Проклятье, с*ка! 5 (СИ)
— А что стало с Алексом Гордеевым? — задумчиво поинтересовалась Мира. — Почему его мать получила наследство?
— Алекс погиб при странных обстоятельствах. Его убили, а убийц так и не нашли. Это было как раз перед аварией на заводе. Всё это как-то связанно между собой, только теперь никаких концов не найти. Столько времени прошло…
— Какая-то грустная история. — вздохнула Мира. — Так всё хорошо начиналось, такой красивый парень, молодой… И так закончилось…
Я вырулил на старую, заброшенную парковку, заглушил двигатель, и мы вышли из машины. Девчонки замерли рядом со мной, осматривая старое, обветшалое и кое-где разрушенное здание, и молча хмурились.
Да уж! Заводик, вернее здание завода, доживало свои последние дни, судя по всему. Битые стёкла, кирпичные стены, раскрашенные граффити, заброшенный парк рядом, парковка, с потрескавшимся асфальтом и пробивающимися сквозь трещины одуванчиками. Ни охраны, ни даже пьяненького сторожа. Никого…
А ведь когда-то здесь наверняка кипела жизнь — рабочие спешили на работу, на проходной толпилась куча людей, звонил заводской гудок…
— Круто! — выдохнула Олька справа от меня. — Пойдём внутрь?
— Пойдём. — не стал я разочаровывать девушку и двинулся в сторону центрального входа…
Дёрнул ржавую дверь на себя, приложив чуточку больше силы, чем было нужно, и едва не вырвав её с петель, толкнул заржавевший турникет, провернувшийся с громким скрипом, и через тридцать секунд мы были внутри, в просторном зале с высокими пятиметровыми потолками, холодными, мрачными коридорами с эхом и шелестом мусора под ногами.
Пахло здесь… Даже не знаю — старой мазутой или нефтью, старыми трубами, ржавчиной, пылью, по́том рабочих, ходивших здесь десятилетиями. Есть что-то в старых зданиях такое, непонятное… Своя душа, наверное. Теперь уже мёртвая душа…
Мы побродили по плохо освещённым коридорам, под аккомпанемент хруста битого стекла под ногами, попинали кирпичи и поднялись по полуразрушенным ступеням наверх, заглянув в пустые кабинеты начальства. Тут словно прошёлся ураган — сломанная мебель, с полувековым слоем пыли, старые, разбухшие от влаги, бухгалтерские книги, листы бумаги и следы пожара.
Спустились вниз, посмотрели на опустевшие цеха. Всё оборудование и правда вывезли новые хозяева, получившие наследство от Гордеевых. Или растащили местные маргиналы на металл. Теперь это уже не важно…
— Да уж, наследство привалило. — хмыкнул я, пиная очередной кусок камня, когда-то бывший частью стены.
— Теперь понятно, почему твой дед смотрел на нас как на психов. — усмехнулась Олька.
— Или на идиотов. — хмыкнула Мира.
— Оль, а что ты там говорила про подземный цех?
— Он уничтожен, заброшен и затоплен.
— Это я помню. А где он? Где вход?
— Сейчас гляну… — девушка ненадолго притихла, уткнувшись в планшет, и через тридцать секунд уверенно ткнула пальцем в сторону. — Там.
— Пошли. — уверенно кивнул я, направившись в ту сторону.
— Он затоплен. — напомнила она мне.
— Я знаю. Просто хочу глянуть…
Пришлось пробираться сквозь завалы и кое-где поработать руками. Было непросто — нам понадобился час, чтобы расчистить путь сначала в подвал, а потом ещё час, чтобы убрать гору строительного мусора и обломков. Такое впечатление, словно сюда всё это снесли специально, стараясь как можно сильнее заблокировать или забаррикадировать проход к дверям грузового лифта.
Следы взрыва или пожара были и здесь — опаленные стены и потолок, побитый осколками и старостью бетон, скудный свет, пробивающийся сквозь пару прорех в перекрытии между этажами.
Мира подошла к огромному железному коробу, кабине лифта, потыкала мёртвую панель пальчиком, разочарованно вздохнула и отошла в сторону.
— Зря докапывались. — расстроилась блондинка.
— Похоже на то. — согласился я, повторив за Мирой, тыкнул несколько раз дохлую панель и приложил к ней ладонь.
— Макс, он не рабо… — фраза, сказанная Олькой, так и не получила своего логического окончания.
