"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Каримов тоже замолчал. Временный шеф СБ достал до печенок. То ли дело Егоров, с которым вместе проработали почти четверть века! Тот отлично разбирался в специфике института, знал, где прижать, где попустить… Увы. Нервная работа дала о себе знать, и вот уже несколько месяцев Егоров прохлаждается в санатории, проходя реабилитацию после замены сердечного клапана. А Сергееву везде заговоры мерещатся, он преступников ловит… Честное слово, уронил бы ему кто пару кирпичей на голову! Увы, тот слишком осторожен, и по стройкам не шляется.
  
В приёмной было пусто — секретарша уже ушла домой. Каримов пропустил Цоя в кабинет, указал на стул.
— Присаживайся. Ты как, говорить сможешь?
— Мне руку порезали, а не язык, — отмахнулся тот. — Так что к докладу готов.
— Ну-ну, герой. Унер посеял?
Тим развел руками.
— Тогда я включаю запись.
Тим откашлялся, спросил.
— Ильмар Каримыч, у вас сигаретки не завалялась?
Каримов пошарил в столе и выудил початую пачку «Marlboro».
— Держи. Начальник твой непосредственный забыл. Такой же разгильдяй, как и подчиненные.
Тимур жадно затянулся и вдруг закашлялся.
— Отвык, что ли? — проговорил ошарашенно.
— Мог бы уже и бросить, — фыркнул шеф. — Ну, начнем?
Тимур заговорил.
Каримов слушал, время от времени что-то уточнял, делал пометки в блокноте — потом, когда будет прокручивать запись, обязательно вернется к заинтересовавшим моментам.
— Ну вот, а потом пришли ребята и вытащили меня оттуда, — закончил Тимур. — Так что до Обители я не добрался, о Локари ничего толком не узнал, да и с Картежником не познакомился.
— Карты потерял, унер просрал, — подытожил Глобус, — как говорил мой армейский сержант: хорошо, голова не откручивается!
— Ильмар Каримыч! — обиженно протянул Тим.
— Каримыч-Каримыч… — передразнил тот. — Вот что мне с тобой, героем, делать? Ты ж без унера ничего Сергееву не докажешь! Он из тебя всю душу вытрясет.
— Не вытрясет, — отмахнулся Тим.
— Ладно, — Каримов выключил запись, — не для протокола есть, что сказать?
Цой почесал затылок, пожал плечами.
— Сейчас не соображу. Может, завтра, на свежую голову.
— Ну, как знаешь, — махнул рукой Каримов. — Можешь идти отдыхать. Только из ПАРМЫ — ни ногой. Требования службы безопасности.
— Подписку о невыезде ещё не требуют? — Тимур поднялся, пошатнулся, ухватился за спинку стула.
— Ух, чёрт… Мою комнату в общаге никто не занял? Раз уж домой нельзя.
Каримов развел руками.
— Нельзя, Тим. Сергеев нас обоих сожрет, и не подавится. Так что дуй в общагу, я скажу коменданту.
Щелкнул выключатель — комнату залил теплый желтоватый свет.
Тимур замер на пороге, не решаясь войти. Он не был здесь почти два года. С тех пор, как исчезла Женя. То есть, заходил раз или два, чтобы забрать какие-то вещи, но никогда не задерживался. Сначала это было слишком больно, потом… Потом он привык жить в городе, в своей квартире, и при этом чувствовать себя куда более свободно. И не бояться нарваться на начальство, когда под утро в непотребном виде приползаешь из ночного клуба. Н-да…
Здесь же ничего не изменилось. Разве что толстый слой пыли, лежащий на всех видимых поверхностях. Дело поправимое, но уже завтра. Сейчас — глотнуть обезболивающего и спать. Спать!
На столике возле дивана — фотография. Они с Женькой в обнимку, на заднем фоне лишь скалы да синее небо. Молодые, счастливые, влюбленные…
Тимур протянул руку и развернул фото изображением вниз — не помогло. Выключил свет, закрыл глаза, но перед внутренним взором всё равно стоит её лицо в обрамлении растрепанных локонов…
Он так и не понял, что же произошло в том проклятом месте. Не поверил в объяснения Каримова, что Женя ушла, следуя Зову, и вообще, оказывается, принадлежит к другому миру. Ну-ну, да-да, кому вы, шеф, лапшу вешаете?!
Но факт остается фактом: Женьки в его жизни больше нет, и не будет. Пожелай ей удачи и живи дальше. Прошло довольно много времени, прежде чем это у него получилось. Он почти не вспоминал, да и сниться она ему стала гораздо реже.
