Королева мстить желает (СИ)

— Конкретных противников. А враг — широкое понятие.
— Хорошо, — вздохнула я, пытаясь вновь отрешиться от боли в руке. Выходило не очень. — Я желаю, чтобы ни одна вражеская стрела не прошла сквозь барьер.
И о чудо! Боль волной омыла мою руку и схлынула в её источник, то есть в клинок. Даже ладонь перестала болеть. А вот артефакт вспыхнул ярко, до ослепления. И я могу поклясться, что увидела этот самый барьер. Он замерцал, распространяясь от меня и дальше. Вибрировал, гудел и светился, но тут же потухал. Если бы всё это происходило ночью, выглядело бы не только страшно, но и завораживающе. Пара минут, и всё закончилось. А поняла я это потому, что выронила клинок, который до этого не могла отпустить. Осторожно, как нечто опасное и ядовитое, я подняла его и вернула в ножны.
Несколько минут мы осматривались и пересматривались, а потом пришли к выводу, что всё сделали правильно и пора возвращаться.
Вернулись мы уже затемно. А там нас дожидался граф Лурье. Во-первых, он ждал нас прямо в парадной. Во-вторых, при нашем появлении вскочил с софы. И по взгляду было понятно, что его распирает от желания чем-то важным с нами поделиться. Пришлось сразу с дороги идти в кабинет.
— Миледи, это что-то. Тут такой масштабный заговор. Столько аристократов вовлечено. Просто ужас. Почти каждый второй аристократ. Это целая сеть, — начал тараторить граф.
— Спокойнее, граф. Я удивлена, что не каждый первый. Это уже хорошо, — вздохнула я.
— Да вы что? — хотел возмутиться он, но под моим взглядом его негодование сдулось.
— Давайте по порядку. Цели этих заговорщиков и пути достижения? Кто главный? Когда и на кого они покушались?
— Цели, понятно, власть. Главным у них какой-то экс герцог. Ни имени, ни рода ни в одних бумагах не указано. Всего в паре документов есть небольшие сообщения от него, но подчерк мне не то чтобы не знаком, но вот так определить, кому он принадлежит, не могу. Всё-таки через меня проходило очень много бумаг, в том числе от правителей полисов.
— Надо поискать экс-герцогов, ныне живущих. Дальше. Как они собирались захватить власть?
— Планы менялись несколько раз. В более ранних документах говорится о чисто техническом захвате власти. Они хотели сделать из королей марионеток, но не вышло. Когда их почти раскрыли, они убили королей. Предыдущих, естественно, — пояснил он мне, видя моё удивление. — Потом они хотели женить сегодняшних королей на одной из своих дочерей. А пока шла процедура передачи власти, они спорили о кандидатуре. Но тут выяснилось, что у предыдущих королей уже была договорённость. И хотя ваша свадьба с королями для всех стала неожиданностью, для заговорщиков это было ударом. Они рассчитывали на очередную свою марионетку, а попалась истеричка непроходимая… Ой, простите, миледи. Я…
— Вы процитировали, полагаю, — улыбнулась я, нисколько не обижаясь, ведь эти слова не обо мне.
— Да-да, — закивал граф. — Простите. Я не…
— Перестаньте извиняться, — махнула я рукой. — Дальше что было?
— Вот, — он сунул мне кипу бумаг, — они собирались устранить вас. И всё-таки женить королей на нужной им женщине. Но…
— Что? Перестаньте подбирать слова, говорите как есть. Иначе мы здесь долго пробудем. Я, конечно, могу и сама всё прочесть, что обязательно сделаю, но не сейчас.
— Простите, — повторил он, на мгновение закрыл глаза и продолжил уже более спокойно: — Первое же покушение на жизнь королевы, а это была попытка отравления, привело к обратному эффекту. Она перестала есть что-либо вне своих покоев. Вообще питание стало скудное, но это мелочи. При этом за ней постоянно наблюдал целитель, что не давало возможности повторения. А первый же нанятый наёмник отказался от заказа, потому что объявили, что королева в положении. Более того, сообщество наёмников категорически отказалось выполнять заказ на беременную женщину.
И мне так тепло стало оттого, что хоть они и наёмники, но чести и достоинства у них поболее, чем у некоторых.
