"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Откуда она взялась, я так и не понял. Хрупкая, миниатюрная – то ли девочка, то ли девушка. Она преградила мне путь и повелительно протянула вперед руку, приказывая остановиться.
«Леди» едва доставала мне до локтя и была закутана в цельный кусок малиновой ткани, расписанной непонятными символами. Волосы ее тоже оказались малиновыми, а глаза – черными, глубокими, как бездны космоса. Сложная разноцветная татуировка на лбу означала что я повстречался с представительницей рода Свиланн.
  
Я преклонил колени, как того требовал обычай, и произнес:
– Слушаю тебя, о Мудрейшая!
Свиланн – ясновидящие и врачевательницы, странствующие по Паутине и оказывающие помощь всем, кто в ней нуждается. Никто и никогда не видел мужчину рода Свиланн, никто не знает, представительницами какого из миров Паутины они являются. Свиланн почитают и боготворят, к их мнению прислушивается сам Верховный Координатор. Говорят, они действительно способны видеть будущее, но никогда не пророчествуют на заказ. Свиланн сами выбирают, кому преподнести свой дар, отказываться здесь нельзя.
А жаль. Именно сегодня я не хотел знать будущего.
Легкие пальцы легли на мою голову.
– Посмотри мне в глаза, рыцарь!
Я подчинился. Ее бездонные очи смотрели мне прямо в душу.
– Тебе нелегко, – произнесла Свиланн с печалью в колокольчиковом голосе, – слишком много всего лежит у тебя на душе. Три битвы ждет тебя: с врагом, с другом и с самим собой. Исход ни одной из них не предрешен заранее. Великий разлом проведет тебя туда, где уже не надеешься побывать, и подарит все, о чем мечтаешь. Не радуйся, ибо потеряешь все вновь! И будет день, и будет ночь, и полная луна отразится в воде, а полночь снимет маски. И в час последней битвы ты узришь истину! Меч, вложенный в твою руку Мастером, поведет тебя вперед, пророчество свершится, но даже Мастер не предугадает, как лягут карты судьбы. Иди же, странник, но помни о своем долге!
Я еще стоял на коленях, хотел сказать, хотел спросить… Но мелькнул край малинового одеяния, и Свиланн исчезла, как ее и не было…
И тишина. Лишь ветра шум да шорох отдаленного прибоя.
  