Новых отношений Тимур не заводил, предпочитая вести жизнь плейбоя. Так проще, а случайные подружки уж точно не способны причинить боль.
Но здесь, в этой комнате о Женьке напоминало буквально всё, и воспоминания нахлынули с неожиданной силой. Отдельные фразы, яркие картинки, шальные глаза, звонкий смех… Счастье, которое не повторится.
Права была Кхала: здесь всё это, здесь. Никуда не делось…
Заснуть удалось только под утро, но и во сне Женька не оставляла его ни на минуту.
Закрыв за собой дверь Сергеевского кабинета, Тимур от души выругался. Три часа общения с СБ-шником вымотали почище целого дня в седле. Это надо ж быть таким дотошным! А главное, чего прицепился?! Утеря оборудования, понимаешь ли… Да это оборудование теряют по пять раз на год, и ничего! А уж преступный сговор с колдунами с целью… Н-да. И хрен ему что, идиоту, докажешь…
От Сергеева Цой пошёл в мед часть, где вытерпел ещё полчаса издевательств под названием «перевязка». Рана на руке выглядела гораздо лучше: всё же препараты, которыми пользуются здешние врачи, на несколько порядков эффективнее, чем в традиционной медицине.
После всех процедур у него проснулся зверский голод, и Тимур направился в столовую: кормили в ПАРМЕ по высшему разряду и совершенно бесплатно.
После экзотических иномирских харчей хотелось чего-то родного и домашнего. Нагрузив поднос жареной картошкой, салатом из капусты и печеночным тортом, Тимур устроился за столиком в углу.
Посидеть в одиночестве не получилось. Не успел взяться за вилку, как на горизонте нарисовался Блейком в компании Ведьмака и Сэта.
Странная компания, если подумать: опер, разведчик, ликвидатор — с учетом вечного соперничества отделов. Но тут как раз ничего удивительного: Ведьмак с Блейкомом дружат ещё со школьной скамьи, а разведчик Сэт в своё время привел в ПАРМУ всех троих (да, и Тимура тоже).
— А я говорил: вкусная еда круче любого психотерапевта! — Сэт без приглашения подсел за столик к Тиму, — Ну что, пропажа? Опять весь институт на уши поставил!
— В первый раз, что ли?! — заржал Ведьмак. — О, картошечка! Поделишься?
— На раздаче возьми, — Тимур прикрыл ладонью тарелку. Разумная предосторожность: чуть зазеваешься, и на раздачу придется идти самому.
— Жадина, — обиделся Ведьмак, но всё же пошёл за едой.
— Ежи, мне то же самое! — крикнул ему вдогонку Сэт.
— Нахлебнички, — проворчал Ведьмак. — Блейком, ты со мной?
— Третий поднос прихватить слабо, да? — хмыкнул тот, но отправился туда же.
Сэт, ухмыляясь, проводил их взглядом.
— Клоуны… Ну, ты как, в порядке? — обернулся он к Тимуру.
— Да что мне станется? — криво усмехнулся тот.
— Действительно, терминатор ты наш…
Вернулись Ведьмак с Блейкомом, сгрузили на стол просто неимоверное количество еды.
— Сегодня пьём чай, — объявил Блейком. — Потому что Саныч нас всех перестреляет, если с его любимым пациентом что-то станется. Но чай можно разлить по бокалам и представить, что это коньяк.
Ведьмак скривился.
— С каких пор ты боишься Саныча?
— Нет, правда, — вмешался Тим, — вы пейте, что хотите, а мне нельзя. У меня сейчас вместо крови сплошной антибиотик.
Сэт прогреб пятерней редеющую светлую шевелюру, крякнул.
— Ну, мы ж не алкши какие. Чай так чай… Что мы, по-трезвому поговорить не можем?!
Ведьмак поднял стакан с чаем.
— Вздрогнули.
Тим понюхал жидкость в стакане, с опаской отхлебнул — оказалось, действительно чай.
— Не доверяет, — сокрушенно покачал головой Сэт.
  
— А надо? — хмыкнул Цой и взялся за вилку: остывшая картошка — совсем не то.
— Как прошло у Сергеева? — поинтересовался Блейком через какое-то время.
— Да как… — фыркнул Тим, — подозревает, что у меня с Грегом преступный сговор был. Мол, карты я для Гардкхаста спер, а унер выкинул, чтоб никто не догадался. Идиот…