Записки кельды 2 (СИ)
03. ЗРЕЛОЕ ЛЕТО
ВАСЬ-ВАСЬ
Тот же день, 01.03 (июля). 0001
Вечером, после тренировки, аристократически собравшись у рояля* (ну в самом деле, пока тёплые вечера, надо успевать попеть на свежем воздухе), Галя с Кириллом вдруг родили идею: пригласить своего старого учителя музыки.
*Это надо произносить
с благородным выразительным «о».
— Мама! Браги же говорил, что нашему оркестру нужен хороший руководитель?
— Да ты не агитируй меня за советскую власть! Василь Василич — нормальный мужик, правильный! Лишь бы согласился.
Этого человека я действительно была бы рада видеть: как всякий нормальный сибирский мужик, он понимал и в строительстве, и в сельском хозяйстве. Не считая того, что был гениальным с моей точки зрения педагогом-музыкантом. Гале с Кирей повезло, что они учились у него в музыкальной школе. Огромный детский оркестр народных инструментов, которым он бессменно руководил много лет, всегда вызывал у меня неизменный восторг. Преподавал он так же и в училище искусств (балалайка, домбра и баян), пока с ним не случился инсульт. Потом он похоронил свою жену. Потом собаку. Совсем сидеть дома сил не было, и Василь Василич попросил оставить ему несколько часов в музыкальной школе. Галя с Кирюхой навещали его время от времени. До того, как перешли сюда.
— Сколько ему лет-то? — спросил Вова.
— Ой, я и не знаю, милый. Восемьдесят, что ли. А может и больше. Лишь бы жив был.
ЗРЕЛОЕ ЛЕТО
Новая Земля, остров-острог, 01.03 (июля) — 40.04 (августа).0001
Вот и перевалила макушка лета. Вторая половина, зрелое лето, оказалась немного жарче первой, хотя я бы не сказала, что мы прямо умирали. Довольно знойно днём, зато какие тёплые звёздные ночи! Купались в непривычно тёплых заливчиках просто до одурения. Мы, иркутские, после ледяной Ангары так вовсе блаженствовали!
День потихонечку шёл на убыль, но пока ещё «воробьиными шажками».
Приехал Василь Василич (наш Вась-Вась). Какой же он стал старенький! Дня три он приходил в себя, Кире с Галей приходилось его опекать, а потом пошёл нормальный возрастной откат и дядька забе́гал! Обещал открыть осенью музыкальный класс для наших короедов. Отличная идея, я считаю. Надо вообще про школу подумать. Какое-то образование быть должно, чтоб не превратиться нам в подобие староверов, сидящих по глухим заимкам и ничего кроме пары книжиц в жизни не видавших.
Галя почти каждый день ходила с Кадарчаном на охоту, в погребе теперь было полно мяса: и тебе оленина, и лосятина, и кабанятина, и всякая птица. Кончились консервные супы, аллилуйя! Её, кстати, в образе чёрного тигра, а потом здоровенного медведя сфотографировали с нами у портала в качестве «домашних питомцев». Надеемся, что это хоть на время отвадит агрессивных дураков.
Домашняя скотина нагуливала бока и лоснилась. Вот ещё была тема: сено на зиму заготавливали в промышленных масштабах. Все, кто только мог.
Дед рыбачил как заведённый, выдавая нам такие результаты, что я с лёгким сердцем бросила всех свободных девушек и детей на сбор ягоды и на помощь в огороде.
В огороде, кстати, всё пёрло и колосилось со страшной силой! И на грядках, и в теплицах. И молодую картошку уже вовсю подкапывали.
Дяденька-ресторатор, что о поставках договаривался, не подкачал. Оформил все санитарные документы честь по чести, аккуратно получал и дичину, и рыбу, и даже овощи-зелень с нашего огорода — бизнес у него, судя по всему, пошёл в гору. Заказал несколько рисунков и гравюр у наших художников — именно чтобы не с сайта распечатанных, а оригиналов! Предложили ему наших фирменных столов и лавок — «подлинник мебели из баронства Белый Ворон». А что, говорю, можем даже малость попользованные продать. Если за хорошие деньги. За нашими столами, между прочим, даже боги не брезговали сидеть! Загорелся! Хороший клиент, в общем.
