Некробудни. Смерть — не оправдание (СИ)

Согх непонимающе нахмурился, поднял руку к лицу, и тут же рукав его пальто, ровно там, где всего мгновение назад лежала ладонь, занялся пламенем.
Мне самой пришлось тушить образовавшийся пожар, обжигая пальцы. Сначала я старательно сбивала пламя с рукава, а потом и с отворота пальто, за который Согх зачем-то схватился.
— Слушайте, впервые вижу настолько огнеопасного человека, — проворчала я, размахивая в воздухе обожженной рукой.
— Иса, боюсь, мне нужна ваша помощь, — невозмутимо сообщил Согх, вытянув ладони так, чтобы случайно не коснуться чего-нибудь. — В кармане моего жилета лежит пузырек, достаньте его.
Подумав немного, он неуверенно добавил:
— Пожалуйста.
Я выполнила просьбу, хотя не могла отделаться от ощущения, что собираюсь его обворовать, пока расстегивала пуговицы пальто и шарила по карманам жилета.
Пузырек оказался небольшим, круглым, с деревянной пробкой и россыпью мелких черных таблеток внутри.
— Достаньте две.
Я вытряхнула таблетки на ладонь и выжидательно уставилась на Согха.
— Ближе, — велел он.
Когда сухие и горячие губы коснулись моей руки, пришлось собрать все силы, чтобы не отдернуть ее. Казалось, что сейчас я загорюсь так же, как совсем недавно это было с пальто, и меня тоже придется тушить.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????
Пронесло.
Согх насмешливо следил за тем, как я остервенело растираю ладонь, а в зрачках его неторопливо затухал огонь.
— И что это сейчас было? — спросила я озабоченно. Очень хотелось отсесть от него подальше — в другой конец кареты, но это было малодушное желание, и я боролась с ним как могла. — Вы только что тут едва костерком не разгорелись?
— Можно и так сказать.
— А поподробнее?
Он улыбнулся.
— Секрет за секрет? — предложил он.
— У меня нет секретов.
— Правда? — Согх прищурился. Он больше не собирался ничего поджигать, но неопасным не выглядел. — Тогда расскажите мне, Иса, чем вызвана ваша враждебность?
— Враждебность? — Я не верила своим ушам. — Я вас только что от возгорания спасла.
— Это не отменяет вашей ко мне неприязни. Смею надеяться, оставшейся в прошлом. Что я сделал не так? Или не я?
— Это просто нелепо! Мне следует знать о вашем состоянии, чтобы в дальнейшем понимать, когда это может вновь повториться и что нужно делать. Если мы все же будем сотрудничать.
— Будем, — кивнул он. — И раз уж мы будем сотрудничать, мне бы хотелось наладить наши отношения. А для этого я должен знать причину, по которой они испортились.
Звучало разумно и справедливо, и Согху, в отличие от Ашера, мне было бы совсем не сложно рассказать о самом низком поступке моей матери. Потому что звучало бы это как обвинение, а не как жалоба. В какой-то мере мне этого даже хотелось. Обвинить его семейку в непрофессионализме.
Но это очень легко могло вылиться в ссору, потому что я не очень хорошо умела подбирать слова, а Согх не выглядел как человек, способный хорошо держать себя в руках. Да он же пиромаг на таблетках!
Наверное, мне не стоило этому удивляться. В Кеменске мне не полагалось даже нормальных союзников. Только умертвие с амнезией и… Согх.
— Иса? Если дело все же в том, что вам пришлось провести ночь на кладбище, я готов принести свои извинения и возместить ущерб…
— Щедро и за счет города? — не сдержалась я.
Его это почему-то задело.
— Я совершенно серьезен.
Как вышло, что мы все равно оказались в шаге от ссоры или выяснения отношений, я так и не поняла. Просто почувствовала неладное и с удивлением отметила, что Согх начинает злиться. Какой бы эффект ни был у принятых им таблеток, настроение они точно не улучшали.
— В любом случае не думаю, что сейчас удачное время для подобных разговоров, — осторожно заметила я.
Он молчал дольше, чем стоило бы, и я занервничала. Показалось даже, что откуда-то потянуло дымком.
Но Согх кивнул и снова отвернулся к окну. И наваждение рассеялось.
Остаток пути мы ехали молча. Он равнодушно смотрел куда-то сквозь проплывающий мимо город, я периодически с тревогой косилась в его сторону, задаваясь одним важным и неразрешимым вопросом: как вообще такой жуткий тип мог изображать из себя дружелюбного и неопасного градоправителя.
 
