"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Алекс сжал кулаки и скрипнул зубами.
– Предатель за все заплатит, – глухо пообещал он и снова надолго замолчал, отвернувшись к окну. За стеклом нехотя разгоралось зарево рассвета.
– Хайверг – мой родственник, – произнес он наконец, не поворачивая головы, – Безликий Разрушитель… Будь он проклят! Мы его недооценили…
Алекс сокрушенно тряхнул чубом:
– Никто не верил, что он посмеет напасть на Иррат… что ему удастся…
  
И снова тишина. Лишь шорох листвы за окном да отдаленное пение какой-то пичуги.
Мозг в ускоренном темпе перерабатывал полученную информацию. Несколько фраз, оброненных ирратским принцем, дали ответы на все вопросы, поставленные передо мной шефом разведки. Правда, я не был уверен что Парцел будет в восторге от такого положения дел, но, рассказав ему все, я снова стану вольной птицей. Осталось только найти способ передачи, потому как на курьеров надежды мало, а отправиться в штаб сам я не мог. Мало ли что в мое отсутствие учудит его высочество…
– Его нужно остановить! – Алекс резко обернулся ко мне. – Дело не только в престоле. Безликий служит Хаосу, он стремится разрушить всю Паутину!
В другой ситуации я бы не поверил, рассмеялся абсурдности самого́ предположения – ведь Паутина Мироздания казалась чем-то незыблемым, вечным… Сейчас же только спросил:
– Это реально возможно?
Алекс утвердительно кивнул. Встал, прошелся по комнате, выглянул в окно, внимательно осмотрел пустынный переулок и окрестные строения. Сел на подоконник и, поглядывая на улицу, мрачно проговорил:
– Еще как возможно! Более того, однажды это уже чуть не произошло; и причиной стала элементарная глупость, а не злой умысел.
– Ты о Великой Тени и втором пришествии Мастера? – уточнил я.
– Именно! Только Мастера там и близко не было. Хотя это-то сейчас и не важно. – Он бросил очередной взгляд в окно.
– Что там интересного? – спросил я.
– Гостей жду, – пояснил Алекс. – Если Моргана доложит папаше, что видела нас здесь, он, возможно, пошлет кого-нибудь довершить начатое.
– Папаша?
– Угу… Она дочь Хайверга. Я не говорил?
– Нет.
– Ну, теперь сказал, – криво усмехнулся Алекс. – Впрочем, у них не самые теплые отношения, так что я, возможно, зря дергаюсь.
Я пожал плечами. Раньше Мара предпочитала решать проблемы самостоятельно. Хотя за столько лет она могла поменять привычки.
– Так о Паутине, – вернулся к прежней теме Алекс, – все, что имеет начало, найдет свой конец. Лишь волнующийся Хаос вечен, и все что из него вышло, к нему возвратится. Это – аксиома, Арчи. Один из фундаментальных законов мироздания.
– Тогда зачем дергаться? – хмыкнул я. – Так или иначе, все там будем.
– Ну да. Только я предпочитаю умереть от старости, и Паутине того же желаю… Так о чем это я? Ах да! С учетом упомянутого раньше закона, Мастер не мог сотворить Паутину вечной, однако он сделал все, чтобы его детище просуществовало как можно дольше. И в то же время он оставил Ключи, при помощи которых ее можно разрушить, а в древнейших рукописях даже имеются указания, как это можно сделать.
Я присвистнул.
– На кой черт оно ему понадобилось?!
– Видимо, таковы были правила игры, – развел руками Алекс.
– Игры?
– А чего ты хотел? – пожал плечами принц. – Мастер, он ведь и сам из Хаоса. То ли сын, то ли брат Бесформенного. Никто не знает, кем он был и как мыслил. И ни в одних записях не упоминается, зачем он создал Паутину. Ведь ему, бестелесному, нет нужды в опоре под ногами или определенном составе атмосферы. Чем была Паутина для него? Произведением искусства, экспериментальным полигоном, попыткой изменить что-то в извечных играх своего народа?
Я изучал мыски своих ботинок и молчал. Слишком много информации, слишком неожиданные трактовки…
– Никогда не думал о Паутине с подобных позиций, – признал я и, прищурившись, глянул на собеседника. – Думаю, в Оэльдиве тебя сочли бы богохульником.
– В Иррате тоже, – согласился Алекс. – Вид с окраины всегда отличен от того, что можно разглядеть из Центра. Если ты понимаешь, что я имею в виду.
Я кивнул, хотя и не был уверен, что правильно истолковал слова принца. Просто не хотел больше говорить на эту тему.
– Ключи Мастера, – напомнил я. – Хайверг тоже говорил о Ключах…
– Да. Он охотится за ними, чтобы разрушить Паутину. Всего Ключей семь. Каждый из них сам по себе – мощнейший артефакт. Имея хотя бы один, опытный маг может наворотить кучу дел. Но все семь… даже думать об этом не хочется! Хайверг и Ключи… Если он соберет их, мы все обречены.
– Но ведь собрать Ключи – это еще не все, – сделал я слабую попытку возразить, – одно дело – строить планы, другое – положить конец всему, что знаешь. Ты уверен, что у твоего родича хватит духу осуществить задуманное?
– Он служит Бесформенному уже много лет и имел массу времени все обдумать. Хайверг убил своего новорожденного сына, когда ему предсказали, что этот малыш – единственный, кто сможет помешать его планам разрушения.
Черт побери! Еще несколько дней назад я даже симпатизировал этому ублюдку!
  
