"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Да без проблем, – Алексей открыл конспект по электродинамике на последней странице и, присев на корточки, стал рисовать. Закончив, вырвал листок и протянул Владу. – Держи!
Влад аккуратно сложил листок клетчатой бумаги и засунул его в карман рюкзака:
– А давай пешком прогуляемся до центра.
Алексей кивнул и так за разговорами они прошли по мосту на другой берег, дошли до привокзальной площади, попрощались и разбрелись каждый на свою остановку.
    
Глава 8
 
Ты взявший в руки оружие,
Ты несущий справедливость,
Ты покоряющий пространство,
И ты прошедший испытание,
Гордись! Ты стал гражданином!
Кодекс Мартиана. К кадетам-выпускникам.
Глаза постепенно привыкли к яркому свету и Габриэль увидел две шеренги солдат в белых доспехах, стоящих слева и справа от транспортной капсулы навытяжку с плазменными винтовками в положении на плечо. Словно по команде, они перевели винтовки в положение у колена и два раза ударили прикладами о гладкие светло-серые плиты площади. Габриэль опешил от неожиданности и инстинктивно сделал небольшой шаг вперёд – снова последовали два удара прикладами. В конце строя, который заканчивался ровно на середине площади, он разглядел стоящих ректора академии и незнакомого ему лорда-коммандера, они смотрели прямо на него и явно ждали, что он подойдёт к ним с докладом о выполненном задании. Солдаты стали выбивать эту своеобразную барабанную дробь прикладами винтовок, а Габриэль пошёл вперёд сквозь строй, с каждым шагом всё увереннее и чётче ставя ногу, вытягивая носок и выпрямляя спину. Подойдя к ректору академии и лорду-коммандеру, он отдал честь:
– Кадет семьсот десять выполнил задание и прибыл для получения дальнейших распоряжений! – произнёс Габриэль согласно уставу академии.
– Преклони колено кадет, – лорд-коммандер вынул из держателя на поясе свой меч и приложил его поочерёдно к каждому плечу Габриэля. – Отныне кадет семьсот десять уходит в небытие, также, как сбросили в небытие свои оковы лорды Териса, познавшие силу и создавшие нашу цивилизацию, и рядом с ними плечом к плечу встаёт, рождённый в пламени битвы, младший тактик Габриэль Анхеев!
– Принеси клятву Мартиана, младший тактик! – торжественно произнёс ректор академии.
Габриэль встал с колена и, повернувшись к строю солдат, чётко выговаривая каждое слово и каждую букву стал произносить слова клятвы:
– Я обретший оружие из руки повелителей, я вступивший на путь справедливости, я несущий свет всему сущему. Клянусь! Быть верным идеалам Териса, быть его клинком и защитой! Быть судьёй и опорой! Быть надеждой и целью! Я не предам, не струшу и не оступлюсь в своей поступи! Во мне течёт кровь Мартиана, во мне горит его огонь, во мне бурлит его сила и дух! Я – Мартиан Теримистис!
Солдаты ударили прикладами винтовок два раза и взяли их на плечо.
В арсенале было тихо, не было слышно обычного шума переговаривающихся перед очередным испытанием или тренировкой кадетов. Они были вдвоём – Габриэль и, как его называли за глаза, «амунишник». У «амунишника», по слухам, бродящим среди кадетов, были полностью заменены на протезы обе руки и левая нога, которые он потерял в битве в системе Дем, но по внешнему виду и по их функциональности, этого нельзя было утверждать с полной уверенностью, а спрашивать у него напрямую никто не решался, зная его суровый и ворчливый нрав.
«Амунишник» провёл сканером по телу Габриэля и перенёс информацию в квантком арсенала. Через совсем небольшое время со склада прибыл дрон с подобранными, по снятым с Габриэля меркам, солдатскими доспехами.
– Теперь ты как большой, – усмехнулся «амунишник» и мелькнувший в его глазах блик света, заставил Габриэля задуматься о том, что глаза «амунишника» тоже могли подвергнуться протезированию. – Одевайся, а я помогу тебе в первый и последний раз.
Габриэль снял, ставший уже ненужным, защитный жилет, на котором остались следы когтей ящера, вылез из ботинок, тактические брюки и рубаху сложил аккуратной стопкой на стол перед окном выдачи амуниции, сопровождаемый при всех его действиях кривой ухмылкой «амунишника».
