Обнажая запреты (СИ)
Стас смотрит прямо и заинтересовано, теперь уже безо всякого намёка на иронию.
— Сначала это был горячий секс, одноразовый и абсолютно спонтанный — осекаюсь, понимая, что вот это я сейчас ляпнул зря.
Яму себе рою аж комья летят.
— И чем он тогда тебя так зацепил? — выжидающе щурится друг.
— Меня заклинило. Она просто затмила собой остальных. Временами наивная до абсурда, но всегда ранимая и честная. Раз сорвались, второй. Потом на горизонте появился левый тип и я понял, что хочу это сокровище себе… — матерюсь, оглушённый его хохотом.
— Так и скажи — взыграла жадность, — хлопает он меня по плечу. — Ну а при чём тут любовь?
Я ненатурально смеюсь, до рези в глазах таращась на светофор.
До дома Королёвых остаётся всего один квартал.
— Хочешь спросить — не думал ли я о том же? Да, думал. Но потом всё завертелось и понял, что всё. Без неё никак. Этого не объяснить, дружище. Придёт — сразу сообразишь.
Я плавно прожимаю педаль газа, трогаясь на зелёный. Рывок вперёд, наконец, выводит нас на нужный поворот. Осталось пережить застолье.
Лис под предлогом, что нужно купать дочь, понятливо уезжает домой. На прощание просит звонить, если что. И вот это совсем не внушает мне оптимизма. Мы должны разобраться сами, в тесном кругу семьи, так сказать. Но если Стас начнёт вызверяться на нашу Малую, я в стороне не останусь.
Смотреть на Аню, не смея к ней прикоснуться, та ещё пытка. Как в старые добрые времена, когда мы сидели за этим же столом и проклятый кусок золота никак не хотел пролезать в горло. С пирогами сейчас творится та же беда.
Я уже подумываю задвинуть тост, плавно переходящий в признание, когда в комнату на специальных ходунках царственно вплывает его бабушка — Анастасия Львовна.
— Станислав! Иди ко мне, дорогой. Почему меня не позвали?
Интеллигентная до кончиков маникюра мадам вчера сломала ногу, чем и воспользовалась моя будущая тёща, чтобы, наконец, забрать упрямицу под свой надсмотр.
— Ты слишком крепко спала. Я не хотел будить, — улыбается Стас, крепко расцеловывая зардевшуюся женщину в обе щёки. — Планировал посидеть с тобой как раньше тет-а-тет.
— Я твой голос сразу признала, — степенно произносит она и, ододвинув в сторону шаль, достаёт из-за пояса платья — мать его! — кинжал…
На минуточку, боевой кавказский кинжал.
В добротных таких узорчатых ножнах.
Восхищённый выдох Стаса тоскливо отдается в груди. Приплыли.
— Держи вот. Специально к твоему возвращению заказала.
Что ещё сказать? Спасибо, Анастасия Львовна. Вы только что прибавили мне седины.
Анька ещё в августе переехала ко мне и не успела посвятить родственницу в нюансы наших со Стасом траблов. Неразумный недочёт, как оказалось.
— Дань, может, завтра расскажем? — взволнованно шепчет Малая мне на ухо.
Когда только подскочить успела?
— Больше двух говорят вслух, — Стас, у которого слух будто заточен на голос сестры, награждает нас маньячной улыбкой.
И не понять, как назло, просёк он всё-таки фишку или нет. Улыбка у него всегда такая. Специфическая.
— Мы хотим сделать объявление, — встаю из-за стола, одновременно отодвигая Анюту себе за спину.
— Я весь внимание.
В ровном тоне Стаса появляются давящие нотки. Надеюсь, мне это только кажется, потому что для драки здесь как минимум избыток будущей родни.
В гробовой тишине слышно, как тётя Оля откладывает вилку. Булькает разливаемый по рюмкам самогон. Даже спаниель, так и не простивший мне неудачного знакомства, озадаченно выплёвывает мой ботинок.
— Я люблю твою сестру, — чеканю спокойно. — Мы ждали твоего дембеля, чтобы сыграть свадьбу.
— Ранимая и честная, говоришь? — по тяжёлому взгляду исподлобья вижу, что имеется в виду вот совсем другая, куда менее безобидная, часть диалога.
Чувствую, как Анька в безотчётной панике вонзает ногти в мою руку. Переживает маленькая за нас, идиотов.
Сука, ну кто дёргал меня в машине за язык?
— Выйдем? — обречённо мотаю головой в сторону двери.
Стас с подчёркнутой неспешностью и нескрываемым наслаждением проводит пальцем вдоль лезвия. Мрачно растирает выступившую кровь.
— Острое.
— Станислав, помоги мне, пожалуйста, усесться за стол. За это стоит поднять бокалы, — не теряется Анастасия Львовна.
По опыту знаю, что короткой заминки, чтобы остудить пыл Короля недостаточно. Но за попытку всё равно спасибо. Быстро сориентировалась бабуля.
— Как предусмотрительно твой отец завёл себе второго сына, — скорбно давит улыбку Стас приближаясь. — Потому что старшего он только что потерял…
— Не здесь, — мрачно усмехаюсь, посылая Аньке извиняющийся взгляд.
Я сделал всё, что мог. Драка так драка.
А для свадьбы другой костюм куплю. С отливом фиолетовым. Ну, чтоб гармонично всё, как Анька мечтала. Почти.
— Ну что, Север. Поздравляю, всё-таки допрыгался, — вкрадчиво тянет Стас. — Ты теперь наш! Балбес… — хохочет он, сжимая меня в медвежьих объятьях. И добавляет на ухо уже серьёзно. Так, чтобы было слышно только мне: — Но знай, я слежу за тобой. Спонтанный ты наш.
— На здоровье, — усмехаюсь, осознавая, что друг, скорее всего, подозревал нечто подобное. И либо успел смириться с выбором сестры, либо армия его всё-таки немного образумила.
Что ж, я подтвержу, что достоин стать частью этой семьи.
Не предам своего сердца.
Не нарушу клятв.
И буду любить её до конца дней своих.
Конец