367 дней (ЛП)

Это была безвыигрышная ситуация.
Хотя я ничего не мог с собой поделать и поддразнил её, когда убедился в том, что она избегает меня. Её трусики были всего лишь моим способом напомнить ей, что мы договорились двигаться дальше после наших поцелуев. Хотя мне и пришлось взять эту проблему в свои руки. В первый раз, прошлой ночью, второй раз, сегодня утром, и это всё ещё не выходило у меня из головы.
  
Это неважно.
Когда я запрыгнул в машину и направился в Навесинский центр планирования семьи, я напомнил себе, что работа превыше всего. Клиника находилась в здании, которое я проезжал бесчисленное количество раз, но в действительности никогда не замечал его. Это было одноэтажное белое здание с тёмными окнами, окруженное кустарниками и с маленькой парковочной зоной позади. Припарковавшись, я вылез из машины и, достав блокнот, отправился внутрь.
Всё внутри кричало, что это медицинское помещение. Там была небольшая П-образная зона отдыха с креслами, на которых располагались ужасные сиреневые подушки, и большой журнальный столик с разбросанными на нем журналами о воспитании. И всего один выпуск журнала с обзором гольфа… только для разнообразия. Стены были покрыты какими-то текстурированными обоями серо-жёлтого цвета, полы деревянные, блестящие. Приёмная была Г-образной формы, установленная лицом к зоне ожидания и коридору, который вёл в несколько смотровых кабинетов.
Женщина за стойкой ресепшена одетая в светло-розовый медицинский костюм, её блестящие, длинные, волнистые волосы ниспадали с плеч и отражали искусственный свет, горевший над головой. Ей около тридцати, симпатичная , с немного круглым лицом, большими голубыми глазами и соблазнительной фигурой, что-то среднее между средним и полным телосложением.
— Здравствуйте, — сказала она, тепло улыбаясь мне, что запросто могло быть признаком хорошего настроения или просто частью её работы. — Я могу вам помочь?
— Вообще-то, да, — сказал я, тоже улыбнувшись. — Я здесь по поводу Рии Суини.
Она ощутимо отпрянула назад, губы приоткрылись.
— Рии?
— Как я понимаю, она работала здесь.
— Э-э-э, — проговорила она, на секунду смущённо оглянувшись через плечо, — Прошу прощения, а вы кто?
— Меня зовут Сойер Андерсон, — сказал я, потянувшись к карману, чтобы показать ей лицензию частного детектива.
— Частный детектив?
— Да. Я работаю на мисс Суини. Можете назвать своё имя?
— Ах, да. Джинни. Джинни Майер.
— Хорошо, Джинни Майер, — проговорил я, записывая это. — Что вы можете рассказать мне и Рие?
— Постойте, — сказала она, сведя брови вместе. — Вы же сказали, что работаете на Рию?
— Да.
— Тогда почему вы спрашиваете о ней?
— Всего лишь пытаюсь выяснить, почему никто не заявил о её пропаже.
— Я не… Я имею в виду, мне казалось, что это не моё дело. Я думала, она ушла или что-то в этом роде.
— Это было похоже на то, что она могла бы сделать?
— Ну … нет. Она работала здесь целую вечность. Вообще-то, это она обучала меня, — сказала она, улыбаясь, предавшись хорошим воспоминаниям.
— Кто-нибудь пытался связаться с ней?
— Да. В смысле, Марианна звонила ей около десятка раз, но её телефон перестал работать…
— Марианна — управляющая, — предположил я. — Она здесь? Я могу с ней поговорить?
— А-а, я пойду, проверю, — сказала она, выходя из-за стойки и направляясь в коридор, она постучала в первую дверь слева и зашла внутрь, а затем вернулась обратно мгновение спустя.
— Вы можете зайти, — сказала она, быстро оглядев меня. В её глазах появился безошибочный огонёк, который предполагал, что если бы я, как и она, был не против…
Я должен был быть не против. Она была милой. Дружелюбной. Она, чёрт возьми, не нанимала меня, чтобы выяснить, куда делся год её жизни.
Но я ничего не чувствовал.
Поэтому я вошёл в кабинет, закрыл дверь и даже не попытался продолжить это.
Я поговорил с Марианной. Мне рассказали об идеальной работе Рии и как много они потеряли с её уходом. Ведь она заправляла всем большую часть времени.
