Солнце для двоих

Охваченная страхом, Дебора заткнула пальцами уши, чтобы не слышать вызывающие ужас звуки. Постепенно грохот стал ослабевать, пока не прекратился полностью. Снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь мягким, убаюкивающим шумом дождя.
Завернув за угол, Дебора увидела то, чего мысленно уже ожидала и чего больше всего боялась увидеть. Лавина камней, вывернув по дороге как спички огромные деревья, сползла в реку, засыпав по пути проложенную вдоль нее тропинку. От земли и торфа вода превратилась в густую темную кашу.
Мартин! Где Мартин?
С возгласом ужаса и отчаяния Дебора бросилась вперед, тщетно пытаясь увидеть среди нагромождения глыб желтый дождевик Мартина. Увы! Вокруг не было ничего кроме черных камней и коричневой торфяной грязи. Она снова и снова выкрикивала его имя, надеясь услышать отклик по ту сторону оползня. Ответом ей было глухое эхо скал.
Не может быть, чтобы он погиб. Неужели Мартин лежит, погребенный под тысячами тонн камней. Он, который так полон жизни и энергии.
Дебора поняла, что ей не под силу перелезть через образовавшийся завал, и решила вернуться за помощью. Задыхаясь на ходу, она помчалась что было сил к дому Норманов.
Теперь, когда Мартин, быть может, мертв, она поняла, что любит его. Почему же она поняла это так поздно? Отчего ее сердце так долго держало это в тайне.
Спотыкаясь о камни и скользя по мокрому торфянику, Дебора бежала со всех ног по тропинке, бессвязно бормоча молитву: «Господи! Сделай так, чтобы Мартин остался жив, чтобы он оказался на другой стороне оползня, живой и невредимый».
От быстрого бега у нее закололо в боку. Каждый вздох, казалось, рвал ее легкие. Она влетела в переднюю и с ужасом увидела, что желтого дождевика на стене нет.
— Не может быть! — воскликнула она и, навалившись на дверь, буквально ввалилась на кухню.
Рей хлопотала у раковины. Ламберт сидел за столом. Мозг Деборы отметил их присутствие итут же забыл о них. Она увидела Мартина, стоящего у плиты с кофейником в руке.
Упершись в дверной проем, Дебора тщетно пыталась побороть охватившее ее головокружение. Пол раскачивался под ней, как палуба корабля в шторм. Со словами «я никогда не теряю сознания» она бледная как смерть рухнула вниз.
В то же мгновение раздался стук ударившегося о стену кофейника, и сильная рука Мартина подхватила падающую Дебору.
— Деб! В чем дело? Что с тобой?
С трудом преодолевая головокружение итошноту, она подняла голову. Это был не сон. Ее держал Мартин. Живой иневредимый.
— Мартин! Я люблю тебя! — прошептала Дебора. — Я не знала этого до той минуты, пока не испугалась, что ты погиб.
— Погиб? — недоуменно переспросил Мартин.
— Я думала, что ты попал в оползень.
— Какой еще оползень? — все еще не понимал тот.
— Разве вы не слышали грохот?
— Ламберт включил на полную мощность радио.
Дебора провела рукой по щеке Мартина, ощутив его шершавую бороду. Передо мной вполне живой человек, говорила она себе. У призраков не бывает бороды. Она чувствовала тепло его дыхания, согревавшего ей щеку. И по мере того, как она все больше убеждалась в том, что это не сон, ее лицо стало розоветь.
— Ламберт сказал мне, что ты отправился прогуляться, и я пошла за тобой вслед. Внезапно раздался страшный грохот и оползень обрушился на тропинку, по которой мы оба шли. Я стала кричать, звать тебя. Ты не отзывался, и я подумала, что тебя засыпало камнями. И вот тогда я поняла, что люблю тебя. — Дебора встревожено взглянула на Мартина. — А может быть, ты больше меня не любишь? Моя просьба жениться на мне была самым идиотским поступком в моей жизни. Я понимаю, за одно это можно возненавидеть…
— Дебора! Дорогая! Как ты думаешь, почему на мне дождевик? Потому что я собирался идти искать тебя… А знаешь, выйди ты на эту тропинку десятью минутами раньше, оползень накрыл бы тебя…
— Этого мне даже в голову не пришло — удивилась Дебора. — Я думала только о тебе.
— Знаешь, хватит нам мучить друг друга. Давай признаемся в том, что мы оба влюблены.
— Тогда скажи первый, что любишь меня, — потребовала Дебора.
 
— Ты еще не моя жена, а уже мне приказываешь! — засмеялся Мартин. — Хорошо, слушай. Дебора Ломмел! Я люблю тебя, и люблю так сильно, что мне не хватит всей моей жизни, чтобы доказать тебе это.
Он улыбнулся той мягкой доброй улыбкой, которая так редко появлялась на его лице и которую она так любила.
— Согласна ли ты стать моей женой?
— Да. Согласна! — счастливо улыбнулась Дебора. — И я готова жить с тобой где угодно. Главное, чтобы вместе. Мне безумно нравится Исландия, но за тобой я готова последовать хоть на край света.
— Кажется, оползень оказал нам обоим добрую услугу, — глубоко тронутый ее словами, сказал Мартин.
— Теперь самое время рассказать обо всем Норманам. Пока мы признавались друг другу в любви, Рей потихоньку увела снедаемого любопытством Ламберта из кухни, хотя тот всячески упирался и не хотел уходить.
…Четыре дня спустя Ламберт объявил всем своим друзьям и родственникам о том, что к ним с Рей приехала его любимая внучка Дебора, что она выходит замуж за Мартина, который получил место врача и остается навсегда в Исландии.