Обреченные души и сангрия (ЛП)

Последний миг, удар сердца, последняя мысль.
И он повернул нож.
Спираль воздушных клинков вырвалась из груди демона. Ветер вырвался из спины Этеррана вместе с брызгами темной крови, и демон отдернулся, его когти вырвались из живота Эзры.
Кровавая дыра в груди Этеррана истекала. Его руки и ноги подрагивали, и демон упал на колени. Сияние в его глазах потускнело до темно-алого, он упал на бок.
Эзра упал на четвереньки. Рябь силы пробегала между ним и демоном, они смотрели друг на друга. А потом Эзра склонился и протянул руку.
Он сжал ладонь демона, сжал крепко. Глаза Этеррана стали черными, кровь растекалась под ним. Горечь мелькнула на лице демона, а потом смягчилась до утомленного покоя.
— Vh’renith vē thāit, — незнакомые слова вылетели из его горла с хрипом. — Не забывай.
Его веки опустились поверх эбонитовых глаз, и тело перестало дрожать. В комнате стало тихо, слабое сияние связи душ растаяло.
— Победа, — прошептал Эзра, — или смерть. Я запомню. 
  
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
 
Я опустилась на колени, сжимая ладони Эзры. Зак, сидя напротив меня, лил серое зелье в раны в животе Эзры. Друид поднял ноги Эзры, бросил куртку на нижнюю половину тела мага, чтобы согреть его, и дал ему три зелья, но Зак не был настоящим целителем или врачом.
Он мог лишь пытаться сохранить Эзру живым как можно дольше.
Мое тело онемело. Я смотрела, как грудь Эзры вздымалась и опадала от быстрого дыхания. Он был в сознании, но взгляд был пугающе пустым, и не было ясно, осознавал ли он, что я была рядом с ним.
Я сжала его ладонь сильнее.
— Держись, Эзра.
Бам.
Я обернулась. Маленькая задняя дверь склада отлетела от стены, мужчина пересек порог. Высокий, подтянутый, с черными волосами с проседью, пронизывающими серыми глазами. Дариус окинул комнату оценивающим взглядом, а потом прошел к нам. За ним поспешили двое мификов, оба несли большие ярко-оранжевые чемоданы.
Элизабетта и Майлс, целители нашей гильдии.
Я вскочила и попятилась, освобождая путь, и Элизабетта опустилась на моем месте. Майлс, мужчина крепкого телосложения с бритой головой, выглядящий так, словно он должен крушить плутов в боевой команде, опустился рядом с ней и раскрыл свою сумку, стало видно медицинские инструменты и приборы Арканы.
— Пять колотых ран в животе, — отметила Элизабетта, сжала запястье Эзры, искала его пульс. — Губы посинели. Пульс лучевой артерии не прощупывается. Майлс, ставь капельницу, пока я даю ему кислород. Ты, дави на рану.
Второй приказ был для Зака, и он давил на раны на животе Эзры, пока Майлс рылся в сумке. Элизабетта раскрыла свой чемодан, вытащила мешочек на молнии. Там был прибор размером с ланчбокс с небольшой канистрой кислорода. Она прикрепила пластиковую маску к лицу Эзры и повернула вентиль на приборе.
— Как там капельница, Майлс? — спросила она, прицепляя маленький прибор к пальцу Эзры. — Кислорода, — она посмотрела на прибор, — восемьдесят девять процентов.
— Почти готово, — пробормотал Майлс, ощупал предплечье Эзры и вонзил иглу. — Добавь зелье для сужения сосудов в те раны.
— Я уже сделал это, — сказал Зак. — Продлится еще пять минут. Я дал ему пополнитель крови, стабилизатор потери крови и зелье бодрости.
Элизабетта выглядела удивленно меньше секунды.
— Мне нужно зашить те раны перед тем, как мы начнем исцеление. Можешь помочь мне, пока Майлс готовит массив?
— Да.
Она и Зак надели перчатки. Зак вытер желто-оранжевую жидкость с приборов Элизабетты над животом Эзры, а она открыла чемодан, и стало видно ряды сияющих приборов хирурга. Я зажмурилась, подавляя волну тошноты.
Ладонь опустилась на мое плечо. Я открыла глаза и увидела Дариуса рядом с собой. Давно он был там?
Он кивнул на другой конец круга призыва, и я проследила за его взглядом на тело Этеррана, оставшееся на месте после смерти, темная кровь окружала его.
— Вы преуспели, — сказал он.
Пока Зак разбивал барьер, держащий Эзру в круге ритуала, я позвонила Дариусу. Наш короткий разговор не включал детали, кроме нашего места и «Эзра умирает, приведите целителей!».
 
