Некробудни. Смерть — не оправдание (СИ)

Руки дрожали от злости, когда я пыталась застегнуть пальто, стоя перед входной дверью из темного дуба. Свои вещи не собирала, не было времени. Потеря драгоценных минут на сборы старой сорочки и щетки для волос казалась бессмысленной.
Я знала адрес прачечной, и, быть может, если очень повезет, у меня есть шанс добраться туда раньше, чем произойдет что-нибудь непоправимое.
Например, до того, как убьют всех свидетелей или сожгут саму прачечную…
Одернув рукава пальто, я потянулась к дверной ручке и замерла, когда щелкнул замок.
Первым порывом было броситься в спальню и запереться там. Смысла в этом было мало: я едва ли успею пролететь всю гостиную раньше, чем откроется дверь. Но желание такое возникло, и ему было очень сложно сопротивляться.
Пространства в скромном жилище градоправителя было даже больше, чем нужно. Из-за этого создавалось ощущение, что чего-то катастрофически не хватает.
Мне казалось, уюта. Но я мало что в этом понимала.
— О, — Согх в изумлении воззрился на меня, прижимая к боку какой-то сверток и пухлую папку, — вы уже встали.
— А вы удивлены, — в свою очередь отметила я. — А почему? Я не должна была так рано проснуться? А может, я вообще не должна была проснуться? Может, это и не снотворное было на самом деле, а какой-нибудь яд?
— Снотворное? — нахмурился он непонимающе. — Яд?
Я не стала ничего объяснять. Скрестив на груди руки, молча смотрела на него снизу вверх. И кажется, впервые за всю жизнь жалела, что оказалась ниже кого-то.
Согх все понял сам, без моих объяснений, и рассердился. Это было видно по его лицу.
— Послушайте, Иса, я действительно дал вам всего лишь успокаивающий отвар. Чтобы вы могли быстрее уснуть. Все остальное сделал исключительно ваш организм.
— То есть вы хотите сказать, что я сама себя вырубила до обеда?
— Именно это я и хочу сказать. Не пренебрегай вы отдыхом, этого не случилось бы. Вы не сделаны из стали, Иса, пора бы это уже понять, — кивнул он и сделал небольшой шаг вперед. — Давайте продолжим разговор внутри.
В его словах была правда, и я даже готова была поверить в то, что Согх ни в чем не виноват и это просто организм меня подвел, но одного важного факта это никак не отменяло — он ушел без меня. Мог же разбудить.
— Хотелось бы, — соврала я, — но не могу. У меня срочные дела.
Я попыталась протиснуться мимо градоправителя, но он преградил мне путь рукой.
— Она никогда не работала в прачечной, — сообщил Согх туманно, но я сразу же поняла, о ком речь, и затаила дыхание. — Желаете узнать, где работала?
Я отступила назад, возвращаясь в квартиру, позволяя ему войти следом и закрыть за собой дверь.
В свертке, что принес Согх, лежало совершенно ужасное пальто нежного кремового цвета, которое по какой-то неведомой причине оказалось для меня.
— Я его не надену, — сообщила сразу же. Самым возмутительным образом забыв даже поблагодарить за заботу… за неловкую и ненужную попытку позаботиться обо мне.
— Но почему? — Градоправитель непонимающе разглядывал пальто, разложенное на диванчике. — Ваше пришло в негодность.
— Мое еще можно спасти. А если я в этом на кладбище появлюсь, меня же умертвия засмеют.
— И… вас заботит мнение мертвецов? — с сомнением уточнил Согх. Судя по взгляду, в первую очередь он сомневался в моей адекватности.
— Меня беспокоит то, что после нескольких посещений кладбища пальто может прийти в негодность. Лучше отдайте его кому-нибудь другому… Летиции вон подарите.
— Ошибся с цветом, — быстро сообразил он, угрожающе пообещав: — Поменяю.
И прежде чем я успела хоть что-нибудь возразить, протянул мне папку.
Внутри имелось множество анкет со множеством имен и одной неизменной фотокарточкой мило улыбающейся Бетси.
— Как… вы их все нашли? — спросила я, медленно оседая на диванчик рядом с пальто.
Согх обошел меня и сел рядом, подальше от своего подарка.
— Бросил на работу с архивом всех свободных сотрудников, — пожал плечами он. — У нас имелся ее договор от госпожи Бехар, потому поиски не заняли много времени.
 
