"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

— Всенепременно… — процедил я сквозь зубы, глядя в ее удаляющуюся спину.
Кто ответит, почему из десятка такси, стоявших в тот майский день у автовокзала, я выбрал именно это?
  
ГЛАВА 18
 
Артур
Туман. Кругом сплошной туман. Не видно ни неба, ни земли, лишь неясные тени мелькают в окружающей меня серости.
  
Ну и?.. Умер я, что ли? Или снова сплю? Из попытки ущипнуть себя ничего не вышло — тело словно в невесомости. Почему-то меня мало волновало, где я и как сюда попал. Какое-то странное спокойствие владело мной. Я чего-то ждал, сам не зная чего именно, но твердо зная, что обязательно дождусь.
Через какое-то время окружающая меня нереальность посветлела, туман вроде как рассеивался, хотя по-прежнему не было ничего видно. Я встал и пошел, не задумываясь, почему и куда. Что-то во мне знало, что так надо, и я лишь подчинялся неведомой воле.
Где-то вдали появился свет — слабая искра, которая разгоралась все сильнее… Выходит, я выбрал верное направление.
Чьи-то жесткие пальцы схватили меня за локоть.
— Стой!
Я обернулся — прямо передо мной был Влад Иган. Такой, каким я его помнил: седой, в очках и черной униформе Координатора.
— Дядя? — выдохнул я изумленно, — что ты здесь делаешь?
— Слежу, чтобы ты глупостей не наделал, — знакомым с детства ворчливым тоном поведал он и потянул меня за рукав белой хламиды: — Идем, пора возвращаться.
— Куда? — не понял я.
— Назад, в тело, — пояснил он, — ты выбрал не самое удачное время, чтобы расстаться с жизнью.
— Погоди… — Я прикрыл глаза рукой, пытаясь собраться с мыслями. — Хочешь сказать, я умер?
— Нет, но весьма близок к этому. — Дядя приобнял меня за плечи: — Пошли, Артур. Тебя ждет сын.
Я посмотрел в сторону света, такого далекого и манящего. Вся моя душа, все естество рвалось туда. Но Ромка… нет, его нельзя бросать.
— Хорошо, идем, — нехотя согласился я, позволяя дяде себя увести. — Интересно, что там?
— А шут его знает… — пожал плечами дядя — я так туда и не дошел.
Я приостановился.
— А что ты вообще здесь делаешь?
— Тебя спасаю, что непонятного? — удивился он. — Ну же, пошли! В этом месте главное — не останавливаться.
Мы снова пошли вперед сквозь хлопья тумана, такого плотного, что вытянутую руку не рассмотришь. Я поглядывал на шагающего рядом дядю и никак не мог понять, что во всем этом неправильно. Потом в мозгу что-то щелкнуло, и я спросил:
— Дядь, а ты разве умер?
— Все люди смертны, племяш, — вздохнул он.
— Тогда почему ты не там? — Я мотнул головой назад, в сторону оставшегося вдалеке света.
— Потому что вместо того, чтобы обрести покой, мне пришлось срочно спасать твою шею! — припечатал он. — А когда опасность миновала, оказалось, я намертво застрял в твоей голове!
— Э-э… Хочешь сказать, что настырное «бу-бу-бу» в моем мозгу — это…
— Да! — бросил он раздраженно. — Только не думай, что я это специально подстроил!
— Дядь, да я… — безнадежный взмах рукой, — я и предположить не мог, что тебя больше нет.
Он не ответил. Какое-то время мы шли молча, потом я задал очередной вопрос:
— Как ты умер? Кажется, я имею право знать.
— Имеешь, конечно, — хмыкнул он, — особенно с учетом того, что ты два года на меня дулся за то, что я исчез с горизонта. А ведь и подумать не мог, что твой дядька мертв.
— Извини, действительно не мог. Так как все случилось?
— Оказался не в то время не в том месте.
— Очень убедительно… Дядя, не виляй!
— Хочешь подробностей? Ладно. После твоего эффектного исчезновения с Гард-Анча Александр решил, что это я во всем виноват, и поступил по всей суровости военного времени.
— Алекс?! — не поверил я.
— Да. Причем напал так же подло, как и на Кордгана, — неожиданно и со спины.
Я вспомнил бесславный конец правителя Оэльдива и почувствовал, как во мне разрастается злость на некогда близкого друга. Сукин сын! Иуда! Попадись ты мне!..
