Обреченные души и сангрия (ЛП)

— С чего это ты перестанешь мне нравиться? — фыркнула я.
Его пальцы скользнули по моей шее.
— Может, я придурок.
Моя ладонь спускалась по его животу, большой палец следовал за поясом его джинсов.
— Ты не мог быть таким.
Он молчал миг.
— Я нравлюсь людям, потому что со мной легко. Я не злюсь из-за пустяков… но это из-за того, но я не могу.
Я посмотрела на него, чуть поджав губы.
— Если я не буду подавлять все время себя и переживать из-за Этеррана, я буду другим. Может… — он с горечью улыбнулся. — Глупо сейчас об этом думать, но вдруг, если я стану другим, я перестану нравиться тебе, Аарону и Каю?
— О, Эзра, — я потянула его за пояс, и опустился на колени перед кроватью, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Конечно, ты немного изменишься, но все меняются. Мы меняемся всю жизнь. Ты сейчас такой же, как когда только встретил Аарона и Кая?
— Нет. Я был… более замкнутым тогда.
— Но ты все равно им понравился, да? — я убрала его волосы с лица. — Меняться — это нормально.
Его теплые ладони лежали на моих бедрах, и он подвинул меня ближе на кровати, наши тела прижались друг к другу, его пояс был между моих бедер.
— Кое-чему я не позволю измениться.
— Например? — прошептала я.
Он провел ладонью по моей спине.
— Например, моим чувствам к тебе.
Он склонился и прижался губами к моим губам. Наши рты двигались с тихой страстью, которая быстро стала жаром. Я прижалась к нему, пальцы впились в его плечи, а его руки обвили меня и сжали так крепко, что я едва могла дышать. Я целовала его все сильнее, прижимала все ближе.
Я обвила ногами его пояс, держась за его тепло и силу. Он был живым, и я отчаянно нуждалась в том, чтобы так все и оставалось.
Наши рты двигались вместе, и я нуждалась в нем сильнее, чем могла выразить. Сильнее, чем я понимала. Девять месяцев назад я увидела его и необратимо изменилась.
Он помог мне измениться.
Если я потеряю его теперь…
Лязг двери перебил нас, и я отпрянула с испуганным вскриком. Зак прошел на склад, за ним влетели капли дождя. Он закрыл дверь и запер ее, Эзра поднялся на ноги.
Зак пронзил демонического мага оценивающим взглядом.
— Пора начинать.
* * *
Хриплый голос Зака наполнял пустой склад. Он произносил слова медленно, размеренно и осторожно. Ему не хватало уверенности Амалии, и он не спешил, сжимая гримуар в руках. Когда он делал паузы и проверял, не пропустил ли часть, я нервничала.
Эзра во второй раз стоял в одном из двух кругов в большом кольце, и на месте Робин с ящиком крови Наживера ждала я с сосудом в руке.
Моя голова кружилась, и я напоминала себе дышать.
Зак продолжал заклинание, пустое эхо его голоса подчеркивало пустоту комнаты. Аарон и Кай должны были находиться тут. Они спасли Эзру, защищали его, любили как брата. Они заслужили быть тут, но была только я.
Голос Зака стал выше, а потом утих. Он склонил голову в беззвучной команде. Если бы он произнес не часть ритуала — или ошибся в бесконечных строках латыни — все было бы испорчено, и пришлось бы ждать еще три дня, пока массив зарядится.
Я сжала сосуд крови, будто гранату, прошла по внешней линии, сияющей серебром. В центре пустого второго круга я села на корточки и опустила сосуд над руной. По кивку Зака я вылила густую кровь на руну. Как и до этого, жидкость изменила серебряную линию.
Я поднялась и повернулась к Эзре в другом круге. Его левый глаз ярко сиял, и я видела в нем мага и демона. Страх Эзры, его решимость, его тихая и крепкая готовность ко всему. Этерран был хищным, его жажда свободы горела, он отчаянно хотел выжить.
Зак дождался, пока я вернусь на свое место вне круга, и продолжил:
— Te tuo sanguine ligo, tu ut vocatus audias, Этерран из дома Дират.
Руна, которую я полила кровью, замерцала алым светом, который пронесся по массиву, пока он весь не засиял. Эзра напрягся, Зак продолжал заклинание.
Он указал на внешнее кольцо.
— Terra te hoc circulo semper tenebit.
Тусклое сияние пробежало по линиям и поднялось вверх. Полупрозрачный купол появился над кругом и угас. Барьер был установлен. Осталась только одна часть ритуала.
 
