"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

— Эй, шеф? А этот арахнид всегда тебе девушек подбирает? — невинно поинтересовалась она.
— Ду-урочка, — протянул Тим, ничуть не обидевшись, — Я люблю тебя.
  
Глава 5
 
Н-да… Как-то не так ему всё это представлялось…
Женька, уткнувшись носом в подушку, рыдала уже второй час подряд, и Тим понятия не имел, что с этим делать. В первые полчаса он испробовал все известные ему способы борьбы с этим стихийным бедствием, потерпел полнейшее фиаско, и в конце концов оставил девушку в покое. Рано или поздно это прекратится, тогда и поговорим.
  
Что ж она такого вспомнила-то?! Арр'Грилл, правда, предупреждал, что реакция может быть непредсказуемой, но не до такой же степени!
И ведь ничто, казалось, не предвещало… Из мира арахнидов Женька уходила всего-лишь слегка задумчивой. С Глобусом, который ждал их возвращения, правда, разговаривать отказалась. Мол, в голове каша, а вот завтра, когда всё уляжется и она сама во всём этом разберется — тогда и поговорим. И пока, если можно, без магистра. Торн стоял в сторонке и загадочно ухмылялся, будто знал что-то. Вот с кем потолковать бы… Но все разговоры позже, Женьку в таком состоянии оставлять нельзя.
В дверь постучали. И кого несёт нелегкая?! Чертыхнувшись под нос, Тим пошёл открывать.
На пороге обнаружился Женькин папаша. Как его? Эрик! А ведь в Гардкхаст пока не сообщали. По крайней мере, Каримов обещал. Да и не стал бы он этого делать: любую информацию предпочитает сначала узнать сам.
— Я войду?
Тимур посторонился, пропуская гостя.
Тот прошел в комнату, окинул заинтересованным взглядом простейшую обстановку, присел на край дивана возле дочери.
— Вспомнила? — спросил у Тима.
— Вам разве не доложили? — отозвался тот слегка враждебно.
— Мне? Нет. Впрочем, я пришёл, потому что нужен ей.
Женька приподняла голову, недоверчиво уставилась на Эрика.
— Папа?
Тот провел рукой по её волосам, а в следующий момент девушка рыдала уже на его плече.
— Он не отвечает, — повторяла между всхлипами. — Не отвечает…
Тим испытал укол непрошенной ревности. Он? Кто — он? Грег?
— Воды принеси!
Почему-то приказной тон Эрика не вызвал протеста. Тимур передал стакан, и потом придерживал девушку за плечи, пока маг добавлял в воду капли из принесенного с собой флакона, а потом поил ими Женю.
— Успокоительное, — ответил он на вопросительный взгляд Тима. — Сейчас полегчает.
Тот кивнул и мысленно обругал себя за недогадливость. У самого-то в хозяйстве две раскрошившихся таблетки аспирина, но ведь у коменданта есть аптечка!
Женька снова перебралась к отцу, и Тим неожиданно почувствовал себя лишним.
— Кофе хотите? — предложил он, — Или, может, чего покрепче?
— Можно и покрепче, — согласился Эрик. — И кофе тоже. А Эжиенн бы ещё и поесть не помешало.
— Организуем.
Тим принялся куховарить, радуясь возможности заняться хоть чем-то. За спиной тихо переговаривались отец и дочь, но вслушиваться парень и не пытался, хотя дорожка с архи, языком Гардкхаста, в болтуне появилась ещё прошлым летом.
***
***
Прихватив с собой чашку кофе, от души разбавленного коньяком, Женя отошла к окну.
Над комплексом ПарМы, со всех сторон окруженному Уральскими горами, сгущались сумерки. Вдоль дорожек зажигались фонари, со стороны полигона доносились звуки музыки, время от времени прерываемые визгом и грохотом. Нормальные рабочие звуки. Когда-то всё это было её жизнью, вещами настолько же обыденными как сон или утренний кофе.
И вот она снова здесь, и в ПарМе всё по-прежнему. Только она — чужая. И есть ли место, где она будет своей?
Воспоминания, которые так хотелось вернуть, обрушились как ведро ледяной воды на голову, неся с собой боль, неверие, кучу проблем и страх. Тяжелый, липкий страх за жизнь дорогого человека. Потому что Грег не отвечает. Не отвечает! И это — не блок. Все её попытки достучаться упираются в глухую стену, намертво отгородившую его разум. И осознание, что она опоздала как минимум на полгода, и ничего уже не исправить.
