Время влюбиться (СИ)

— Рядом с Хогвартсом тоже было поселение, но по размеру не больше Скрофа, и это странно, что за столько лет существования школы Хогсмид не разросся. Я думаю, что проблема в том, что выпускники чаще уходили обратно в маггловский мир, так и не прижившись. Тут же для всех выпускников предлагается работа, логичнее как-то, продуманнее, и даже сквибы редко уходят к магглам, — делился мыслями Гарри.
  
— Ты поэтому уехал оттуда? — Эдварду казалось, что вот сейчас-то Поттер расскажет про себя. — Потому что маггловоспитанным сложно освоиться в английском магическом мире?
— Нет, мне-то они быстро нашли место, даже не спрашивая меня самого, — фыркнул Гарри и замолчал. Он понимал, что должен объясниться, но не находил в себе сил начать. — Пойдем на аппарационную площадь?
Каллен бы ещё погулял, но спорить не стал. Гарри человек, он мог устать. Они поднялись со скамьи в парке рядом с академией, и не торопясь пошли в сторону площадки, на которой в основном прибывали и убывали студенты учебного заведения «Вороний пух». И тут Поттер кого-то увидел. Он остановился, не решаясь окликнуть или развернуться, чтобы уйти, но в итоге этот парень в академической форме сам его заметил.
— Поттер, — обронил блондин. Они уже были на границе аппарации, и Эдвард видел сомнения этого мага. Жаль, что Каллен не мог читать мысли волшебников так же легко, как людей.
— Привет, Малфой, — с неверием в голосе отозвался Гарри. — Я тоже сбежал оттуда, тебе нечего бояться, — поспешно сказал он, словно чего-то опасаясь.
— Хорошо, Поттер, — кивнул Малфой, а затем помедлив, все-таки аппарировал.
Эдвард перевёл взгляд на Гарри: тот выглядел взволнованно, стоял с плотно сжатыми губами и отрешенным взглядом, устремленным на то место, где ещё мгновение назад стоял студент академии Воронов. Поттер думал, что эта встреча неспроста, не может быть подобных совпадений. В сейфе банка всё ещё лежали связанные камни двух родов, Поттеров и Блэков, ожидая своего перемещения в ритуальный зал. Алтарные артефакты постепенно поглощали друг друга - это был единственный путь сохранить истоки обеих семей, память предков, их жертвенную кровь и дары. Если когда-нибудь случится благо, и под общей эгидой Поттер-Блэк род разрастется более, чем на четыре ветви, то камни при желании вновь разделятся на два рода. Может не просто так он остановился в штате Вашингтон? Нет, не просто. Надо поговорить с Малфоем. И если Поттер, хоть каплю разбирается в людях, то Драко примет предложение стать Блэком. Для него род Малфоев не просто клеймо позора, но и постоянное напоминание о злодеяниях отца, о его деспотичном воспитании и промывке мозгов с ранних лет.
— Гарри, всё в порядке? — Эдвард всё-таки решился потревожить задумчивого волшебника. — Он с твоей Родины? Он кто-то… — «…кто причинил тебе боль?», — Каллен не договорил фразу, боясь сделать хуже. Загадочность Поттера продолжала будоражить его любопытство.
— Мы… Мы сражались на разных сторонах в войне, но теперь мы не враги, — заторможено отозвался Гарри.
— В войне? — для Эдварда это звучало безумно. Какой ещё войне? Гарри же школьник!
— Да, тебе правда хочется об этом знать? — Эдвард кивнул в ответ. — Это очень долгая история, — он всё-таки аппарировал их к крыльцу дома. — Я заварю чай.
Вернувшись в гостиную с булочками и чаем, он, наконец-то, начал рассказ: — Это началось задолго, но в общем: двадцать лет назад, — да, он выглядит младше своих лет, не смотря на тяжёлую жизнь. — Спятивший волшебник убил моих родителей, а я выжил после смертельного проклятия…
Рассказ Поттера был мёртвым, безэмоциональным, словно он был сторонним наблюдателем, а не жертвой в этой безумной истории. Эдвард слушал, не перебивая, поражаясь дикости событий, которые пережил парень.
— Малфой, тот парень, покинул Англию сразу, как только задержали его мать. Я не смог ей помочь, — сокрушенно покачал головой Гарри. — Я не знал, что он учится в Сиэтле, я почти год бездумно путешествовал, а в итоге выбрал именно штат Вашингтон. Думаю, меня привела магия. Он тоже жертва обстоятельств, и Драко - часть рода Блэк. Всё не просто так, я чувствую, что должен с ним встретиться и просить о разговоре. Это будет нелегко, но я… Кажется, так нужно.
— Это ужасно, — Эдвард не удержался и, в жесте поддержки, взял его руку в свою прохладную ладонь. — Ты очень сильный и продолжаешь быть добрым, несмотря на всё… Мне кажется, что я недостоин быть тебе другом. Я убивал не на войне, не для защиты, я был и остаюсь монстром. Ты же, пройдя войну, остался человечнее любого другого из людей, существ и магов.