— Не стоит, — устало сказал дядя, — он поступил вполне в духе своей семьи. И с точки зрения законов Иррата — по справедливости. Альдмир Инг-Ваан, оруженосец и правая рука Вальтера Хайверга, приговорен к казни еще Мабертом за сообщничество с Силами Хаоса. Правда, твой венценосный друг мог для начала хотя бы допросить означенного преступника, но в той ситуации… Ничего удивительного. Прости и отпусти.
— Ага, разогнался!
— Я же простил!.. И от встреч с королем Иррата я бы на твоем месте воздержался. Са-Масте злопамятны, а уж Алексу есть что тебе припомнить.
— Интересно что? — удивился я. — Если б не я, он бы уже давно червей кормил!
— Ну это-то он, положим, давно и благополучно забыл. А вот о том, что ты — сын его врага, чуть не разрушивший Паутину… вот об этом он помнит.
— Дядь, да у тебя мания преследования!
— Лучше быть живым параноиком, чем беспечным трупом.
Резко выдохнув, я открыл глаза. Ночь… луна…
— Дядя!
«Здесь я, здесь. Не ори, — отозвался в голове знакомый голос. — Снова пацана напугал!»
Лицо склонившегося надо мной сына выражало испуг пополам с облегчением.
— Пап, т-ты к-как? — заикаясь, спросил он.
— Еще не знаю, но жив. Вроде бы…
— Вроде бы… — передразнил Ромка, отчаянно пытаясь не выказывать своих чувств. — Бить тебя некому, папаша! Если бы не Слезы Леса… вряд ли бы я смог толком тебя заштопать в таких условиях.
— Заштопать? Ты?
— А что тут сложного, — хмыкнул он, — между прочим, я на врача учусь.
Я похлопал его по руке и сел, оглядываясь. Лес. Бивак устроен между близко стоящими деревьями. Потрескивал костерок, чуть в стороне развалились гаджи.
— Как мы здесь очутились? — спросил я.
— На гаджах приехали, — пояснил сын, — я верхом, ты — поперек седла.
— Ага, ясно. — Я провел ладонями по лицу, прогреб пятерней волосы. — А из замка как выбрались?
— Как-как… через ворота! В общем, помогли нам немного.
— Надо же… — протянул я, — упыри вмешались или тут кто-то еще страдает добротой душевной в острой форме?
— Ага. Есть тут одна… родственница. — Ромка отвел глаза. — Бать, ты тока не кипешуй, лады?
— Постараюсь. — Я внутренне напрягся.
— Короче, там была Моргана. Это она не дала тебя загрызть.
— Моргана? — опешил я. — Ром, ты ничего не путаешь?
— Не-а, — помотал он головой, — ей, оказывается, нужна не твоя смерть, ей нужна Сила.
— Да, что-то такое она уже говорила… — припомнил я.
— Ну, барону-то она сказала гораздо больше, — сообщил сынок, и принялся пересказывать, что произошло в замке после нападения зверя. И я не очень-то удивился, узнав, что зверь — это и есть барон. А вот то, что замок оказался самым обычным, огорчало. Знать бы заранее, не поперлись бы на это чертово плато! А так и время потеряли, и неприятностей нажили. Впрочем, как всегда.
— Ромка, ты хоть чуть-чуть поспал? — спросил я, глядя на разгорающуюся полоску рассвета.
Тот отрицательно качнул головой и тут же заразительно зевнул.
— Тогда ложись и отдыхай. Думаю, еще полдня задержки погоду не сделают.
Сын тут же растянулся на траве и засопел. Я укрыл его Вуалью Ветра, а потом закатал рукав и внимательно осмотрел предплечье. Как всегда после врачевания Слезами Леса, от раны не осталось и следа. Тогда какого лешего я все еще ее чувствую?
…Ромка проспал до полудня. За это время я успел внимательно изучить карту. Следующий на очереди замок Ведьмы Ночи располагался… посреди моря. Вот так: ни много ни мало. На небольшом острове, с интересным названием Рюгеншинт, в Холодном море. Если верить карте, то наиболее удобным путем к большой воде была река Урилья, но до нее еще ехать и ехать. Сверившись с картой, послал импульс-поиск, определился с направлением. Вот и все, больше нам тут делать нечего.
  
— Ром, в дорогу пора.
Тот сел, потирая глаза, затем взъерошил шевелюру.