И, наверное, лучше бы ей навсегда остаться Олей, чем… Женя сердито тряхнула головой. Кому лучше? Менее проблемно — возможно. Но та жизнь — чужая, и никогда бы не стала своей. Так что: сопли подобрать и действовать! Возможно, не всё ещё потеряно.
Всё так же стоя у окна, она допила кофе, развернулась лицом к мужчинам. Те тут же оборвали разговор и уставились на неё с одинаковым вопрошающе-обеспокоенным выражением.
— Истерик больше не будет, — криво усмехнулась Женя, — обещаю.
Она переместилась в кресло, намеренно сев так, чтобы между ней и Тимом оставался журнальный столик. Сейчас, когда память вернулась, но она пока даже не пыталась разобраться в своих чувствах и эмоциях, дистанция необходима.
Она прямо посмотрела в глаза Тимуру, сглотнула вязкий комок. Правда — слишком болезненная штука, но врать нельзя, умалчивать тоже. Впрочем, этот неприятный разговор придётся отложить. Не при отце же отношения выяснять!
— Тим, — голос сорвался, девушка откашлялась, продолжила. — Мне нужно очень многое тебе рассказать. Далеко не всё тебе понравится… Но позже, ладно?
Тимур резко кивнул.
— Только один вопрос. Ты и Грег, вы…? — он вопросительно приподнял бровь.
Женя кивнула.
— Давно?
— До Поющих водопадов.
Тим ругнулся, перехватил осуждающий взгляд Эрика, но извиняться не стал. Хреново, знаете ли, чувовать себя тем самым идиотом. Внутри всё переворачивалось от обиды и ревности, но Грег, который определенно достоин свернутой челюсти, далеко, а Женька… Женька выглядит такой несчастной, что язык не поворачивается высказаться по полной.
— Ладно, потом разберёмся, — сквозь зубы процедил он, потянулся к бутылке с остатками коньяка. Сердито тряхнул головой: вот уж действительно не время напиваться!
— Всё началось через три или четыре дня после Ильхамена, — заговорила Женя, глядя в сторону. — Я знала, что твоя жизнь уже вне опасности, хотя это и всё, что я знала. Грег не спешил посвящать меня во все подробности. В тот день я сказала ему про карту.
— Карту? — Тима аж подкинуло.
— Говорящих всегда трое. Ты, Грег, я… — она сердито тряхнула головой. — У вселенной извращенное чувство юмора, правда?
Восемь месяцев назад.
Грег стоял возле письменного стола в кабинете Эрика и чуть ли не с ужасом взирал на карту, которую выложила перед ним Эжиенн: черная стрела и облачный замок. Та самая, последняя Локари… От одной мысли, что могло случиться, если бы Эжиенн не оказалась Говорящей, на затылке начинали шевелиться волосы, а в желудке ворочался тяжелый ком.
Но вот она, рядом, живая и невредимая, и остается лишь гадать, благо этот дар или проклятие…
— Грег, перестань себя накручивать! — девушка легонько толкнула его в плечо. — Ничего же не случилось!
Грег досадливо поморщился — Эжиенн рассмеялась. Хоть они и старались не лезть друг к другу в мысли без спроса, иногда это происходило ненамеренно. Как в этот раз.
— Эжиенн, ты пока ещё не понимаешь…
— Так объясни! — она взяла со стола карту, пересекла комнату и села в кресло. — В конце концов, ты-то уж точно знаешь, что с этим делать. А то тут пару дней такой дурдом был! Отец, как карту увидел, чуть в обморок не свалился! Потом Дайна с магистром прилетели, такого наговорили — на голову не наденешь…
Грег тёр переносицу и смотрел на девушку задумчивым, немного сердитым взглядом. Она ощущала его сомнения и страхи, но не могла прочитать мысли.
  
— Меньше всего мне хотелось, чтобы третьей Говорящей оказалась ты, — ' произнес он наконец и, бросив на дверь защиту от прослушивания, подтянул второе кресло и устроился в нём, оказавшись строго напротив девушки.
Эжиенн молчала, ожидая продолжения. Собственно, она понятия не имела, какие именно задавать вопросы. Узнав, что обладает способностью говорить с картами Проклятых богов, она, конечно, слегка струхнула. Но потом, когда выяснилось, что Грег такой же — обрадовалась. В тот момент всё это показалось ей интересным и захватывающим. Вот только Дайна с магистром выглядели, как на оглашении приговора, а отец так и вообще пол-флакона успокоительного за раз проглотил. А сейчас ещё и Грег…