— Тогда они подослали к вам свою девушку. Фактически ей предложили очень хорошую должность и мужей, но где она сейчас — никто не знает. Она вас с лестницы и должна была толкнуть. Только здесь есть письмо, где написано, что она не смогла. Тогда ей поручили отвлечь охрану. Тот судьбоносный толчок сделала графиня Цулако. Она истово вас ненавидит, хотя я не знаю за что. Никогда особенно не интересовался интригами между аристократами. Меня всё больше заботили торговля и товары. А вот теперь понимаю, что многое упустил, — пожал он плечами.
 
— У каждого из нас свои интересы. Не переживайте. А её имя чётко прописано в бумагах или это ваше предположение?
— Вполне определённо. Вот тут, — несколько секунд поисков, и он вытащил из стопки письмо, — написано, что…
— Из-за мягкотелости этой идиотки моей жене пришлось всё сделать самой. Хотя она ни о чём не жалеет. Мне даже кажется, что она получила удовольствие, потому что так истово рассказывала, как королева летела с лестницы. Еле смог успокоить и напомнить, что это секрет, — прочитала я указанные мне строчки письма.
— Это письмо графа Цулако к графу Энжере. Других трактовок быть не может.
— Ну да, — вздохнула я, сжимая челюсти и пытаясь не сжать это самое письмо. В моей памяти всплыли все её мерзкие ухмылки, ядовитые высказывания. Но почему-то самым болезненным стало, что убийца — любовница короля… Почему? Неужели ещё не отгорело?
— Дальнейшие их планы разнятся. Кто-то по-прежнему стремится уничтожить королей, кто-то уже хочет просто убраться из страны, катящейся в нищету, а кто-то увидел в вас перспективы. Да-да, новая королева несколько обескуражила заговорщиков. Судя по этим документам, какое-то время на вас не планировались покушения, наоборот, хотели воспользоваться вашей отсутствующей памятью. Но вы сначала выгнали подосланную личную горничную, потом уехали из дворца, а затем ещё и изобрели самоходную карету. Заговорщики были заинтригованы. Не самое важное, но достаточно: они через своих людей подменяли информацию доносчиков, а чаще всего и сами сочиняли небылицы.
Он опять полез в бумаги.
— Вот здесь они насмехаются над тем, как легко короли поверили, что вы им изменяете и вообще хотите захватить власть. Простите, но ваш характер прекрасно вписался в эту выдумку. Тем более Ифор с вами везде и всегда рядом.
— Они считают, что я изменяю королям с Ифором? — я даже повысила голос от эмоций. Это какими же нужно быть идиотами?
— Вы простите меня за откровенность, но если не знать вас, не знать, как вы ко всему этому, — он развёл руками в стороны, — относитесь, то вполне со стороны можно подумать такое. Вы действительно постоянно вместе. Вы прислушиваетесь к Ифору. Он же лично предотвратил несколько покушений на вас, а это наталкивает на определённые выводы.
— Подождите, — выдохнула я, поднимая руки, — хотите сказать, что мои мужья считают, что это я им изменяю, и поэтому так ко мне относятся?
— Скорее всего, да. Но учтите, что между королями и первой королевой произошло что-то, что нам неизвестно, уничтожившее их доверие к вам, к ней.
— И что делать? Что планируют заговорщики?
— Что делать — не скажу, это вам решать. А планы у них были грандиозными. Сразу после объявления о предстоящей свадьбе некоторые из них решили найти себе тёплые места в других странах. Туда же и стали массово вывозиться состояния этих господ. Точного списка здесь нет, но и того, что есть, вполне достаточно. Я взял на себя смелость выписать имеющиеся имена.
Он подал мне отдельный листок с указанием некоторых вывезенных активов. Имён оказалось немало. Тринадцать. Прямо чёртова дюжина. Хочешь — смейся, а хочешь — плачь. И я нисколько не финансист и не политик, но когда вывозят основные активы банка — это финиш. Даже мне понятно.
— Но на меня были ещё покушения. Кто их заказчик?
— Здесь этого нет, — пожал он плечами, — такое ощущение, что они и не знают о других покушениях.
— Значит, в игре за жизнь не только они. Есть кто-то ещё, — впервые с начала разговора подал голос Ифор. И как он спокойно воспринял все подозрения и обвинения? Меня до сих пор внутри трясёт от гнева.