Обреченные души и сангрия (ЛП)

— Прутик, — позвала я, — ты видел мою сумочку?
Фейри едва оглянулся, я поспешила в гостиную и посмотрела на диван. Блин, где я ее оставила?
Мерцание оранжевого и зеленого появилось в моей голове, а потом серебристое чешуйчатое тело прилетело ко мне. Моя сумочка висела в лапках Хоши, глаза цвета фуксии сияли.
— Ах! Идеально. Спасибо, Хоши, — я повесила сумочку на плечо и потерла с любовью ее голову. — Присмотри за Прутей, пока меня нет.
Ее хвост дрогнул, солнечно-желтый вихрь в голове сказал мне, что она была рада.
Я с улыбкой поспешила по лестнице, через минуту я стояла на тротуаре, переводя дыхание, но я была готова идти и выглядела хорошо. Ярко-синее платье с глубоким декольте и игривой многослойной юбкой трепетало вокруг моих колен. Мои волосы, все еще немного влажные, были собраны высоко на голове, и я пятнадцать минут потратила на макияж. Серьги и белые сандалии на шнурках довершали мой образ.
Эзра не сможет отвести от меня глаз, и я уже хотела, чтобы он медленно снял с меня платье, когда мы вернемся ко мне ночью.
Можно подумать, что за четыре месяца мой пыл немного остыл, но нет, да и как? Он был сильным, неутомимым и хотел наверстать упущенное время.
Я две минуты вспоминала те моменты, а потом темно-синий Dodge Challenger подъехал к обочине.
Дверца открылась, и Син выскочила, уже протягивая руки для объятий.
Я сжала ее с силой, а потом отошла, чтобы посмотреть на ее наряд. Ее черное маленькое платье с множеством шнурков на спине было очень сексуальным, и темный макияж дополнял облик. Ее волосы в этом месяце были темно-фиолетовыми, от этого ее кожа напоминала фарфор.
— Сексуально, — сообщила я. — Ты же сказал ей это, Джастин?
Брат склонился над центральной консолью.
— И не раз.
— Хорошо.
Син рассмеялась с румянцем на щеках.
— Я была в этом платье на ужине в честь трех месяцев отношений, так что я уже двадцать раз слышала комплименты.
Я чуть не начала дразнить ее за празднование трех месяцев, но она сияла от счастья, и я просто не могла так поступить. Они были невероятно милой парой, и я почти их не дразнила.
Син подвинула пассажирское сидение, чтобы я забралась назад. Она села, и мы поехали, двигатель агрессивно гудел.
— Эзра что-нибудь подозревает? — спросила она, голос стал выше от волнения.
— Нет, — радостно заявила я. — Украшения на месте?
— В багажнике, — она решительно хлопнула в ладоши. — Паб будет неузнаваемым, когда мы закончим.
— Идеально.
Джастин повернул на улицу Поуэлл, направляясь в Гастаун, и она оглянулась на меня.
— Джастин тебе говорил?
— Син, — возмутился он. — Оставь это для…
— Он ушел с работы!
Я подавилась слюной.
— Что? Ты уже не в полиции, Джастин?
Он посмотрел на Син с любовью и негодованием.
— Я собирался сказать ей позже, когда она не будет так занята.
— Пф, она может справиться. Скажи ей!
— Ага, — с нажимом добавила я. — Расскажи сестре новости. Я даже не знала, что ты собирался уволиться!
— Меня наняли в «Расследования Хугинна и Мунинна».
— Куда?
— «Хугинн и Мунинн!» — воскликнула Син. — Ты не знаешь об этом? Это партнеры «Глаза Одина». Они занимаются заданиями и расследованиями, которые задевают мификов и людей.
Мои глаза выпучились.
— Ого. Правда? Я не знала, что такое существует!
— И я, — Джастин рассмеялся. — Линдон упоминал это мне, и я спросил у Иззы, когда она была в пабе. Она передала мое резюме, и я ходил на собеседование на прошлой неделе.
— Да ладно!
— Ага. Мне нужно получить лицензию перед тем, как я получу настоящую работу, но потом они поставят меня в пару с их самым опытным следователем.
Восторг гудел во мне.
— Не верится, что ты не сообщил мне об этом сразу!
— Ты была занята праздником века, — пошутил он, плавно останавливаясь у знакомой пекарни.
Он ждал в машине, пока мы с Син отправились в рай выпечки, чтобы забрать мой огромный заказ кексов. Мы добавили их в багажник, где уже были шесть пакетов лент, шариков и цветных скатертей.
Путь в гильдию занял несколько минут. Машина пересекла перекресток, асфальт и здания отремонтировали, и их вид напомнил мне, как это место выглядело четыре месяца назад.
 