— Да, — прошептала я. — Эзра победил.
Но еще мог умереть.
— Дариус… — мое горло сжалось. — Кай и Аарон…?
— Целы. Они заперты в участке МП.
Слабое облегчение появилось во мне.
— Робин и Амалия?
Дариус поджал губы и слабо тряхнул головой. Я хотела спросить, что это означало, но знала, что ничего хорошего, а я не могла сейчас выдержать такое.
Мы не говорили, пока Элизабетта склонялась над Эзрой. Майлс добрался до чистого участка бетона, стал рисовать там большой массив Арканы быстрыми движениями алхимического маркера. Его тихий голос заполнил комнату, порой к нему присоединялись тихие приказы Элизабетты Заку.
Майлс и Элизабетта закончили одновременно. Зак помог целителям передвинуть Эзру на массив, а потом отошел, а они опустились по бокам от мага. Пока Элизабетта проверила его капельницу и прибор на пальце, Майлс начал другое заклинание. Тусклый свет замерцал на массиве.
Зак снял окровавленные хирургические перчатки, прошел к нам и остановился в паре шагов от нас. Он и глава гильдии смотрели друг на друга, Зак с опаской, а Дариус с холодом.
После долгого мига друид кивнул на тело демона.
— С этим нужно немедленно разобраться.
Дариус кивнул.
— Я заметил, что задний двор из земли. У меня есть лопаты в машине.
— Лопаты? — пробормотала я, почти все внимание было на Эзре и целителях. — У вас всегда с собой лопаты?
— Да. Никогда не знаешь, когда потребуется закопать тело.
Я посмотрела на главу гильдии. С кем-то другим я подумала бы, что это шутка, но с Дариусом…
Зак дал мне тряпку и бутылочку «чистящего зелья» из своих припасов, а потом он и Дариус пошли наружу вместе. Мое сердце билось быстро от страха, я отправилась к той части круга, что была дальше от Этеррана, и стала убирать следы нашего демонического ритуала.
Майлс продолжил заклинание, минуты тянулись. Каждый раз, когда он притихал, я поворачивалась к целителям, но они просто добавляли что-то в массив — новую руну, ингредиент или талисман — а потом продолжали.
Прошел час, другой. Я терла пол, пока не остались только метки вокруг Этеррана. Спина болела от того, что я долго сгибалась, я подвинулась к целителям и посмотрела на их работу.
Белые линии и руны были на бронзовой коже Эзре, похожие на символы на полу под ним. Раны в его животе закрылись, линии были в пятнах засохшей крови, швы были сняты.
Я с дрожью выдохнула.
Дверь загремела. Дариус и Зак вошли, их лица блестели от пота. Зак нес большой черный брезент и сверток веревки.
Грудь странно болела, пока двое мужчин расстелили брезент и втащили на него тяжелого демона. Боль усилилась, когда они подоткнули крылья Этеррана — большие крылья, которые раскрывались с удивительной легкостью. Как демон выглядел в полете? Он был грациозным и ловким?
Я прикусила щеку изнутри, Зак накрыл брезентом неподвижное лицо демона. Я видела так много его выражений сквозь лицо Эзры, но так мало от самого демона. Он так долго ждал, боролся так сильно, чтобы вернуться в свое тело.
Это было зря? Его страдания, его борьба, его решимость?
Воспоминание о последних моментах боя мага и демона всплыло в моей голове, оружие каждого было вонзено в тело другого, их раны были не полным отражением, но все равно были похожи, и это пугало.
Дариус и Зак завязали брезент на теле демона, и когда они потянули его по полу, я последовала за ними онемевшими шагами.
В земле за складом — по периметру был мусор и куски металла — Дариус и Зак вырыли большую могилу. Они дотащили тело до дыры, а потом взяли лопаты.
 
— Зак, — я вытянула руки. — Позволь мне.
Он посмотрел на мое лицо, а потом вручил мне лопату. Дариус ждал, пока я впилась лопатой в землю и бросила первую горсть в дыру. Почва попала на брезент с ужасным звуком.