Бензиновые короли (Русская мафия на Западе)
.. .Снега метут, дожди хлещут - Леня от скуки и досады просадил я казино чуть не полмиллиона: Федор Иванович теперь всему голова; по праву, в общем-то. Возвращается с Пылесосом из казино, разговор о Федоре, которого Пылесос, как считает Леня, зря недооценивает:
- У старика непостижимая способность. Каким-то чудом устанавливать доверительные отношения с людьми, с которыми я бы и... рядом не сел. Даже с Мытарем шизиковатым. Сам же видел, сойдутся в ресторане, постучат костяшками в "козла", посмеются, слово за слово-и кунаки... К тому же он провидец: заранее знает: с Мытарем любая афера выгорит: "Чем увереннее, говорит, делаешь ставку на глупость-жадность фраеров, тем вернее успех".
Но и на старушку бывает прорушка: переиграл в конце концов Федора Ивановича глуповатый Петя Мытарь. Верка-Козырная примчалась:
- Оформила чек на пять миллионов. Петенька - шеф мой - пручил чек Жоресу Савицкому, обронил вскользь: "Чтоб фирма отцепилась от итальяшек..."
Леня заглянул с неожиданной вестью к Федору Ивановичу.
- Боится он нас, фраер желторотый.
Федор Иванович:
- Мы - твердые законники. Русский человек от закона бежит без оглядки.
- Жизнь парадоксальна! - воскликнул Леня. - Мне, в случае засыпки, светит здесь за рэкет лет шесть-восемь от силы, а ему, за игры с налогом, все двадцать по звонковым статьям, без права на досрочную свободку. Но я для него "аферЫст поганый", "чернушник", а он - херувим в белых кальсонах. И с розой в зубах.
- Так завсегда было,-утешил Леню Федор Иванович. - Сталин воров презирал, перед 37-м годом тюрьмы готовил- освобождал, стрелял братву поголовно, как собак, даже мальчишек- карманников заодно, а сам, известно, был всем ворам ворище. Целую страну прикарманил. Волюшку украл. Муссолини был не такой лютый ворюга, как наш, а Аль-Капон, парень не робкий, бежал от него без оглядки. Большие воры, при бумагах с круглыми печатями, руки своим согражданам заламывать желают монопольно. Только они в законе казнить-миловать, а больше никто не смей! Потому нас, которые без бумаг с печатью, терпеть не могут. Выживают аж за три моря. Они, Ленечка, видят в тебе и во мне не иначе, как самих себя...
Леня зубами скрипнул:
- Сел нефтяной президент Жора-фраер в наши сани. Ох, поостерегся бы...
...Жорес, явившийся в неурочное время домой, открыл входную дверь своим ключом и... застал отца над своими бумагами. Бросил с едва приглушенным гневом:
- Проверяешь мои доходы?! Не мало ли я вам с мамой выделяю на житье-бытье?
Отец. - Зачем ты меня оскорбляешь?!
Жорес: - Мама, это ты просила его поинтересоваться?
Мать, испуганно: - Что ты?! Что ты, сынок?!
Жорес: - Я так и думал. - И разъяренно, отцу: - Вон отсюда, лисогубский холуй!.. Или ты уже по другому ведомству? На ФБР переключился?.. Все! Навешу такой замок...
Отец, не сдержавшись, криком:
- Не поможет! Все, что вы наворуете, я верну России!
Жорес: - Вон из моего дома, гебешная проказа!
...Вещи стариков Савицких грузят на машину: Жорес снял родителям отдельную квартиру. Стариков увозят. Мать плачет. Отец изображает на своем лице оскорбленную добродетель...
. ..Приустав от очередной папки, - опять пришлось пострелять малость,-Леонид отправился, вопреки запрету Федора Ивановича, в казино Атлантик-сити, где, не раз слышал, фраера просаживают состояния. Присматривался: не удастся ли и тут стать совладельцем? К ломберным столам не подошел: засветишься раньше времени... Подергал ручку игрального автомата, названного "одноруким бандитом". Отдал "бандиту" мелочь, огляделся. У одного из игральных столов сидел старый знакомец - Жорес Савицкий. Вынул из бокового кармана пачку сотенных. Подносит прямо к глазам: подслеповат... Хоть и кольнула Леню обида, что пренебрег Жорес его, Лениной, помощью, но все же порадовался за Жореса.
Свой брат-эмигрант, голый прикатил, а уже как развернулся. -. И ничего, главное, не боится, будто он и впрямь в белых кальсонах...
