367 дней (ЛП)

Устав, я отправилась в свою комнату, чтобы прилечь.
Только для того, чтобы понять, что когда Сойер говорил, что есть я и он, это значит, что моя задница принадлежит ему, в его постели. Этот факт я уяснила, когда он прямиком направился в мою комнату со Слимом, следующим за ним по пятам, подхватил меня и бросил на свою кровать.
Немногим позже я проснулась от того, что он прикоснулся рукой к моему бедру.
  
После этого, Сойер выполнил своё обещание и взял меня медленно и нежно.
Затем я снова уснула уже на его груди.
Воскресным утром я проснулась в его объятьях и быстро поняла, что Сойер очень чутко спит. Потому что он определенно спал, когда я только открыла глаза, но в ту секунду, когда я пошевелилась, он обнял меня сильнее и сказал сонным голосом:
— Ещё двадцать минут.
Поэтому я дала ему двадцать минут сна.
Затем он дал мне ещё двадцать минут, которые заставили меня серьёзно побеспокоиться о том, что мы сломаем не только спинку кровати, но и стенку, а ещё окажемся этажом ниже.
— Ладно. Мне нужно отправляться на пробежку. Ты бегаешь?
— Думаю, я бы побежала, если бы меня преследовали. Но даже тогда, это маловероятно.
На что он усмехнулся, мотая головой.
— Чем же ты занималась в спортзале, если не занималась на беговой дорожке?
— В основном, читала книгу на велотренажёре, — призналась я, не смутившись, потому что всегда работала до пота, занимаясь таким образом. — Впрочем, мне действительно нужно вернуться туда. Восстановить потерянный мышечный тонус.
— Если уж на то пошло, думаю, ты превосходно выглядишь такой, какая ты есть, но если ты хочешь немного мышц, я тоже за это. Возможно, мы сможем заскочить в спортзал Шейна после полудня, прежде чем тебе нужно будет уединиться, чтобы подготовиться для сегодняшнего вечера.
— Хорошая идея, — согласилась я. — Иди пропотей. Слим и я побудем лежебоками.
— Ладно, — сказал Сойер, зашнуровывая свои кроссовки. После этого он встал, подошёл ко мне, наклонился вниз и крепко поцеловал меня. — Вернусь в течение часа.
По возвращении он принял душ, мы оба оделись в удобную одежду и отправились в спортзал, куда я вновь записалась. Затем мы отправились обратно домой, и я провела слишком много времени, чтобы попытаться выглядеть безупречно.
Платье, которое он выбрал, было облегающее, с квадратным вырезом горловины, но современное. Длина юбки была немного короче, чем я обычно выбираю для себя, но как я выяснила, мы проведём большую часть вечера, сидя, так что мне не придётся беспокоиться о том, что я что-то уроню или кто-нибудь заглянет мне под юбку.
В конце я нанесла немного туши и подвела глаза, не став наносить никакой губной помады, за исключением бальзама для губ, оставила подвеску Сойера, надела платье, каблуки, немного вздрогнув, почувствовав высокие шпильки, от которых моё тело очевидно отвыкло за год.
Нанесла немного парфюма, схватила клатч с моим фальшивым удостоверением личности, просто на всякий случай, и вышла в коридор, в процессе чуть не завалившись на Слима. К счастью, Сойер ждал меня в гостиной и пропустил моё неуклюжее почти-падение, затем я прошлась туда-обратно, чтобы он смог рассмотреть меня всю.
Так он и сделал. Медленно.
Я тоже оглядела его, никогда не видя его в чём-то другом, кроме джинсов и футболок или внерабочей одежды. Сойер привёл себя в порядок, да, тут было на что посмотреть. Он надел тёмно-серые брюки и чёрную рубашку, обе вещи смотрелись на нём идеально. На его запястье были, похоже дорогие, серебряные часы, а волосы были немного более опрятные, чем обычно. К счастью, он до сих пор был немного неряшливым. У меня слабость к его щетине.
— Подойди сюда, — приказал Сойер, похлопав по колену. Я подошла к нему, и он, дотянувшись до меня, усадил к себе на бедро.
— Спасибо за платье. И обувь.
— Выглядит лучше, чем я представлял, — сказал он, скользя пальцами по моему бедру, направляясь к подолу платья. — Знаешь, у нас есть около…
