Обреченные души и сангрия (ЛП)

Тишина повисла над поляной, и, несмотря на меч у сонной артерии, я чуть не рассмеялась от осязаемого смятения члена культа.
— Т-ты согласен вернуться к образу жизни Двора? — спросил осторожно главный член культа.
— Конечно. Стоило позвать меня раньше, — Эзра поднялся по последним нескольким ступенькам, двигаясь медленно, а потом повернулся ко мне и светловолосому мечнику. — Тори тоже пойдет. Она хотела испытать Свет Богини с тех пор, как я рассказал ей о нем.
О, да. И меня запишите.
Эзра протянул ко мне руку, словно показывал на потрясающую Тори Доусон и ее пылающее желание стать членом культа. Его выражение лица было спокойным, но я знала его хорошо и видела, что он чуть стиснул зубы.
Он сжал кулак, и порыв ветра ударил по мечнику. Он и его клинок отлетели, и я откатилась в другую сторону. Я вскочила на ноги и перепрыгнула через лестницу. Эзра поймал меня в прыжке и убрал за себя.
Через миг худой член культа, крупный мечник и третий мифик встали полукругом в пятнадцати футах от нас.
— Это будет последним предупреждением, — холодно сказал худой член культа. — Вернись ко двору, или нам придется тебя заткнуть.
Алый свет появился на пальцах Эзры и поднялся к запястьям.
— Тогда вперед. Заткни меня.
— Может, ты не будешь рад результатам своих действий. Мы…
Эзра поднял руку, растопырил пальцы. Алый свет пылал в левом глазу, магия окутала его ладонь, стала шестиугольным заклинанием. Член культа оскалился, убрал капюшон, и стало видно длинное лицо с плоскими скулами, и его глаза сияли красным.
Мужчина был демоническим магом.
И я стояла не в том месте. Я не хотела быть так близко к дуэли демонических магов. Я безумно двигала руками, пытаясь ослабить веревку, мешающую крови поступать ниже локтей.
Демонический маг из культа оскалился.
— Ты — дарование, Энеас. Дитя Богини в истинном единении с его сервусом. Ты мог стать первым истинным апостолом Богини в памяти живущих. Ты так это отбросишь?
Чары Эзры вспыхнули ярче, и когда он заговорил, акцент появился в его голосе:
— Спроси у своего сервуса, что он думает о твоей отвратительной сказке, — прорычал он. — Thāit ad hh’ainun, hrātir.
Сияние в глазах мага из культа стало ярче, мужчина скрипнул зубами.
Мечник бросился к Эзре.
Эзра повернулся с невероятной скоростью и выпустил заклинание — копья алого света. Но мечник уже изменил направление и отскочил, атака не попала по нему.
Я отпрянула.
— Хоши!
Она вырвалась из мешочка на поясе, серебряное сияние озарило меня.
— Убери с меня веревку! — быстро сказала ей я, все еще пятясь, пока три члена культа обступили Эзру, но не приближались, чтобы не попасть под его атаки. Но это не будет длиться долго.
Она юркнула за меня, и я ощутила, как за веревки резко потянули, руки прижались к бокам.
Демонический маг из культа оскалился Эзре, а потом поднял руку. Новое заклинание окружило ладонь Эзры в ответ. Демонический маг повернулся к Эзре, а потом бросился в сторону, когда Эзра направил в него залп алой силы. Атака пролетела мимо члена культа и попала по земле, вызвав облако пыли.
Веревка вокруг моих рук пропала.
Эзра повернулся и бросился на демонического мага из культа. Третий мужчина напал, мечник поднял оружие, и я напала.
— Вперед, Хоши!
Она устремилась впереди меня, пронеслась мимо лица мечника, заставляя его затормозить. Я надела медный кастет на пальцы, мужчина повернулся ко мне, его меч направился к моей груди.
Я напала на его ноги, он отшатнулся с удивлением от моего неожиданного хода. Я вытянула кулак и крикнула:
— Ori amplifico!
Мои костяшки попали по его колену с жутким хрустом. Его нога отлетела от удара, и он накренился и рухнул на меня.
Воздух вылетел из моих легких, он придавил меня к траве. Я направила локоть к мягкому участку его тела, а потом оттолкнула, сбрасывая его с себя. Он повернулся на бок, сжимая ногу, лицо было белым, а глаза выпучились.
В паре футов от него Хоши сжимала рукоять его меча, кончик лезвия волочился по земле, пока она летела назад.
 
