терплю. Правду я всегда узнаю. Не даром меня называют — Пауком Вавилона.
— Это мои… — начал Зара.
— Помолчи, пусть этот кудрявый говорит. — указал он пальцем.
— Я Дарий, со мной Ибрагим, Шмуэль и Айше.
— Тебе сколько лет?
— Четырнадцать.
— А я думаю, от чего ты с этой мелочью возишься? На вид тебе лет на пять больше. Тебя чем кормили?
— Как и всех. Мой отец из севера, поэтому я ростом в него пошел. — Дарий сделал ответный ход — Да и ты еще юнец, а перед тобой взрослые пресмыкаются.
— В этом ты прав. Мне семнадцать, и всё, что ты видишь — я создавал последние три года. — улыбнулся Амалик — Ну рассказывай, с чем пожаловал?
— Мы ищем укрытие от волкодавов. — голос его при этом был спокойным, а речь размеренной.
— Вы про сегодняшний погром на рынке? — кажется они ищут, какую-то ордынку. — Никогда их не видел, а видел я многое.
Дарий дёрнул Зару за рукав. В его выражении ясно читалось: «куда ты нас привёл?». Амалик улыбнулся. Это не ускользнуло от его глаз.
— Я привёл их сюда, зная, как ты не любишь псов. Я надеялся, что ты нам поможешь. — влез в раговор Зара.
Амалик бросил презрительный взгляд в сторону Зары. Тот быстро опустил взгляд в пол. Властолюбивый юноша подошёл к Дарию и посмотрел ему в лицо.
— Что у вас есть?
— Ничего. — огорчённо ответил Дарий.
— Вас ищут за сокрытие ордынки и убийство четверых псов. С вами опасно вести дела. А вам нечего мне предложить. — развёл он руками.
— Откуда ты всё знаешь? — удивился Ибрагим.
— Я Амалик — у меня глаза и уши по всей столице. В Вавилон попадает вся информация обо всём в мире. А я знаю все её источники.
— Я нужен вам, но, чем вы полезны для меня? — сказал он сурово. Наклонившись к ним, он сцепил свои руки сзади в замок.
— У нас нет денег. Мы не знатного рода, но мы можем работать. — не унимался Дарий.
— Работать? — переспросил Амалик и резко повернулся на каблуках. — Ну что же.
Он почесал подбородок и стал медленно расхаживать вокруг ребят. Останавливался и рассматривал их. Больше всех он заинтересовался — Айше. Он взял её за подбородок. Тщательно осмотрел юную девичью фигуру.
— Да, некоторые из вас могут не плохо отработать долги. — сказал он.
Айше брезгливо отстранилась. Она прекрасно поняла намёки этого парня. Дарий выступил вперёд. Закрыл её своей грудью и посмотрел прямо в глаза Амалику.
— Если такова плата, то мы лучше заночуем на улице. — выпалил он.
— Ну что ты кипятишься? — вдруг перешёл на ласковый тон хозяин дома. — Я не собираюсь делать ничего этой девочке. Пока она сама не захочет. — он подмигнул ей.
— Она не захочет. — вставил Дарий.
Амалик не стал ругаться. Он ненадолго задумался, а затем сказал:
— Так и быть. Джин проведёт вас в убежище. А завтра я решу, что с вами делать. Идёт? — вытянул он руку Дарию. Парень колебался, но пожал холодную руку Амалика. Хозяин слащаво улыбнулся. Дарий понял, что тот уже знал, какую работу им предложит.
— А теперь отправляйтесь отдыхать. Завтра тяжёлый день!
С массой вопросов и опасений, подростки покинули гения подпольного Вавилона.
  
Птичка в клетке
 
Мелкицедек продолжал получать уколы от собственной совести. Да, он избавился от возмутителя Кефы. Ашер ушёл в себя, и никто не оспаривал лидерство десятника. Надолго ли? Во всяком случае, у Мелка теперь есть время на укрепление своего главенства в отряде. Благо теперь Хаммурапи снова с ним.
 