Когда я спросил, почему тогда никто не заявил о её исчезновении, я уверен, что она напряглась, а её тон стал более оборонительным.
— Мы просто решили, что она захотела перемен и уехала.
На этом она закончила.
Но этого было недостаточно.
Значит, мне нужно будет кое-что ещё, что должен будет проверить Баррет, — людей в Навесинском центре планирования семьи. Потому что, по крайней мере, Марианна скрывала что-то. И я хочу знать что это.
Я вернулся обратно в машину и сделал несколько записей, затем ввёл следующий адрес в навигатор.
Её первый парень, тот, что со старшей школы, Эрик О’Нил не требует проверки. Он закончил колледж в Калифорнии, затем навсегда перебрался туда, женился, завёл двоих детей и теперь работает на какой-то скучной средненькой должности в пиар-компании. От потворства своим желаниям, от отсутствия командной куртки и тренировок, которые поддерживали бы его в форме, он растолстел и облысел.
Можно сказать, его понесло после разрыва их отношений.
Но вот к следующему её долгосрочному парню следовало присмотреться. Не только потому, что это были самые длительные её отношения, которые длились два года, но также потому, что он остался в округе, устроившись на работу в соседнем городе, в бар, в качестве вышибалы.
Дерек Джеймс бросил местный колледж после полутора лет учёбы, за 6 месяцев до выпускного. После этого он слонялся по работам в различных ресторанах и магазинах, пока не устроился вышибалой. Также у него имеется пара жалких арестов за пьянку и беспорядки и один арест за нападение, обвинение в котором не было предъявлено. Но всё же, это была жестокость, из-за которой он достоин проверки.
Он живёт в арендованном вместе с братом доме в приличном районе, за что они заплатили, видимо, кучу денег, чтобы остаться там.
— Чем могу помочь? — дверь открыла женщина, приподняв брови и постукивая ногой, будто ей не терпелось вернуться к тому, от чего я её отвлёк.
— Я Сойер Андерсон. Можно мне поговорить с Дереком Джеймсом?
— Дерек! — крикнула она через плечо. — Дверь! — добавила она, тяжело посмотрев на меня, и ушла.
У Дерека Джеймса было идеальное тело для вышибалы. В нём было внушительных 6 футов 3 дюйма[17], с широкими плечами и бицепсами шире, чем у некоторых мужчин бёдра. Его белая футболка очерчивала сильную грудь и пресс, из горловины виднелся край чёрной татуировки. Его тёмные волосы были коротко подстрижены, а карие глаза быстро осмотрели меня.
— Вы коп?
— Частный детектив, — поправил я.
— Значит, частный детектив? — спросил он, кладя руку на дверной косяк, однозначно давая понять, что я не приглашён внутрь. — Зачем вы здесь?
— Рия Суини…
— Рия? — прервал Дерек, его тело напряглось. — Она в порядке?
— Сейчас с ней всё хорошо.
— Сейчас? Что с ней случилось? — спросил он заинтересованно, с любопытством.
Что бы с ней ни случилось, он был не при чём.
— Это то, что я пытаюсь выяснить.
— Я не видел Рию… чёрт, я не знаю… три года? И даже прошлая наша встреча была только потому, что мы оказались в спортзале в одно время. Никогда не видел её после этого. Полагаю, она не хотела видеть меня снова.
— Есть какая-то веская причина?
Он покачал головой, на секунду посмотрев вниз.
— Я облажался. Будучи молодым и глупым, думал, она будет любить меня, независимо от того, что я сделаю.
— И что же вы сделали?
— Вы видели Джоди? — сказал он, кивнув в сторону женщины, которая находилась в доме.
— Да, она, правда, милая, — согласился я, губы слегка дёрнулись.
— Ага, ну, она залетела, пока я ещё был с Рией.
  
— Должно быть, она была в бешенстве.
— Нее, мужик. Рия не приходит в бешенство. Рия злится, а потом становится холодной. Она сказала мне, что надеется, что у меня будет дочь и я пойму, как дерьмово поступил с ней, — он ненадолго замолчал. — У меня дочь, и я выпотрошу любого, кто поступит с моей маленькой девочкой так же, как я с Рией, — сказал он, кивнув. — Хотя, мы бы расстались в любом случае.