Зак начал последнее заклинание, говоря осторожнее. Я снова испытала ощущение гудящей энергии в воздухе, тяжелой, с незнакомой силой. Магия мерцала меж двух кругов, а потом собралась в пустом, центральная руна там сверкала кровавым светом.
Зак сделал паузу. Его плечи поднялись от глубокого вдоха, а потом он медленно поднял ладонь в сторону Эзры, гримуар был в другой руке.
— Tenebrarum auctoritatem da mihi, da super hunc imperium sine fine, — он смотрел пристально зелеными глазами на демонического мага. — Этерран Дират, носитель силы Алэи, носитель приказа короля, твоей кровью и твоей клятвой я вызываю тебя!
Сияющая руна в пустом круге вспыхнула, и в ответ свет вырвался из Эзры.
Он выгнулся, напрягся и откинул голову в реве агонии.
— Эзра! — завизжала я.
Сияющие вены змеились по его конечностям. Красная сила бурлила в его теле, выбиралась из него. Призрачные рога появились из головы, крылья из мерцающей силы поднялись за спиной. Сила раскрывалась, выбиралась из него.
Эзра кричал, я визжала. Я бросилась к кругу, и Зак поймал меня, оттащил от серебряной линии, не дав ее пересечь. Я билась в его хватке, обезумевшая, ничего не соображая.
Сила, вырывающаяся из Эзры, приняла различимый облик. Плечи шире, чем у Эзры, для тех больших крыльев, голова на половину фута над головой Эзры, с четырьмя рогами.
На жуткий миг призрачный облик Этеррана перекрыл человеческое тело Эзры.
А потом силуэт Этеррана растаял алым пятном света, и оно пролетело по кругу и врезалось в сияющую руну. Сила взлетела вверх, снова стала призрачным демоном, сидящим на корточках, уперев кулак в бетон, крылья были приоткрыты.
Его тело стало плотным, и сияние в его конечностях погасло. Линии массива вспыхнули еще раз и почернели.
Эзра рухнул на пол.
Мой крик прозвенел снова. Мой локоть попал Заку по ребрам так сильно, что он отшатнулся, и я бросилась к Эзре, руки тянулись к нему.
Я врезалась в невидимую силу и отлетела, боль вспыхнула в теле от удара. Передо мной было внешнее кольцо. Я, тяжело дыша, бросилась вперед снова. Мои ладони ничто не задевали. Я боролась с невидимой стеной, а потом ощупала ее.
Барьер, невидимый купол, который не выпускал демонов из круга.
Зак появился рядом со мной. Его ладони столкнулись с невидимым препятствием, как мои. Я ударила кулаком, и воздух тускло замерцал. Мы не могли пройти сквозь барьер. Эзра не мог выйти, и мы не могли войти. 
  
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
 
— Эзра! — завизжала я.
Его плечи дрогнули, он медленно вытянул руку под собой. Он поднялся на четвереньки, но с трудом, конечности дрожали.
Он поднял голову. Кровь текла по его левой щеке. Белый шрам на его лице открылся спустя восемь лет. Его футболку пропитала свежая кровь, ткань прилипла к правому боку, где открылись старые раны от той же атаки. Его старые раны, исцеленные магией демона, порвались, когда Этерран вышел из его тела.
Плечи вздымались, Эзра посмотрел на демона в другом круге.
Этерран сидел на корточках там, где появился. Его левые костяшки упирались в пол, кожаный щиток был на запястье, но правый локоть заканчивался обрубком с белыми шрамами, тянущимися по красновато-коричневой коже до плеча. Старая рана никак не уменьшила ауру силы демона. Его заточение в Эзре длиной почти в десять лет не убрало сильные мышцы с его тела.
 
Он поднял голову, алые глаза смотрели на бывшего носителя. Темная кровь была на левой стороне его лица — открывшаяся рана Эзры была и на демоне. Он не был так похож на человека, как Заилас, но острые черты были узнаваемыми. Длинные черные волосы ниспадали поверх плеча, соединенные кожаным шнурком, и ниже пояса на нем была легкая демоническая броня.