"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Я рад, что так сильно вчера тебя впечатлил… но посредственный поцелуй – не повод занимать место моего брата, – с нахальной улыбкой говорит Дар.
Мне очень хочется ему вмазать, но гребень страшнее. Слова тренера имеют для меня магическую силу, поэтому я сдерживаюсь, приклеиваю на лицо улыбку, напоминающую оскал, и шиплю:
– Рада, что ты самокритичен. Поцелуй и правда был посредственный!
  
Мы оба врем. И оба слишком злы и горды, чтобы признать это.
– Ну, со стороны смотрелось очень горячо! – усмехается Мара и шутливо машет на себя тетрадью.
Рыжая шипит, блондинка, которую Дар целовал вчера после меня, наоборот, прячет глаза. Интересно… Я думала, она от него не отлипнет.
– Не, ну а мне-то где сидеть? – возмущается Кит.
– Конечно, со мной! – отвечает Мара, поигрывая бровями.
Она нравится мне все больше. Красивая, уверенная в себе, непосредственная.
– А это? – Парень указывает на гребень. Берет его и протягивает мне.
Сглатываю и слишком поспешно трясу головой.
– Это не мое, выброси!
– Я нанимался, что ли? – бухтит Кит.
– Ну, себе оставь…
Я очень боюсь, что Киту придет идиотская идея положить гребень на мою парту, и тогда, пожалуй, я сбегу. Но спор прекращает Мара. Она забирает «камень преткновения» из рук Кита и одним движением отправляет в урну.
– Как дети, ей-богу! – Она закатывает глаза.
Кит наконец садится, а я шумно выдыхаю.
– То есть… – тихо мне на ухо говорит Дар, – бесстрашная Каро боится расчески?
– Я не бесстрашная Каро.
– Да? А кто ты?
Смотрю прямо ему в глаза, в которых мне чудится весенний лед, и отвечаю:
– Я Кара Господня…
Дар внимательно изучает меня в ответ, хмыкает и говорит:
– Ну что… похоже. А я Дар богов.
Теперь уже я хрюкаю от смеха:
– Ты прокля́тый Дар!
– Ну да… – Парень задумчиво закусывает губу и добавляет: – Или про́клятый. Иногда, мне кажется, второе.
Ответить не успеваю. В аудиторию входит преподаватель, и я готовлюсь внимать. Боже, я и забыла, что это такое.
Сегодня я учусь. Старательно, игнорируя попытки меня задеть, хотя иногда это сложно. Вчерашний поцелуй не забыли, и периодически я слышу то глумливые смешки, то злобное шипение, но сегодня держусь изо всех сил. И это дает результаты. От меня отстает даже Дар, к тому же сижу я с ним только первую пару, а потом пересаживаюсь к Маре, поборов страх.
– Что тебя напугало? – с ходу спрашивает она. Ей вообще известно понятие личного пространства?
– Старая история. Не хочу об этом, – говорю я достаточно жестко, надеясь, что это раз и навсегда закроет неприятную для меня тему.
Мара смотрит задумчиво, явно не желая сворачивать разговор. Но я не готова рассказывать такое посторонним людям. Я вообще предпочитаю не вспоминать. А придется. Я не имею права скрывать случившееся от тренера. Возможно, нам повезет и меня просто пытаются вывести из себя конкуренты. Скоро крупные соревнования, на которых я собираюсь победить.
  