Глава 12
 
Гигантский золотой шар солнца висел в раскаленном бело-голубом небе, изливая свет и испепеляющую жару на бесконечные кирпично-красные пески Великой Пустыни Иррата.
Едва мы вступили в этот раскаленный ад, как дыхание перехватило от нестерпимого зноя, а порывистый горячий ветер осыпал нас ливнем мелких песчинок, секущих кожу, проникающих под одежду, набивающихся в нос и рот, слепящих глаза…
Мы специально выбрали пустыню и намеренно попали в знойный полдень. Во-первых, при ярком свете дня вспышки от перехода почти не заметны, а во-вторых, в здравом уме и без крайней необходимости вряд ли сюда кто сунется, поэтому был неплохой шанс проскочить.
Тут очередной порыв ветра хлестанул меня по лицу песчаной плетью. Ругая себя на чем свет стоит за непредусмотрительность, достал из рюкзака запасную рубашку и обмотал ее вокруг лица и головы: получился гибрид паранджи с тюрбаном. Сразу стало легче дышать. Алекс последовал моему примеру, и теперь мы с ним представляли весьма комичное зрелище.
– Куда дальше? – поинтересовался я.
Алекс указал направление на север, и мы двинули вперед. Всю дорогу молчали – не до разговоров. Один раз сделали короткий привал, попили, после чего снова продолжили путь.
Алекс планировал за три дня пересечь Великую Пустыню, потом подняться на неприступный скальный кряж, именуемый Заповедным, и, спустившись по северному его склону, отыскать пророчицу Отрану. Оттуда – два дня пути до Драконьей Плеши, самой высокой точки гор, где нам и предстояло встретить Великое Полнолуние. На мой вопрос, почему именно там, Алекс пояснил, что во всем Иррате есть всего несколько мест, где Каинос сполна раскрывает свои тайны. Из них Плешь – единственно доступное для нас в нынешних обстоятельствах.
Так мы и шли, сопротивляясь натиску ветра и на каждом шагу увязая ногами в песке. К вечеру, когда диск солнца зацепил краем бархан на западе, ветер утих, а в воздухе повеяло долгожданной прохладой, мы сделали еще один привал. Перекусили, снова попили, умылись. Нужно было идти дальше, но мы все же позволили себе получасовой отдых.
Я закрыл глаза и даже успел задремать, когда Алекс толкнул меня в бок:
– Смотри!
Я повернулся в указанном направлении. Далеко, очень далеко на юго-востоке, почти на границе восприятия, образовался высокий столб смерча и стремительно направился в нашу сторону.
– Что за чертовщина? – пробормотал я, поднимаясь на ноги.
Смерч вел себя совсем не так, как принято у ему подобных: он не кружил, не приплясывал, не петлял. Он просто двигался по прямой – и пер он прямо на нас.
Я как завороженный наблюдал за его приближением, за тем, как он рос, а в теле его проявлялись закручивающиеся спирали песка.
Алекс встал рядом.
– Ты хоть представляешь себе, что это такое? – крикнул я, перекрывая все нарастающий гул.
– Догадываюсь, – так же громко ответил он.
Больше он ничего не успел добавить.
Приблизившись почти вплотную, смерч вдруг остановился и опал, оставив после себя ровный круг на песке. А в центре этого круга стояла золотая колесница, запряженная шестеркой желто-золотистых лошадей с длинными гривами и хвостами с медным отливом.
Колесницей правила женщина. Едва взглянув на нее, Алекс опустился на одно колено и, склонив голову, произнес:
– Сахара! Богиня Пустынных Ветров!
Мне бы последовать его примеру – богиня как-никак, их не каждый день встречаешь, – но я не мог. Стоял, выпрямившись во весь рост, с восхищением разглядывая прекраснейшую из виденных мной женщин.
Она, как и ее экипаж, была вся соткана из теплых золотых красок. Соблазнительная фигура, весьма условно прикрытая куском золотисто-прозрачного газа, поражала совершенством. Нежная кожа медового оттенка, грациозная шея, точеные руки с изящными пальцами, так уверенно удерживающими на месте гарцующих скакунов.
Каскад песочно-золотых локонов роскошным покрывалом падал ей на плечи, обрамляя ослепительной красоты лицо, на котором бриллиантами сияли желто-золотые глаза с кошачьими зрачками.
Не знаю, как там насчет Пустынных Ветров, но к пантеону богинь красоты Сахару я бы причислил смело.
Гордо выпрямившись, она стояла в колеснице, без улыбки глядя на двух пришельцев.
– Кто вы? – Голос оказался низким и бархатистым. – Как посмели нарушить покой моих владений?
– Так нигде не видно знака запрета, – дерзко ответил я.
Алекс тут же ударил меня по ноге. Видимо, с богинями так не разговаривают.
Кошачьи глаза смотрели строго и оценивающе.
– Каждый в Иррате знает, что Пустыня – священна, а нарушение ее границ карается смертью! – изрекла богиня. – Что вы двое можете сказать в свое оправдание?
Теперь уже я толкнул Алекса – заварил кашу, пусть расхлебывает! Не думаю, что он забыл о подобной «мелочи»!
Принц поднялся и с достоинством произнес:
– О Прекраснейшая Сахара! Поверь, не по злому умыслу нарушили мы покой твоих владений! Веками королевский род Иррата чтил святость договора, и я, последний из Са-Масте, сын твоей сестры Леа Лесов, никогда не посмел бы ступить в твои владения без крайней необходимости.
Алекс замолчал и снова поклонился.
Я хлопал глазами и пытался переварить полученную информацию. Вот этот амбал – сын… Леа?! Воздушной, неземной Леа, хрупкой, нежной и юной, как сама весна? В голове не укладывается!
– Продолжай! – потребовала Сахара.
– Разве ты не знаешь, о Прекраснейшая? Мой дом захватил безликий враг, вся моя семья погибла! Иррат стонет под властью Хайверга и его приспешников, в ослабленную Паутину рвутся силы Хаоса, чтобы разрушить ее окончательно. Неужели ты станешь карать тех, кто пришел остановить Безликого и положить конец его злодеяниям?
  
Сахара молчала; долго молчала.
– Кто твой спутник? – наконец спросила она.