У него ведь, похоже, не только со стихией какие-то проблемы, но и с головой. Потому что я тогда совершенно точно чувствовала запах дыма, это не была галлюцинация, и на его рукаве определенно раньше была только одна прожженная дыра, теперь же их стало две.
***
В новое пальто я переоделась быстро, пока Согх складывал старое так, чтобы его удобнее было нести. В зеркало не смотрелась и не поняла, что он имеет в виду, когда услышала одобрительное:
— Вам очень идет.
— Что? — Я бросила быстрый взгляд на свое отражение и не поверила увиденному. Даже после долгого сна под глазами лежали тени, а кожа была нездорово бледной, но это уже не так сильно привлекало внимание. — Вроде как и на нормального человека стала похожа.
Согх улыбнулся, полностью довольный полученным эффектом.
— Все же с цветом я не ошибся.
— Долго оно на кладбище не проживет, — напомнила я, не отрываясь от своего отражения. И сама же решила: — Подберу какое-нибудь удобное для работы.
Когда мы вернулись на кладбище, Ашер мое преображение тоже одобрил практичным:
— Теперь не будешь так сильно выделяться.
— Зато ты будешь, — отозвалась я, озабоченно разглядывая его. Мое пальто ему подошло, скрыв грязную рубашку, но спрятать в вороте что-то, кроме носа, он не мог.
— Главное — добраться до моей квартиры, — сказал Согх. И велел Ашеру: — Опустите голову и смотрите под ноги, когда покинем кладбище. Главное — поймать карету.
До ворот мы дошли в напряженном молчании. Ашер постепенно отставал все больше, а на границе кладбища неожиданно остановился, не в силах переступить невидимую черту. Просто встал как вкопанный в проеме калитки и беспомощно посмотрел на меня.
— Кажется, я не могу, — с трудом произнес он.
Согх вопросительно приподнял бровь, ожидая, видимо, пояснений. Будто бы раньше я уже с таким сталкивалась и знаю, что нужно делать.
— Тебя что-то не пускает? — наугад спросила я. — Чувствуешь сопротивление?
Ашер медленно покачал головой.
— Нет. Но… я не покидал кладбище с момента своего пробуждения. Я не знаю, что может произойти. Вдруг я окончательно умру?
— Ну ты же не снял мои накопители, — напомнила я, подойдя к нему и протянув руку ладонью вверх. — И я тебе совершенно точно могу сказать, что земля на кладбище никакая не особенная. В ней, конечно, есть магия смерти, куда же без этого, но знаешь, в чем еще есть магия смерти? Во мне. И в моих накопителях. И в тебе. Давай же.
— Иса…
— Рано или поздно тебе придется покинуть кладбище. Так зачем ждать? — Я протянула вторую руку. — Я помогу. Ты же мне доверяешь?
Ашер замешкался.
И какое-то мгновение мне казалось, он сейчас скажет, что я совсем не вызываю доверия, выгляжу подозрительно и вообще мы недавно познакомились, развернется и уйдет вглубь кладбища. Быть может, вернется к склепу или пойдет искать новое убежище.
Согх стоял позади меня и терпеливо ждал.
Я начинала нервничать.
И уже хотела опустить руки, когда Ашер наконец коснулся моей ладони.
— Наверное, я выгляжу жалко.
— Вот уж глупости, — сказала я, резко дернув его на себя.
Ашер качнулся вперед, зацепился ногами за нижнюю перекладину калитки и рухнул на меня. И лежать бы нам на земле, если бы не помощь градоправителя.
— Вам стоит быть осторожнее, — устало произнес он, придерживая меня за плечи.
 
— Да, простите.
Ашер был не в состоянии произнести ни звука. Он смотрел на меня широко распахнутыми глазами — я ощущала исходящий от него холод и едва уловимый запах плесени.
— Живой, — прошептал он неверяще, до боли стиснув мои руки.
— Ну, насчет «живого» ты, конечно, себе льстишь, — проворчала я. Ашер давил на меня холодом, сзади Согх припекал теплом, а мне очень не хватало личного пространства.