— Неправда, есть единороги, — фыркнул Гарри. — Мне их не переплюнуть, — скромная улыбка озарила его лицо.
— Единороги? — с детским восторгом переспросил Эдвард.
Поттер приманил чарами красивую подарочную энциклопедию по существам - это был подарок Гермионы. Хороший способ отвлечься от горького послевкусия, вынимающего душу разговора. А когда они подобрались к драконам, то реакция Эдварда была такой милой, что Гарри не сдержал смеха.
Для ритуала было всё готово, Гарри мандражировал, у него мелко тряслись пальцы. Элис его подбадривала, как и все Каллены, но она была убедительна тем, что напоминала о своём видении. А ещё у них случился странный разговор без свидетелей об Эдварде.
— Розали, Эмметт, потом я и Джаспер, Карлайл и Эсми, — перечисляла Элис порядок. — И я вижу, что у тебя всё получится! Тебе надо довериться себе, своему чутью. И, Гарри, — он вопросительно посмотрел на неё, и она нерешительно продолжила. — Я, возможно, забегаю вперёд, не знаю, что сейчас между вами, но, если что, всё будет чудесно.
— Не понимаю, о чём ты.
Предположение не заставило себя долго ждать:
— О тебе и Эдварде, — тихо сказала Элис. — Я всё-таки поспешила, да?
— Да, — улыбнулся Гарри. Вышло натянуто. — На меня действует ваше вампирское обаяние, но… Ох, Элис, не заставляй меня сомневаться в твоём даре.
— Всё-всё, никаких больше предсказаний, — замахала руками девушка. — Но ты подумай об этом. Если ты оставишь всё, как есть, то вы будете вместе.
— Элис, — протянул предупреждающе Гарри, нахмурившись. — Всё, мне пора, не хочу ничего знать.
Подвала у Поттера не было, но был чердак, где Эдвард должен был уже его ждать. Для него были приготовлены зелья, которые хоть и не усвоятся организмом, но повлияют на процесс ритуала. Каллен сидел в рунном круге. Вкус принятых им зелий был просто ужасен. Глаза вампира были непривычно тёмными, зелье начинало действовать. Да и Эдвард, следуя рекомендации, пропустил охоту, но последние золотые искры ушли с приёмом отвара. Дым от тлеющих трав клубился неровными всполохами. Гарри ободряюще улыбнулся и, накинув диагностические чары, стал читать катрен. Ритуал был затратный, магия плотным свечением сковала их нитью, и Гарри сделал первый круг вокруг вампира, чувствуя, как медленно его собственная сила уходит. Конечно, не безвозвратно. Остаться в Эдварде она не может и к концу четвертого круга вернётся к владельцу. Тут нужно было сохранить грань и, как только медицинская диаграмма диагностики засвидетельствует приток жизни, надо переходить к заключительной части. А вот круги надо делать в определенный такт пульсации магии в нити, не передержать и в то же время не закончить шаг раньше, чем ядро вампира выжжет яд. Сперва всё было спокойно, Эдвард не чувствовал никаких изменений, пока не пошёл последний круг. В тот момент, когда Поттеру казалось, что его собственная магия вот-вот закончится, его ноги стали словно свинцовые, каждый шаг давался с трудом, но он знал, что не может остановиться или сбиться. На середине четвертого круга Эдварду показалось, что его вырвет: тошнота и горький привкус зелий подступали жгучей болью к горлу. Боль в лёгких, та самая, тяжёлая и давящая, он помнил её в свои последние дни жизни… Перед глазами Эдварда всё померкло ровно в тот момент, когда Гарри завершил последний катрен, и он упал. Ожившее сердце сделало первый удар и замерло.
  
Холодный пот скатился по спине Поттера, он тяжело сглотнул. Секунда… Вторая… Ничего не происходило. Сердце замерло, ЖИВОЕ сердце замерло! Гарри кинулся к Эдварду, ударившись коленом о старую, выпирающую половицу. Может диаграмма врёт? Нет, нет, это не ошибка — пульса не было. Паника затмила разум, Гарри хаотично думал и не понимал, что он сделал не так?! Что он мог упустить? Вампир… Эдвард - вампир! Нужна кровь! Как Гарри не разрубил себе руку невербальным секо, он уже не вспомнит. Кровь хлынула, пачкая его руки, забрызгивая каплями бледное лицо Эдварда, стекая к ещё не утратившим цвет ярким губам. Гарри прижал запястье к бездыханному рту, молясь всем богам, чтобы Эдвард жил. Тело Каллена изогнулось, грудная клетка дернулась вверх, впуская в лёгкие такой нужный кислород, а сердце забилось. Сердце забилось! Гарри внутренне заликовал. У них получилось! Магическая сила к нему вернулась, а вот физическая слабость взяла вверх, и он стал заваливаться набок, — голова закружилась от потери крови.