Глава 9
 
У Великого Мастера, создателя Паутины, было двое сыновей: Оэл и Ирр. Первый как известно, основал Оэльдив – землю в Центре, второй – Иррат, пограничный пост порядка перед лицом безбрежного Хаоса.
К делу это имеет отношение лишь потому, что представители всего двух родов в Паутине являются прямыми потомками Мастера, все остальные – его творения. И лишь единичные представители этих семейств обладают его наследием: знаниями, дарующими власть над материей и пространством, позволяющими работать с само́й тканью бытия и менять структуру Паутины. Знание несет в себе как созидание, так и разрушение, поэтому доверяют его лишь избранным.
Тысячелетиями род Са-Масте правит у Края, сдерживая силы Хаоса, памятуя о пророчествах и строго выполняя все заветы Мастера.
Пожалуй, стоит начать с Гарбора Ужасного, прозванного так за невероятную жестокость и нетерпимость. Его боялись и ненавидели, но никто не решался восстать против него.
У короля было трое сыновей: Ангрей, Маберт и Ксаввал. Официальным наследником считался Ангрей – старший из братьев, за ним следовал Маберт. Шансы же младшего Ксаввала на корону были более чем призрачны.
Юный принц обладал на редкость независимым характером и не собирался провести всю жизнь в тени своих братьев. А потому он отрекся от семьи и от Края, разругался с отцом и сгинул где-то в Паутине, прихватив с собой некую очень ценную вещь. Впрочем, это выяснилось гораздо позже.
Вслед за Ксаввалом Иррат покинул Маберт, отправившись искать знаний во внутренних мирах. Он ушел без скандала, получив отцовское благословение и дав клятву верности Краю и долгу.
Ангрей остался при отце и занимался всем, что полагается делать наследному принцу, дабы освоить искусство управления государством. Говорят, у него был талант правителя, к тому же добрым характером, доблестью и справедливостью он снискал любовь и поддержку всего населения. В обязанности Ангрея также входила инспекция дальних и ближних миров, принадлежащих к Краю.
В одной из таких поездок он встретил леди Флавию из рода Хайвергов. Естественно, влюбился и захотел жениться. Только Хайверги, ведущие свою родословную от Демонов Хаоса и поклоняющиеся Живой Пустоте, всю жизнь были врагами рода Са-Масте, Хранителей Щита. Гарбор воспротивился этому браку, запретив Ангрею даже видеться с возлюбленной. Результат оказался противоположным ожидаемому. Ослепленный страстью принц и Флавия тайно поженились и использовали малейшую возможность, чтобы побыть вместе.
  
Впрочем, долго скрываться им не удалось – Гарбор обо всем узнал. Гнев его не знал границ. Король публично отрекся от старшего сына и изгнал его из страны, объявив своим единственным наследником Маберта.
Тем не менее Ангрей и не думал соглашаться с этим решением. Заручившись поддержкой родственников жены и представителей знати, недовольных политикой короля-самодура, он поднял мятеж, вознамерившись свергнуть отца. Ему это почти удалось, так как чернь, любившая принца, встала на его сторону. Закончилось все прозаически: мятеж утопили в крови, а Ангрей и другие заговорщики были схвачены и казнены. Флавии каким-то образом удалось скрыться.