Первая анкета Бетси появилась чуть больше двух лет назад, и звали ее тогда Флоренс. С тех пор она сменила порядка двадцати рабочих мест.
— И в канцелярии не заметили ничего странного? — спросила я, перелистывая анкеты. Она работала в банке, во множестве магазинов и салонов, в библиотеке, в нескольких благородных домах и даже на производстве. Поразительный размах.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????
— Мы храним документы, но проверяем их лишь в случае необходимости. — Я чувствовала на себе взгляд Согха, но не могла оторваться от бумаг. Бетси оказалась устрашающе разносторонней личностью. — В прачечную она также пыталась наняться, но хозяйка ей отказала.
— Сказала почему?
— По словам госпожи, ваша знакомая была слишком мила с ее мужем. — Он хмыкнул. — Семейное дело…
Я не смогла сдержать ехидный смешок. Уж кому, как не ему, потомку множества поколений дельцов, знать все о проблемах семейного дела.
— Иса, что происходит? — спросил Согх требовательно, и я больше не могла игнорировать его внимание.
Несколько мгновений мы играли в гляделки. Я поверить не могла, что уже совершенно точно готова все ему рассказать. Он за одно утро умудрился выяснить то, на что у меня ушли бы многие дни.
Я была в шаге от того, чтобы просить помощи у одного из Согхов. Это было так ужасающе неправильно…
— Мне нужен час. Нет, два часа. И я вам все расскажу… наверное. Идет?
— Наверное? Вам нужно получить у кого-то разрешение?
Это звучало так бредово и одновременно было почти правдой. Прежде чем что-то рассказать Согху, я должна была все обсудить с Ашером.
Это его смерть и его тайна, пусть он сам решает, нужна ли нам помощь градоправителя. Для меня любой выбор казался ошибочным.
***
Выбравшись из квартиры градоправителя, я поспешила на кладбище, изредка оборачиваясь, — казалось, что кто-то за мной следит, но ни одной подозрительной фигуры я так и не смогла заметить. Хотелось верить, что это просто разыгралась моя паранойя.
Морозный воздух обжигал легкие, я же упрямо рвалась вперед, не думая о том, что могу заболеть. Переутомление, плохое питание и явное пренебрежение своим здоровьем рано или поздно должны были мне аукнуться. Но меня, как человека, болевшего в последний раз в далеком детстве, подобные перспективы не сильно пугали.
Ашер не вышел меня встретить, как это всегда бывало, стоило мне только ступить на землю кладбища, и это казалось дурным знаком.
Я ускорилась, срывая дыхание.
Он сидел на ступенях склепа, сложив руки на коленях и уткнувшись в них лбом. Ашер не поднял головы ни когда я его окликнула, ни когда приблизилась и села рядом.
Рука, которой я коснулась, была совершенно ледяной.
Услышав мой судорожный вздох, он наконец зашевелился. Медленно, с трудом выпрямился и посмотрел на меня. Улыбнулся блекло.
— Что-то случилось ночью? — спросила я, стараясь унять панику. Если ночью не только ко мне подослали человека, если каким-то образом о нем узнали, навестили… что они могли сделать?
Мысль о том, чтобы поднять кладбище, уже не казалась такой опасной. Вслед за страхом пришла злость и желание разрушать.
— Ничего. Я просто… кажется, я устал. — Ашер изумленно усмехнулся. — Это так непривычно.
— Ты не можешь устать, ты же не живой.
Возражений не последовало. Он просто дернул рукой и обессиленно уронил голову мне на плечо. Уткнулся носом в ворот пальто и пробормотал:
— Ты очень теплая.
Я еще раз коснулась его ладони и крепко ее сжала. Ледяные пальцы дрогнули, и Ашер издал странный жалобный звук, от которого у меня мурашки по спине побежали.
 
— Тебе холодно? — спросила я, уже готовая бежать куда-нибудь, искать дрова и огниво.
Согх бы сейчас очень пригодился, подумала я отстраненно, накрыв холодную ладонь второй рукой.