Он затих, потому что услышал, как был введён код, и дверь открылась, представив перед нами Брока, который бросил на нас всего лишь один взгляд и расплылся в огромной ухмылке.
— Не могу сказать, что я не завидую, — сказал он, входя, спрятав руки в передних карманах. — Прекрасно выглядишь, Рия. Счастье тебе очень идёт.
Я почувствовала, как эти слова осели на моей коже и пробрались внутрь, зная, что он прав. Я была счастлива. И я поняла, что это говорило о чём-то, раз это было заметно для окружающих.
— Брок сегодня за собачью няньку, потому что мы будем поздно, — сообщил Сойер.
— У нас будет похожая ситуация, как в «Тёрнер и Хуч[26]». Он отправится со мной на слежку, и я совершенно точно ожидаю, что он съест подголовники на моих сиденьях, выбираясь из машины.
— Это машина компании, и я говорил тебе принести каких-нибудь косточек.
— Я принёс. Но он предпочитает кожу. Ты же знаешь.
— Бл*дь, да, я знаю, — согласился он, звуча при этом раздосадовано, отмечая себе, что придётся заменить везде кожу.
— Пойдём, Слим, — позвал Брок, подходя туда, где Сойер держал поводок, и беря его. Слим вздохнул, поднялся на лапы, прошёл через комнату к Броку и сел у его ног.
Никогда в своей жизни не встречала более ленивой собаки.
— Повеселитесь там, ребятки, — сказал Брок глупым отцовским голосом. — И, Рия, если он станет распускать руки — вилкой прямо в бедренную мышцу.
На этом он ушёл, сопровождаемый звуком моего хихиканья.
— Ладно, пора выдвигаться.
Мы забрались в его машину и отправились в «Семейный». Я была в «Семейном» несколько раз в прошлом, но никогда прежде, даже когда я резервировала столик, меня не звали прямо на подиум и не провожали к одной из приватных кабинок сзади, которые в какой-то степени закрыты ото всех, чтобы предложить посетителям уединённость.
— Мистер Грасси прибудет с минуты на минуту, чтобы поприветствовать вас, — сказала администратор после долгого зрительного контакта, которым она буквально трахала Сойера, что я нашла оскорбительным.
— Выглядишь так, будто хочешь выколоть ей глаза, — сказал он, вручая мне меню.
— Это было грубо, вот и всё.
— Да, за ней водится репутация женщины, которой нравятся мужчины, у которых уже есть девушки. Они требуют меньше усилий или что-то в этом роде.
— Откуда ты знаешь?
Сойер рассмеялся.
— Работал над делом для жены, которая думала, что муж ей изменяет. Угадай с кем?
— О, это чудесно, — сказала я, отодвигая меню, даже не взглянув на него.
— Женщина, которая знает, чего хочет. Мне нравится.
— Они делают самую лучшую феттучини[27], которую я когда-либо пробовала. Но мы начнём с кальмаров, просто чтобы ты знал.
Нам принесли бесплатную бутылку вина и приняли заказ, когда фигура человека заслонила наш столик. Я узнала Антонио Грасси сразу, как только увидела его. Чёрт, я узнала бы его и двух его сыновей, Луку и Матео, если бы увидела их. Энтони был довольно привлекательным мужчиной, которого я когда-либо видела, высокий и худощавый, одетый в безупречный костюм, с ресницами, за которые я бы умерла.
— Сойер, рад снова тебя видеть, — сказал он, когда Сойер встал из-за стола, чтобы пожать ему руку. — А эта прелестная молодая дама должно быть Рия, — сказал он мне, даря тёплую улыбку, когда взял мою руку и сжал её. — Я так рад, что ты в порядке, моя дорогая.
— О, спасибо вам, — сказала я, слегка смутившись тем, что это было не под моим контролем. Но в его голосе не было жалости, и я приняла это спокойней.
— Я оставлю вас наслаждаться вашей трапезой. Сойер, я буду на связи.
Сойер вернулся обратно за столик.
  
— Это прозвучало практически зловеще. И, зная слухи о том, что семья Грасси — местная мафия, я представить себе не могу, что это что-то хорошее.
Сойер фыркнул.
— Я не ввязываюсь в криминальное дерьмо в округе. Они занимаются своими делами, а я своими. Это не моё дело.
— То есть ты нормально относишься к организованной преступности?