Обреченные души и сангрия (ЛП)

Эзра повернул голову, когда я прошла к его стулу, и я застыла при виде обоих алых глаз, сияющих на его лице.
Страх заполнил мой желудок.
— Эм… Этерран?
— Эзра спит, — акцент звучал в его словах. — Я на страже.
— Тебе не нужно спать?
— Не так, как человеку. Демоны отдыхают, но сон опасен.
Обдумывая это, я прошла к столу на кухне, где лежали наши вещи. Я откопала свой пояс и открыла мешочек. Пусто. Хоши не вернулась. Когда нас разделяли раньше, она находила путь ко мне за пару часов.
Тот мифик из «Глаза Одина» ударил по ней кулаком. Она была в порядке? Он ранил ее? Она сбежала из того подвала или осталась там, раненая слишком сильно, чтобы найти меня?
Кусая щеку изнутри, я схватила стул и поднесла его к Эзре — точнее, Этеррану.
Я опустила его рядом с ним и села.
— Мы не обсудили, что ты будешь делать, когда уже не будешь заперт в Эзре.
— Пока не знаю. Когда стану собой, пойму.
— О чем ты?
— Я десять лет был заперт в человеке, — он стиснул зубы, а потом расслабил челюсть. — Если я еще демон в достаточной степени, я найду способ вернуться в свой мир. Если нет…
Он притих и продолжил смотреть на экран. Я поймала нижнюю губу зубами.
— Этерран… — я склонилась ниже и понизила голос. — Как сильно ты нынче влияешь на Эзру?
— И снова я не могу ответить, пайилас. Наши разумы связаны. Наши мысли — странная смесь.
— То есть… вы уже не можете понять, кто есть кто?
— Все не так просто. Я знаю свой разум, а он — свой.
Я убрала прядь волос с лица.
— Тогда что? Я не понимаю. Ты так хочешь выжить, или Эзра тоже за это борется?
— Он всегда боролся, но со мной, а не для себя, — он резко выдохнул носом. — Я презирал его за это больше всего. Его слабость, глупая вина. Но в нем всегда была сила. Если бы он был каньин, а не человеком, я мог бы сделать его опасным воином.
— Если бы он был кем?
— Юным демоном. Юным воином, — его губы изогнулись. — Как Dīnen et Vh’alyir. Заилас уже прошел годы каньин, но еще так много не узнал.
Я поджала губы, но не успела задать больше вопросов, алое сияние погасло в его глазах. Эзра сонно прищурился, а потом широко зевнул, прикрываясь ладонью.
— Ты говорила с Этерраном? — спросил он, потирая лицо.
— Да. Он сказал, если бы ты был юным демоном, а не человеком, он смог бы сделать тебя отличным воином.
Эзра уставился на меня.
Я пожала плечами.
— Он так сказал.
Качая головой, Эзра поднялся на ноги. Он выгнул спину, потягиваясь, и я встала со стула и обвила руками его пояс. Он обнял меня, и я прильнула к нему, опустила щеку на его плечо.
— Макико еще не вернулась, — прошептала я. — Я не могу связаться с Робин. Ране Кая нужен целитель. Мы не можем никого попросить о помощи. Что делать?
Он провел большим пальцем по моей щеке, стирая слезу.
— Мы разберемся.
Дверь спальни распахнулась, и появился Кай с примятыми волосами. Он подошел к нам и протянул руку.
— Тори, телефон, пожалуйста. Мы не можем ждать еще дольше, не зная, что случилось с Макико.
Я вытащила телефон из кармана и отдала ему.
— Ты собираешься звонить ей?
— Нет. Если у них ее телефон, они будут ждать нашего звонка, — он открыл телефон. — Я попробую несколько других номеров и посмотрю, что смогу узнать.
Уже нажимая кнопки, он пошел в спальню и отчасти закрыл за собой дверь.
Эзра склонился и нежно поцеловал мой напряженный рот.
— Давай приготовим что-нибудь поесть.
На кухне мы проверили холодильник, морозильник и шкафчики. Ничего готового не было, и я вытащила пачку говядины, томатный соус и лапшу. В наших спагетти не будет сыра — преступление, как по мне — но они будут горячими и сытными.
Аарон проснулся, пока мы звенели кастрюлями, и мы втроем тихо обсуждали варианты, пока я била по замерзшему куску говядины на горячей сковороде, пока он не раскололся. Не лучшая моя работа.
Кай вернулся к нам, когда я раскладывала пасту на белые тарелки.
— Она прибыла в участок утром, — сказал он сразу, опустив телефон на стол и тяжко сев на стул. — А после этого не вернулась домой или в офис МираКо. Глава ее охраны собирается связаться с участком и узнать, где она. Я должен позвонить ему через час и проверить, что он узнал.
 