Продолжались поиски оставшихся сект Двора Красной королевы, но Зантэ была арестована, и дело продвигалось. Дариус сообщал в прошлом месяце, что они убрали следы культа из Ванкувера, и гильдии от Сиэтла до Сан-Франциско охотились на скрытые секты в своих городах. На это могло уйти еще несколько месяцев, но культу пришел конец.
Джастин припарковался на маленькой задней парковке, и я отвлеклась от тех мыслей, пока мы несли вещи через кухню.
— Вы тут! — радостно завопила Сабрина, оббежала бар, ее розовое платье трепетало, светлые волосы длиной до подбородка были уложены идеальными волнами, как после салона. Она помогла нам расставить кексы на баре, а потом обняла меня и Син, хваля наш внешний вид.
Кавери вела себя спокойнее. Ведьма была в коричневом платье, от которого ее кожа казалась золотистой.
— Готова устроить тут праздник? — спросила она у меня.
— Вперед!
Мы приступили к работе. Встав на столы, Кавери и Син вешали белые и синие ленты на балки под потолком, пока Сабрина накрывала столы скатертями. Джастин сидел в углу, с красным лицом надувал мешок шариков.
Я вытащила блестящую ленту и забралась на стойку бара, прикрепила ее к стене под огромным серебряным молотом, вернувшимся на тяжелые крючки. Я спрыгнула и посмотрела на свою работу.
«С 24-м днем рождения» — было написано на ленте.
Мое горло сжалось. Двадцать четыре. Эзра не должен был дожить до этого дня. Если бы мы не изменили его судьбу, он не выжил бы. Мы вместе спасли его.
— Тори!
Я вздрогнула и поняла, что слезы почти лились из моих глаз. Я отклонила голову, яростно моргая, чтобы жидкость не испортила мой макияж.
— Ты в порядке? — тихо спросила Сабрина.
Макияж был спасен, и я посмотрела на ее встревоженное лицо.
— Ты видела, что так будет, Сабрина? Все, что произошло?
— Даже великий пророк не видит всего, — бодро ответила она. — Моя мама как-то сказала мне: «Многие люди в этом мире следуют за потоком, но остерегайся редких, которые создают волны каждым своим шагом».
Я нахмурилась.
— Ты создаешь волны, Тори, и волны сложно предсказать, так что, может, тебе стоит хоть немного притормозить, чтобы мои карты успокоились?
— Эм… я постараюсь? — я сделала паузу. — Твои карты ведь не ошиблись, да? Они предсказали, что Эзра пожертвует собой. Повешенный и Смерть, помнишь? Но он не умер.
— Карты не ошиблись, — она сжала ладони. — Карта Смерти не означает смерть в прямом смысле. Как и карта Дьявола обычно не означает демона в прямом смысле.
Мои глаза расширились.
— Перевернутый Дьявол — искупление, — тихо сказала она. — Повешенный — жертва. Смерть — конец и начало. Видишь?
Ох.
Да, теперь я видела. Она видела судьбу не только Эзры, а Эзры… и Этеррана.
Сабрина смотрела, как я осознавала это, а потом робко улыбнулась мне.
— Кстати, ты точно не хочешь кролика?
— Кролика?
Ее глаза загорелись.
— Малыши Корицы такие милые. Кролики — чудесные питомцы. Правда!
— Я в порядке, — быстро сказала я, приходя в себя от шока. — Мне хватает Прути и Хоши.
Звон колокольчиков раздался в пабе, и я повернулась к двери, отчасти боясь, что Аарон не справился, и пришел Эзра. Но нет — если только Эзра не обнаружил в себе любовь к кожаное одежде на последние пару часов.
Прибыли два сексуальных мотоциклиста в кожаной одежде и со шлемами под руками. Волосы Кая были примяты, черные пряди Иззы были красиво уложены ветром, так никогда не удалось бы сделать с моими кудрями.
 
— Вы рано! — я подбежала, чтобы обнять электромага. Этот день был для объятий. — Я думала, у тебя была серьезная встреча.
— Отменена, — сообщил Кай. — Макико звонила за десять минут перед тем, как я уехал, и сообщила, что вице-президент, с которым мы должны были встретиться, попал под машину для гольфа этим утром.