Я вскочила, алая сила взорвалась и снова сбила меня с ног. Волна алой магии отлетела от Эзры, отбрасывая его врагов. Два члена культа рухнули.
— Ori celare caligine! — выдавил третий.
Коричневый дым вылетел из него. Он пронесся над поляной, покрыл в десять раз больше площади, чем могли мои дымовые бомбы. Все расплывалось перед глазами, я неуверенно привстала на корточках.
— Хоши!
Ее сияющее тело появилось, она махнула хвостом. Сильный порыв ветра ударил по мне, но туман едва пошевелился.
Шаги громко стучали, и я напряглась. Появились две тени, одна — с сияющими глазами. Члены культа. Волшебник схватил своего пострадавшего друга, а демонический маг повернулся ко мне.
Я не двигалась, понимая с болью, что он мог убить меня раньше, чем я вытащу свой пейнтбольный пистолет. Хоши приблизилась, ее страх плясал в моем разуме.
Демонический маг оскалился, а потом пропал в тумане. Его два помощника поспешили за ним, один поддерживал другого.
Я вскочила на ноги и вытащила свой пистолет, но они уже пропали. Блин.
— Эзра? — крикнула я.
Он выбежал из тумана, левый глаз сиял.
— Где они?
Я указала в сторону, где они пропали.
— Там.
Он помедлил и покачал головой.
— Это заклинание мешает моей магии воздуха. Я не ощущаю их движения.
— Тогда мы найдем им старым способом, — заявила я, шагая вперед.
Я сделала два шага, и он схватил меня за руку и оттащил.
— Нет… нам придется отпустить их.
— Что? Почему?
— Потому что я думаю, что они хотят, чтобы мы следовали за ними, — он нахмурился сильнее. — Или… может, нет, но они чего-то хотят. Они даже не пытались меня убить. Демонический маг не использовал магию.
Я убрала пистолет в кобуру, в желудке появился холод.
— Тогда зачем устраивать засаду?
— Я не знаю, но не хочу попасть в еще одну ловушку.
Двор хорошо умел оставлять ловушки. И хоть наша гильдия следила за этим местом на случай, если появится культ, похоже, культ шпионил за нами. И, хоть мне не нравилось отступать, мне пришлось согласиться с решением Эзры. Гнаться за ними было глупо, особенно, когда это были только я и Эзра против демонического мага.
Но чего хотел культ, и добились ли они этого? 
  
ГЛАВА ПЯТАЯ
 
Горячая вода текла по моему лицу и на плечи. Отклонив голову, я вдыхала пар, пытаясь успокоиться, хотя грудь будто сдавило.
Была ли точка, когда страх и тревога перегружали организм так, что их переставал чувствовать? Такое могло произойти? Онемение было бы лучше, чем это постоянное ощущение обреченности.
Закрыв глаза от брызг, я вслепую потянулась и сделала воду горячее, она уже угрожала обжечь мою кожу. Жар бил по мне, отвлекал от бури эмоций.
Вчерашнее нападение на кладбище было не самым страшным, что я видела или в чем участвовала, попав в этот тайный мир мификов и магии. Но атака подтвердила наши подозрения, что в Ванкувере был хотя бы один демонический маг.
Когда Эзра был единственным демоническим магом, которого я знала, его пугающая сила была нашим особым оружием. Теперь разрушительная магия демонов стала и оружием наших врагов. А если мы сможем убрать демона из Эзры? Он лишится самой большой силы в мире, разрушающей все, и станет обычным аэромагом. А культ все равно будет пытаться его убить. Он знал слишком много их тайн.
Мой телефон звякнул сообщением со стойки бара. Я не слушала его, грелась паром, будто лобстер, надеясь, что жар успокоит мои нервы.
Он издал еще пару звуков сообщений, но я так и не ответила тому, кто хотел моего внимания, и телефон зазвонил. Ругаясь, я сдвинула клеенку шторы, впуская холодный воздух в пар душа. Я сжала телефон, нажала на кнопку ответа влажным пальцем, а потом включила громкую связь.
 
— Надеюсь, это что-то хорошее! — рявкнула я невезучему звонящему.