Кстати, сыра надо ему предложить. Наши с Валентиной эксперименты не всегда сразу были прям суперудачные, но вполне съедобные. За полтора месяца (наших полтора месяца, по сорок дней) мы поднаторели, и сыр стал получаться как надо, с одинаковым результатом. На сегодня мы на пятёрку освоили качотту, ламбер и мягкую сливочную рикотту, другие сорта пока в процессе. Барствуем, по утрам бутерброды с сыром и какавой…
Тайга продолжала радовать нас ягодой. Сперва на северной оконечности острова, на гольцах, поспела красная смородина — буквально на второй день после праздника. При желании можно было переплыть левый рукав (теперь с помощью дедовой способности это было вообще легче лёгкого) — каменистые берега там аж светились красным, но нам хватало и здесь. Кадарчан, бегавший «проверить лес» по обоим берегам, совсем близко от дороги нашёл голубичник (тогда ягоды ещё чуть-чуть не дошли, но к середине третьего месяца были уже вполне), а километрах в двух на юг от брода, в сыром редколесье — здоровенный черничник, расползшийся на оба берега. Ну, до черники дело дошло дней через сорок после середины лета.
Так они и поспевали друг за другом, не давая нашим собирателям продыху.
Кстати! Маленький островок в левом рукаве оказался густо заросшим черёмухой. Созрела она по времени почти вровень с голубицей, но Валя сурово объявила, что дети наберут недозрелых ягод, тут нужен взрослый взгляд и всё такое; так что за черёмухой дед возил только серьёзных дам (два-три-четыре рейса делал, за́раз все не входили). С её обработкой тоже вышла забавная ситуация. Набрали мы от всей души, по полтора-два ведра (КАЖДАЯ!) — ну конечно, доктор, дайте мне таблеток от жадности, ДА ПОБОЛЬШЕ!!! Тридцать вёдер черёмухи. Тридцать, Карл! Составили мы их в ряд в кухне и сидим, тупим: как же дальше-то быть? Протирать её через сетку — это ж помереть можно! И тут в чью-то светлую голову пришла мысль:
— Валя! Ты же можешь с огнём-водой всякое! Ну-ка, попробуй ягоду посушить.
Аллилуйя! Дальше мы только успевали ягоду по противням разравнивать и сухую в мешки ссыпа́ть. Придётся её, конечно, молоть. Мельница ручная у нас не очень производительная — больше на кофемолку похожа. Рабский труд, что ли, опять эксплуатировать?.. Кстати! Ставлю галочку на полях: записать в нужное меленку!
— А что, девочки, мне понравилось! — завязывая последний мешок, высказалась Уйгуна. — Давайте завтра ещё поедем?
И мы поехали. А потом ещё поехали. И ещё поехали… Потому что мало что может сравниться с пирогом, щедро начиненным черёмухой и сдобренным сверху сметаной. Слюнки побежали. Пойду, съем что-нибудь.
Так, на чём я остановилась?
Якутки, кстати, вообще молодцы, стараются изо всех сил: и огородную науку усвоить, и с животными, и по лесу побегать, за ягодами-грибами, и на рыбалку. Это мечтательным эльфочкам приходилось время от времени в уши вводить, что одними фантазиями сыт не будешь. Эльфы должны быть справными хозяйственниками, а не прозрачными задохликами, таков наш девиз! Парни вон, вроде в ум вошли. Всё стараются усвоить, всякое мужское ремесло. У некоторых уже вижу склонности к чему-то конкретному. Андринг всегда вызывается в подмастерья к Никите, если в кузне нужна помощь. За ним же тянется Толитиль. Если требуется выбирать всякие выемки в дереве, чтобы венцы были идеально подогнаны, в команде Степана скорее всего будут Эдрадор, Серегер и Коле. По линиям Коле вообще можно циркули и линейки проверять. Марк — в том сразу видно будущего командира. Старается быть рядом с бароном, учится всему, в том числе и командованию людьми. Долегон в последнее время часто уходит в лес с Кадарчаном и Галей; старый эвенк сказал — хорошо чувствует лес, чувствует зверя. И только весёлый Глирдан не проявляет особой склонности ни к чему, кроме своей музыки, но всё, за что бы он ни брался, даётся ему так же легко — вот счастливая звезда!
Раз уж упомянула Никиту, надо сказать, что сваяли они с подмастерьями для Вовы доспех. Просто устрашающий! Толщина пластин была сантиметра два, не меньше, а то, может, и чуть больше. Совершенно неподъёмная получилась штука. Вовка, влезая в эту броню, становился двух с половиной метров ростом и широким, как трёхтумбовый шкаф. Часть соединений была на винтах, но мужики не оставляли надежды изобрести какой-то хитрый механизм для облегчения сборки-разборки.