– Да ты красавец, – то ли пошутил, то ли похвалил «амунишник» – ни один из кадетов так и не научился понимать, когда тот говорил серьёзно, а когда шутил. – Руки-ноги на месте, можно сказать, вернулся без потерь, ха, одна царапина.
– А что бывало и хуже? – поинтересовался Габриэль.
«Амунишник» с прищуром посмотрел на него:
– А ты не задавался вопросом, что это вообще было? Нет, не задавался? Можешь не отвечать, – «амунишник» махнул в его сторону рукой. – Сам всё вижу. Стой ровно.
«Амунишник» помог надеть заднюю часть солдатской кирасы, потом подал переднюю и Габриэль лишь только приложил её к себе, как сработала автоматика и обе части кирасы притянулись, став единым целым. Доспехи для ног и рук тоже автоматически притянулись к кирасе и стали неотъемлемыми её частями.
– А как снимать? – спросил Габриэль.
– А зачем тебе это? – усмехнулся «амунишник». – Теперь это с тобой навсегда.
– Как навсегда? – опешил Габриэль.
– Вот здесь, – хрипло засмеялся «амунишник» и показал ему, где надо нажать, чтобы доспехи разъединились, – шлем, пока, не надевай, ещё натаскаешься с этим ведром.
Габриэль повертел в руках свой ни разу не надёванный шлем – он был сделан из того же энергокерамометалла, что и доспехи, а его внутреннее покрытие было из мягкого тёмного материала, которое должно было смягчать удары о голову, подводить воздух и снимать, через многочисленные датчики, жизненные показатели бойца.
– А о чём я не подумал? – поинтересовался Габриэль у «амунишника».
– Где все остальные? – произнёс севшим вдруг голосом «амунишник». – Где? Что будет с теми, кто остался сидеть?
– Что? – как эхо повторил Габриэль.
– Кхе.. Тебе пора, – скривился «амунишник», – и жди дальнейших распоряжений.
Габриэль удивился такому резкому повороту в разговоре, но поблагодарил за помощь и покинул арсенал академии, а «амунишник» уже пожилой мужчина с седыми волосами, серыми тусклыми глазами и резкими чертами вроде бы добродушного, но какого-то застывшего лица, посмотрел ему вслед:
– Сколько вас таких прошло через меня. Скольких я видел в последний раз, прямо как тогда…
Он замолчал, губы его сжались в тонкую ниточку, перед ним снова пронеслись картины орбитального десанта, бой и ловушка, которую уготовили им отщепенцы из Дем и в которой выжил лишь он один, лишившись обеих рук, левой ноги и глаза.
– Сканирование завершено! – доложил сержант лорду-коммандеру и ректору академии. – Обнаружено ещё трое выживших!
– Отлично, ты не находишь? – повернулся лорд-коммандер к ректору академии.
– Удачный выпуск, – улыбнулся тот.
– Троих выживших в мою приёмную, остальных в распоряжение псимедиков, – скомандовал сержанту лорд-коммандер армии Териса – Демор Анарис.
Сержант уже отдавал распоряжения солдатам, как на площадь для смотров въехали военные транспортники. Лорд-коммандер посмотрел на эти машины и вспомнил свой собственный выпуск из академии и принесение им клятвы Мартиана:
– Когда-то и я прошёл испытание, – улыбнулся лорд-коммандер. – Ты ведь ещё не был ректором?
– Нет лорд, – кивнул головой ректор академии, – всего лишь простым стратегом.
– А что повлияло на отказ в присвоении? – посмотрел в глаза ректору лорд Анарис.
– Псимедики списали, – опустил взгляд ректор, – обсуждал приказ о зачистке с подчинёнными.
  
– Ну-ну, – похлопал его по плечу лорд-коммандер, – умение думать и рассматривать разные варианты развития событий ещё никому не вредило.
– Я тоже так думал, вот и решил… – ректор замолчал, в его голове пронеслись неприятные воспоминания о том, что приказ содержал распоряжение уничтожить поселение разумной расы гоминидов над залежами акринита, а на его предложение – проложить направленным плазменным взрывом туннель к месторождению, руководство ответило отказом и переводом на административную должность. И снова возникшая, как тогда, мысль, с которой он жил всё это время – «Мы не роботы, чтобы исполнять беспрекословно, мы должны придерживаться этики Мартиана.»