"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Спать не хочется, общаться – тоже. Закрываю за собой дверь и вижу на кровати раскинувшееся тело. Низко сидящие на бедрах домашние штаны, голый поджарый торс с кубиками и дорожкой волос, ведущей вниз от пупка. Одна рука закинута за голову. Ян сладко спит. Черная челка падает на глаза, а линия рта парня непривычно мягкая. Здесь, в моей кровати, он выглядит моложе своих лет.
Замираю в растерянности, не понимая, что делать. Лечь рядом? Да я умру от смущения! Разбудить? Сделать вид, будто его тут нет, и заниматься своими делами, которых у меня тоже не особо много? Все это глупо.
  
Скидываю неудобные туфли и подхожу ближе.
Не могу перестать любоваться, глядя на него. Ян очень красив. Настолько, что захватывает дух. А слова Лираи начинают играть новыми красками. Действительно, зачем такому, как он, такая, как я? Он может найти себе умную, ослепительную, уверенную… но почему-то возится со мной.
Так и не получается решить, как вести себя в этой ситуации. Ян, словно почувствовав мой взгляд, открывает глаза и, сонно улыбнувшись, шепчет:
– Привет… Я волновался за тебя.
Он протягивает руку и, схватив меня за запястье, нежно тянет на себя, заставляя сделать несколько шажков к кровати, а потом упасть к нему в объятия. Это приятно и выбивает из головы все тревожные мысли.
– Что ты делаешь? – бормочу я, уткнувшись носом в его грудь и вдыхая будоражащий запах мужской кожи и знакомого геля для душа. Кружится голова. Хочется мурлыкать, как кошка. Интересно, мне разрешат завести, если я попрошу? Но с Яном невозможно ничего удержать в голове. Когда он рядом, получается думать только о нем.
– Здороваюсь, – отвечает этот кот и нежно целует меня в ухо, стискивая сильнее и позволяя ощутить свое желание.
Мне одновременно и неловко (я еще очень сильно стесняюсь рядом с ним), и в то же время хриплый смех на ухо, улыбки, тепло сильного тела – все это заставляет чувствовать себя живой. И, что уж греха таить, счастливой. Поэтому я расслабляюсь и уютно устраиваюсь в руках Яна. Тем более он не позволяет себе ничего лишнего. Просто стискивает в объятиях и укрывает нас пледом. Видимо, его не волнует то, что я в длинном и узком костюме стоимостью… Даже не хочу представлять себе эти цифры. Ян к ним привык, а вот у меня они до сих пор вызывают оторопь.
– Я правда очень волновался за тебя, – признается он. – Был в ярости, что мама запретила ехать с ней.
– Думала, ты в колледже.
– Сегодня приедут стражи по поводу Рюка… – печально говорит Ян. – Поверить не могу.
– Зачем он это сделал?
– Представления не имею. – Он рассеянно перебирает мои волосы. – На Рюка это совершенно не похоже. Он слишком эгоистичен, чтобы по своей воле спрыгнуть с моста.
– Думаешь, его убили?
– Не представляю, кому это могло понадобиться. Рюк в целом безобидный придурок, у которого в жизни было все. До сих пор не могу поверить, – говорит Ян и, не отдавая себе отчета, сжимает мое плечо.
На глазах наворачиваются слезы. Я тоже не могу поверить.
Прижимаюсь к Яну и обхватываю сильный торс руками, так спокойнее. Прямо под ухом стучит чужое сердце, а если сменить позу и прижаться губами к шее, можно почувствовать солоноватый вкус кожи и пульсацию венки.
Я жмурюсь от удовольствия. Мне нравится, когда Ян рядом и полностью принадлежит мне. Он нежно целует меня в волосы, и я сама поднимаю лицо, подставляя губы для поцелуя. Нежного, с запахом мяты и едва ощутимыми теплыми касаниями, от которых я постепенно уплываю в негу. Мне так хорошо, тепло и безопасно, что дурные мысли отступают, а поцелуй становится все более глубоким и жадным. Волнующим, срывающим крышу. С Яном просто нельзя долго находиться в покое. Его энергетика просто сметает. Я чувствую его магию, и моя отзывается ей, хоть и скована браслетами. И эти чувства совсем не те, которые я испытала после смерти Рюка. Этих я не боюсь. Не переживаю, что сила сорвется с поводка.
Ян перекатывается и меняет позу, нависнув сверху и прижимая меня к кровати сильным тренированным телом. Смотрит глаза в глаза, изучая так жадно, что щеки начинают полыхать.