Датапатиш брёл по улицам разбитой столицы пиптов. Оик изменился. Везде реяли флаги Вавилона — коронованный лев с человечьей головой. Южане хозяйничали, как хотели. Караваны пленников снаряжали в дальнюю дорогу. Захваченное добро укладывали в телеги. Драгоценности, реликвии, шкуры, мебель — всё что представляло интерес. Дикие животные сидели в клетках. Среди них, внимание Мелка упало на маленькую птичку. Она порхала от стенки к стенке. Как это трудно, подумал десятник — видеть небо, но не парить в нём. Вдруг его осенило! Не он единственный страдает сейчас в ожидании неизвестного.
Сын Иеффая направился ко дворцу. Бывшее жилище князя, представляло из себя четырёхэтажную крепость. Восемь башен с узкими бойницами. Замок примыкал северной стеной к горной скале. Стены частично покрывал плющ.
— Отлично — подумал Мелк.
С наступлением темноты, разведчик, укутавшись в плащ и прикрыв лицо, отправился на приступ. Он проскользнул по крышам домов ко дворцу. Нужно было пробраться на внутреннюю стену незамеченным.
— Пробираюсь, как вор — корил он себя. — Прав был отец, когда говорил: «Один раз оступишься — постоянно спотыкаться будешь».
Мелк достал арбалет с катушкой и прицелился. На стене появился стражник. Разведчику пришлось подождать, пока тот пройдёт, но тот не спешил. Вдруг охранника окликнул напарник. Самое время для выстрела — подумал десятник. Стрела была выпущена. Он попал в цель, не мог не попасть. Закрепив арбалет, пополз по верёвке. Ловко перебирал руками и ногами, как на тренировках. Канат потрескивал от напряжения. Разведчик знал, что он выдержит, главное, чтобы стрела не выпала. Наконец он добрался. Прикрываясь тенью, Мелк двигался, словно дикая кошка. Миновал охрану, встал у плюща. Карабкаться по стеблям которого, было одно удовольствие. Он добрался до верхушки растения. Оставалось добраться к оконам княжеской опочивальни. Что он и сделал. Внизу послышался смех, а значит десятник остался незамеченным.
— Ваше величество. — шептал разведчик. — Ваше величество.
Ответа не было. Мелк выковырял маленький камушек и бросил прямо в окно. Он не промахнулся. Даже снаружи было слышно эхо падения снаряда. Послышался шорох.
— Кто здесь? — заговорил женский испуганный голосок.
— Ваше Величество! Как же я рад, что вы говорите на вавилонском языке!
— Кто вы? Мне не видно вашего лица.
— Я Мелкицедек, сын Иеффая. Ваш… — он замялся, подбирая слова и, собрав всё своё мужество в кулак выпалил:
— Ваш пленитель.
Ответа не последовало. Видимо женщина не знала, как отвечать такому неожиданному гостю.
— Как вы смеете ко мне приходить? Да ещё и как вор! Вы второй раз оскорбляете меня!
Она стала голосом совести Мелкицедека и похоже, не собиралась умолкать:
— И вы прекрасно знаете, что я не… — она понизила тембр, высунув своё милое личико в окошко. — Я не княгиня, я лишь притворяюсь нею. Это всё ваша вина. Вы! Вы! Вы убили мою госпожу!
Девушка исчезла. Тайный посетитель слышал её всхлипывания.
— Госпожа! Я буду вас так называть, потому что знаю, что виновен.
Плач прекратился. Девушка слушала его внимательно.
— Пожалуйста выслушайте меня. Мои пальцы скоро совсем занемеют и я сорвусь состены так и не поговорив с вами. Тут очень неудобно держаться.
В окошке вновь появилось очертание милого личика.
— Я слушаю.
— Я хоть и не убивал вашу княгиню, но не предупредил трагедии. В этом я виновен! Заверяю вас, что Кефа, который убил принцессу — жестоко наказан.
— Каким образом?
— Ваши соплеменники схватили его и подвесили изуродованный труп на стене Оика. Я невольно стал частью этого заговора. Я был там, когда его схватили, но не поднял тревогу. Признаться, я даже рад, что бог покарал его. — Мелк замолчал, собираясь с силами. — Видите, вы теперь знаете два моих самых страшных греха. Я доверяю вам их. Вы можете наказать меня, рассказав визирю, если пожелаете. Но если пощадите, то приобретёте верного друга.