Панель откликнулась на моё прикосновение, загудела вытяжка под потолком, откачивая пыльный воздух, загорелся электронный дисплей, показывая, с какой глубины поднимается кабинка лифта, электрический мотор лебёдки едва слышно и вполне ровно заурчал, что-то грюкнуло у нас под ногами и через несколько секунд створки лифта приглашающе распахнулись перед нами, озарив помещение ярким, ровным жёлтым светом.
— Охренеть! — выдохнула Олька. — Он работает! И даже освещение пашет. Поехали! Скомандовала она и ринулась вперёд, оглядывая кабинку большого грузового лифта изнутри и восхищённо вертя головой во все стороны. — Откуда здесь питание? Не должно ведь… Всё страньше и страньше…
— Макс. Может не нужно? А вдруг там вода и мы не сможем выбраться…
Слова блондинки звучали разумно, но нас с Олькой уже было не остановить.
— Не переживай, Мир. Если что — выберемся. — уверенно пообещал я девушке, та молча кивнула, доверясь мне, и шагнула следом…
Спуск занял пару минут. Кабинка лифта ткнулась дном в жёсткие пружины, створки разъехались в стороны, и мы вышли в огромное, куполообразное помещение, свод которого терялся в темное где-то высоко над нашими головами.
— Не похоже на затопление. — хмыкнула Олька. — Такое впечатление, что и воды здесь не было.
— Не похоже… — задумчиво пробормотал я и двинулся вперёд в сторону длинного коридора…
— Макс? — окликнула меня Мира.
— Что?
— Ты знаешь, куда идти?
— Нет. — задумчиво пробормотал я.
Но такое ощущение, будто знаю. Такое всё вокруг знакомое и незнакомое одновременно. Словно я уже бывал здесь раньше. И не раз…
Мы миновали большой зал, свернули за угол в длинный коридор, и пошли по нему, оглядываясь по сторонам и не переставая вертеть головами. Всё ухожено, чисто, нет пыли, грязи и сырости. Воздух чистый, без запахов затхлости. Нет грибка на стенах, не падет штукатурка и камни на голову… Странно.
Везде, по пути нашего следования, зажигался свет. Куда бы мы не шли, куда не сворачивали…
— Нас словно встречают, Макс.
— Угу. — коротко подтвердил я, продолжая думать над непонятными фактами, никак не желавшими складываться в единую картинку в моей голове.
— Или заманивают. — буркнула Мира, поёжившись и передёрнув плечиками.
— Не похоже на заброшку. — озвучила мои мысли вслух Оля.
— Не похоже. — согласился я с ней, свернул на очередном повороте и резко остановился.
Девчонки за моими плечами замерли, восхищённо охнув, и, кажется, даже приоткрыли ротики от изумления.
То ли оранжерея, то ли дикие джунгли, то ли чья-то плантация. Деревья, кусты, папоротники, словно с картинки рекламного буклета про Амазонку. Всё зелёное и идеальное красивое. Всё, докуда дотягивался наш взгляд.
— Кто-то же должен за этим ухаживать? — резонно заметила Мира. — Получается, тут есть кто-то живой?
— Нет. Это замкнутая эко-система. Поддерживает сама себя. — раздался незнакомый женский голос под каменным сводом.
— Ой! А вы тогда кто? — Мира растерянно всматривалась над собой, пытаясь найти источник звука.
— Искусственный интеллект, присматривающий за этим местом и ожидающий возвращения своего хозяина.
— Боюсь вас разочаровать, но он не вернётся. — виновато улыбнулась Олька, разведя руки в стороны.
— Боюсь с вами спорить, — усмехнулся голос искина, — но он уже вернулся. Ты вернулся, Алекс Гордеев! — круглая летающая камера, размером с небольшой футбольный мяч, опустилась с потолка и ткнулась видоискателем в мою сторону. — Почему ты здесь, Алекс? Ты не должен здесь быть. Не сейчас! Я отправила тебя на несколько сотен лет вперёд… Ещё рано. Слишком рано…
— Ты, меня? — удивился я, наверняка спятившему, искину. — Я не Алекс.
— Ты ничего не помнишь… — разочарованно, как-то совсем по-человечески, вздохнула круглая камера, облетая меня и оглядывая со всех сторон. — Ты — Алекс Гордеев! Биоволны твоего мозга ясно показывают это… Странно. Почему ты инициализировался сейчас? Мы рассчитывали, это произойдет не ранее чем через пять сотен лет, тогда это будет безопаснее всего. Я где-то просчиталась? Из-за меня ты очнулся раньше срока. Прости…