Смущаясь, веду подушечками пальцев по его груди, по рукам, на которые он опирается. Хочется урчать. У него такая теплая упругая кожа… Мышцы будто каменные, но все равно рядом с ним не покидает ощущение защищенности и уюта.
Целуемся снова. Жадно и жарко, как последний раз, до напряженных мышц и горящих губ, до перехваченного дыхания. Кружится голова, и хочется большего. Это желание пока такое несмелое, что я его толком не осознаю. Просто перестают пугать скользящие по плечам руки, перестает напрягать поджарое тело Яна, которое буквально вколачивает меня в кровать. Мне не хочется, чтобы он останавливался.
Бретельки бюстгальтера ползут по плечам, и я всхлипываю, касаясь обнаженной грудью его груди. Ощущения яркие до искр из глаз. Меня ведет от его запаха, вкуса и просто того, что он рядом.
– Ты невероятная, – шепчет он, углубляя поцелуй, обнимая крепче, увлекая за собой в водоворот неизведанных ощущений. – Мне нужно остановиться, пока я еще в состоянии это сделать.
Жаркий шепот на ухо и разочарованный стон с попыткой отстраниться, но я удерживаю его за плечи и шепчу:
– Не уходи.
Не верю, что делаю это, но мне действительно плохо без него. Мне хочется, чтобы Ян остался, и будь что будет. Наплевать, я хочу его. Его поцелуи, ласки, его тело. Хочу сходить с ума вместе с ним.
Он осторожен. Нежно целует и медленно проводит рукой от колена до бедра, задирая шелк юбки. Относится ко мне, как к хрустальной вазе, и мне совсем не страшно в его объятиях. Сомнений нет. Я совершенно точно уверена: только его хочу видеть своим первым.
Тихие всхлипы, неосознанное желание быть к нему ближе. Я сама помогаю ему избавиться от домашних брюк и стаскиваю юбку, осознавая, что назад пути нет. И не будет. С этого момента мы принадлежим друг другу, и мне хочется верить, что так будет всегда. Но в Горскейре нет слова «вечно», и я прекрасно знаю об этом, только не хочу вспоминать. Не сейчас, когда между нами не осталось секретов, когда мы сплетаемся в единое целое и принадлежим только друг другу.
Засыпаем в обнимку и едва не палимся, когда ко мне в комнату заходит Лирая. Хорошо хоть сначала стучится. Я научилась настраивать защиту, и она не пускает посторонних без моего разрешения. Ян едва успевает подхватить штаны и скрыться в ванной комнате. Я выгляжу растрепанной, наверняка с зацелованными губами, и у Лираи могут возникнуть вопросы. К счастью, она делает хоть и логичный, но неправильный вывод.
– Ты плакала? – со вздохом спрашивает мачеха, остановившись на пороге, потому что дальше стою я. Не хочу отступать и позволить ей войти. Там смятые простыни и, мне кажется, запах секса.
– Была расстроена, – уклончиво отвечаю я и добавляю: – Потом уснула.
– Прости. – Лирая грустно, но, кажется, искренне улыбается. – Милая, если бы я могла мечтать, то хотела бы для своего сына такую девушку, как ты…
– Но? – перебиваю я и смотрю выжидательно.
Не знаю, что меня изменило. Может быть, время, проведенное в колледже, новые знакомые, может быть, Ян… но я стала смелее. Новый мир определенно придает мне сил.
– Что «но»? – недоуменно уточняет Лирая, а я поясняю:
– В таких фразах всегда подразумевается «но».
– Но, – послушно заканчивает Лирая. – Я не умею мечтать. В нашем мире мечты заканчиваются где-то около двадцати, а, как ты понимаешь, я изрядно старше. Пошли, там уже ждут стражи. Неприятный разговор стоит завершить как можно быстрее. Я приказала подать им кофе. Ты позовешь Яна или мне зайти за ним самой?
  
– Я зайду, – отвечаю слишком быстро. Не хочу, чтобы Лирая не обнаружила сына в комнате.
Она кивает и уходит. Стараюсь не думать о том, догадалась она или нет. Боги, скорее бы уже утро. Кажется, я хочу уехать в колледж.
– Она тебя расстроила? – Ян возникает у меня за спиной. Даже неудивительно, что он подслушивал наш разговор. – Чем?
– Не бери в голову, – отмахиваюсь я. – Конечно, она не в восторге оттого, что мы вместе, и беспокоится о реакции отца. Ну и, как все, считает лишь вопросом времени то, как быстро ты разобьешь мне сердце…