Выждал время, подошел, поздоровался. Оказалось, Жорес прикатил в Атлантик-сити на "уикенд" вместе с женой и дочками. Поселился в гостинице, в люксе...
- Ну, поздравляю, брательник!
На другой день Леонид завернул в порт Нью-Джерси, на терминал, где открыл свой бизнес Жорес Савицкий. С первого взгляда понял: дела идут немыслимые, с размахом. Бензовозы выкатываются из ворот потоком. Пристроился за одним из них, подрулил к загородной песчаной площадке. На песке громоздятся огромные емкости, похожие на вздувшиеся нарывы. Горючее сливают в эти "нарывы". С шоферами расплачиваются тут же у ворот наличными, "кешем". И вовсе был поражен, когда на следующее утро увидел бронированную машину инкассаторов. Машина подошла к борту огромного танкера под либерийским флагом, инкассаторы, под охраной автоматчиков, потащили деньги в брезентовых сумках на корабль. Немыслимое дело! Один такой танкер привозит горючки на полтора миллиона долларов! .
Неподалеку от танкера какой-то чернявый, в рабочей робе (это его вводили в кабинет начальника русского отдела ФБР), приоткрыл клапан кармана, чуть выставил фотоаппарат, снимает всю эту картину.
"Дело ясное, что дело темное", - сказал Леня самому себе.
А когда открыл ему юркий всезнающий Пылесос, что в Нью-Йорке открылись бензоколонки, в которых горючка на треть дешевле, чем у компании "Эссо", сомнений больше не оставалось: потоком идет в Нью-Йорк "левый", не облагаемый налогом бензинчик.
- Гениальная афера! То-то машины у Жореса и его компаньонов сплошь "мерседесы", а отдыхать мужики катят в Атлантик-сити
- Жора! - окликнул он его. - Наследство загреб?
Жорес поправил свои очки-окуляры. - Не загреб, а получил по закону...
- Под какой процент, темнило?
Не ответил Жорес. Сел в свой новенький "мерседес" и был ков. Грубиянов он не любил.
Вечером, за семейным столом, Леня рассказал Федору Ивановичу:
- Ездил в порт: деньжищи там гребут лопатой. Как в сказке. Шурует в порту Жорес Савицкий из Минска. Гордый интеллигент. Заметил как бы вскользь в нашем разговоре: Плехановский институт окончил. Лопочет, правда, как-то странно: "говорУ", "аферЫсты" , из белорусов, что ли? А на подхвате Меир Сперматозоид. Истинно сперматозоид - всюду пролезет. Да Савелий, из офицеров. Был, хвалится, в Германии адъютантом командующего оккупационной армией по тылу. Во, грабь-армия!.. Я им намекнул раз-другой: не возьмут ли в долю, за "бабками" дело не станет? А Жорес этот, фраер очкастый, так небрежно плечом повел: на что, говорит, нам аферЫсты... Фраер чистой воды, Федор Иванович... Что-то у вас лицо стало кислым, Федор Иванович? Они миллионы гребут, а ведь ни себе, ни людям: сгорят в одночасье. Простые советские люди. Какая у них хватка?!
- Простые советские... - пробурчал Федор Иванович. - Недооцениваешь ты, Леня, простого советского человека. В родном Союзе дело было так поставлено, что даже сшить новый костюм в порядочном ателье нельзя было без взятки. Куда ни сунься -дай!.. Слово "блат", Ленечка, не от татар словечко? Так и понимал. Свое, родненькое! Бо-ольшую подготовку имеет простой советский человек.... Для тебя и меня воровской закон- закон, украдешь у своих, иль предашь - идешь к этим... как их, у арабов? гуриям...
Гурии только своих арабов принимают, Федор Иванович. Русских они в гробу видели.
- то я и хотел сказать.... У ворья для-ради мокрого дела -приведи на "толковище" доказательство, а то самого тут же кокнут. А у фраеров- что не взбредет в голову подозрительному "мусору"-психу, хоть верхушечному , хоть местному - берегись!. Стрельнут - закон-не закон - никто не вникнет-не пикнет, а надо, пришьют политику, тогда и под бурные аплодисменты приглашенных!..Слава Государю! К тому же, - добавил Федор Иванович, помолчав, - не тебе напоминать за годы советской власти через тюрьмы прошло не менее шести-семи миллионов малолеток и подростков. Жорес этот не из таких?
- Если из таких, - оживился Леонид, - то тем более. Шарахнуть по их бензоколонкам Огнем и мЕчем, как сказывал славный король Сигизмунд, тут же отдадут положенное.