Парни проглотили огромные порции спагетти, и я съела почти все на своей тарелке, хотя аппетита не было. Пока мы с Эзрой все убирали, Аарон проверил еще раз руку Кая. Красное воспаление вокруг раны ухудшилось. Мы дали ему еще зелье жизненной силы из аптечки, надеясь поддержать его иммунитет, а потом я заставила его лечь на диван и расслабиться.
Через час он попросил телефон. Я встала со стула перед телевизором и прошла к столу. Мои пальцы сжали телефон, и он задрожал от вибрации.
— Ай! — вскрикнула я. Боясь, что он перестанет звенеть, пока я несу его к Каю, я открыла его и приняла звонок. — Алло?
— Кайсуке Ямада? — спросил незнакомый мужской голос.
Кай стиснул зубы, и я знала причину — он должен был позвонить охраннику Макико, не наоборот. Кай сел, я поднесла телефон к нему и держала, чтобы ему не пришлось тревожить руку.
— Кайсуке тут. С кем я говорю?
— Ямада-доно, — ответил мужчина с приглушенным японским акцентом. — Я работаю в доме Миура с Миура Футоши-доно.
— Миура-доно вернулся в страну? — спросил Кай. — Макико это не упоминала.
— Он все еще поправляет здоровье. Но ему сообщили, что его дочь забрали в участок МП. Агенты говорят, что у них есть улики, что она защищает демонического мага в Ванкувере, как и вас, от правосудия.
Аарон резко вдохнул.
— Если главу гильдии арестовывают за серьезное преступление, — быстро и напряженно продолжил безымянный мужчина, — МП может проверить любую грань их гильдии, даже если у них нет подозрений. Они начали проверять дела МираКо.
— Ясно, — сказал Кай.
— Если МП продолжит расследование, они обнаружат… транзакции, которые связаны с семьей Ямада. Раскрытие дел МираКо — раскрытие семьи Ямада, а семья не может такое допустить.
— То есть…
Мужчина тихо кашлянул в телефоне.
— Миура-доно не может попросить сам, но он умоляет вас спасти его дочь.
Миг тишины.
— Спасти Макико? — выпалила я. — От чего?
— Семья убьет ее, — сухо ответил Кай. — Выставят это как несчастный случай или проблемы со здоровьем, но даже если это вызовет расследование, МП не может продолжать проверку МираКо.
Мои колени дрожали. Эзра появился за мной и поймал меня за талию.
— Решение было принято, — сказал звонящий. — Времени не осталось. Ямада-доно, если вы сможете что-нибудь сделать, семья Миура будет в долгу перед вами.
Кай смотрел на телефон, глаза были зловеще темными на фоне бледной кожи.
— Я… — он сглотнул. — Я могу сдаться в обмен на освобождение Макико.
— Что? — закричала я.
— Кай… — недовольно начал Аарон.
Он поднял руку.
— Приглуши телефон, прошу.
Я нажала на кнопку.
— Я ранен, — он не дал нам продолжить крики. — Без Макико мне не добраться к целителю. И если я не сделаю это, Макико убьют.
— А если сделаешь, тебя убьют из-за нее! — закричала я, паника сдавила мое горло.
— Я — не глава гильдии. Мой арест не даст МП привилегии проверить мою гильдию. У моей семьи не будет повода убивать меня, и, когда Макико выпустят, она сможет меня защитить.
Аарон шагнул к другу.
— Но ты нам нужен.
Кай закрыл глаза.
— Нет, Аарон. Ты можешь защитить Эзру и Тори без меня, — он открыл глаза и ухмыльнулся. — Хотя бы недолго.
Аарон выругался.
Эзра прошел мимо меня, забрал у меня телефон и отдал Каю.
— Делай, что нужно. Мы справимся с остальным.
Кай взял телефон, нажал пару кнопок и поднес его к уху.
 
— Скажите им, что я на пути в участок, — он слушал миг и закончил разговор.
Аарон снова выругался, сжимая кулаки.
Кай передал мне телефон.
— Дождитесь темноты и уходите. Тут опасно.