Глава 6
 
Мысленно я успеваю поставить себе «пять» за отлично проведенный день, но последней парой у нас юрмагия у мирса Чамблена. Я прекрасно понимаю, что ничего хорошего меня там не ждет, но стараюсь вести себя максимально незаметно: скриплю ручкой и не поднимаю глаз. Дар тоже делает вид, что примерно записывает лекции. По крайней мере, его светлая голова склонена над тетрадью.
Но последствия отвратительного поведения накануне настигают и меня, и Дара. Мирс Чамблен ничего не забыл. Как в младшей школе, нас оставляют на отработку. Я смотрю в немом изумлении, Кит, убирая тетради в рюкзак, откровенно ржет, а Дар, кажется, потерял способность говорить.
– Я не буду убираться в ваших залежах хлама! – возмущаюсь я.
– Да? – Преподаватель изгибает бровь и кривит в нехорошей усмешке крупные губы. – А ваш тренер сказал, что физическая дисциплина пойдет вам на пользу. Или вы остаетесь сегодня, или не получаете ни одного отгула во время соревнований. Вы ни за что не сдадите у меня ни одно задание. Наверное, если ваши успехи в спорте так велики, как говорят, выгнать вас не получится, но крови я попорчу вам изрядно. Ну так как: трудотерапия или проблемы?
Я мрачно соплю, а Дар демонстративно берет со стола тетрадь и двигается к выходу.
– А вы, молодой человек, куда?
– А мне соревнования по известным причинам не светят, поэтому я не могу представить, какой рычаг давления вы можете найти.
– Поверьте, я на всех могу найти рычаг давления, – самодовольно говорит мирс Чамблен. – Мы с мирс Амелией обсуждали, что долго сидеть на занятиях для вас непосильный труд…
На этих словах Дар резко разворачивается, я аж морщусь от фантомной боли. Нельзя же так.
– Ты не посмеешь…
– Вы, – припечатывает мирс Чамблен. – И посмею. Или вы учитесь на общих основаниях, или вы не можете учиться, и тогда ваш путь – домашнее обучение. Решать вам.
Преподаватель выходит из аудитории, обыграв нас всухую, а мы остаемся наедине, жутко злые и готовые взорваться. Наверное, нам просто лучше сделать работу молча и не сближаясь, иначе велик шанс убить друг друга.
– А что делать-то надо? – раздраженно шипит Дар.
Я пожимаю плечами.
– Я все вам объясню! – В дверях появляется полная женщина неопределенного возраста. – Я помощница мирса Чамблена. Ничего серьезного вам не предстоит. Лишь полить цветы и разобраться в подсобке. Расставить работы, которые принесли и не успели разобрать, ну и протереть пыль. Там небольшая библиотека, она запирается на ключ. Есть редкие книги, с ними, пожалуйста, будьте аккуратнее, но они за стеклом. Туда не суйтесь, сработает защитная магия. Не смертельно, но неприятно.
– Прекрасно… – цедит Дар сквозь зубы, а я смотрю в сторону неприметной двери в углу кабинета и понимаю: я туда не пойду.
– А свет там есть?
– С этим не очень хорошо. Лампочка слабенькая, но все должно быть видно. Да что там смотреть-то? Вам же лучше, мирс Чамблен не сможет проверить, насколько тщательно вы убрали. Предполагаю, освещение испортил предыдущий курс. Не думаете же вы, что первые попали к нему на отработку!
– Ну блин, прекрасно… – шиплю я себе под нос и хочу сдохнуть.
Все же шло нормально! Я продержалась целый долбаный день без приключений. Этот чертов колледж решил испытать меня всеми моими фобиями? Маленькие темные помещения – это самый большой кошмар. Но я ведь буду не одна? И дверь можно не закрывать.
Болтливая помощница убегает, и мы снова остаемся одни.
– Сколько тебе заплатить, чтобы ты убралась тут сама? – лениво спрашивает Дар, и я, даже не задумываясь, показываю ему неприличный жест.
– Не надейся!
– А я рассчитывал. Но ты можешь убраться сама и бесплатно. Я не собираюсь.
Сказав это, парень ложится на преподавательский стол, растянувшись, как наглый кот, и закидывает руки за голову.
– Ты совсем обнаглел? – возмущаюсь я, но Дар закрывает глаза.
Его лицо приобретает расслабленное выражение. И совершенно ясно, что этот нахал не собирается ничего делать.
Ну а я что? Подхожу к преподавательскому столу и тоже нагло ложусь на другой его край, благо стол длинный и широкий, на нас с Даром хватает места. Вытягиваю ноги в массивных ботинках (единственное отступление от формы лицея) и тоже прикрываю глаза. Я точно не собираюсь выполнять роль уборщицы в одиночку.
– Ты же слышала, что у тебя будут проблемы? – спрашивает Дар.
– Ага… – уныло тяну я, не открывая глаз. – А у тебя – домашнее обучение. Это со скуки можно сдохнуть в четырех стенах…
– Зато тебе скучно не будет, придется зубрить юрмагию круглосуточно.
– Зато на людях… а не изучая мир из-за окошка комнаты…
  
Какое-то время мы еще препираемся, но с каждой минутой все более лениво, и в итоге оба почти одновременно поднимаемся, понимая, что этап неприятия прошел и наступил торг. Правда, мы оба упрямы, и свалить работу друга на друга не получается даже в мелочах.