Абсолют. Том 3 (СИ)
Запрыгнув на плечи здоровяку, что сумел без проблем удержать равновесие даже с моей тяжкой ношей, я прицелился, швырнул крюк и отправился в полёт. Регулируя длину цепи, вскоре оказался в метре от спины монстра и схватился Пятихвостым стражем, сдирая, царапая и вспарывая динозавру кожу. Глянь-ка, как у крокодила… А с крокодилами в этом мире у меня, так уж повелось, разговор короткий.
Подобрался к горбу и нанёс первый удар своим отбойником с жалом на конце и… получил сдачи. Из многочисленных пор в районе горба выстрелили какие-то похожие на рисовые зёрнышки белые штуковины, что больно врезались в броню и плавили её.
— Ну и гадость… — подвёл я итог, обновляя броню и скидывая повреждённый слой.
Пятихвостый страж понёс меня в другое место, как лапы несут паука. Под брюхом этого магического стегозавра никакой защиты не обнаружилось. Как верхолаз, уцепился за громадину всеми пятью дополнительными «конечностями» и, всадив для устойчивости крюк с левой руки, использовал все свои силы для «бурения» бронированной грудной клетки.
Игнорировать атаки, находясь снизу, не так уж и просто. Но я старался. И только через минуту, под оглушающий рёв этого доисторического хищника, добрался до мягких внутренностей. Динозавр решил «почесать грудь» и прилёг на землю у самого края обрыва. Пришлось прятаться прямо внутри него. Конечно, не слишком чисто и уютно, но зато безопасно. Заодно успел пробиться ещё дальше, перемалывая плоть, кости и сухожилия. Совсем скоро исполин отчаянно катался по земле, расплющивая своей монструозной тушей сотни собратьев поменьше.
Пришло очередное уведомление о гибели противника, и я выпрыгнул из динозавра в тот момент, когда он потерял контроль над телом, а следом и жизнь. Мгновение — и великан летит в переполненную пропасть.
Швырнул крюк, цепляясь за какую-то отвратительную многоногую сколопендру. Извивающаяся уродина такого не ожидала и завалилась в вонючую жижу вместо со мной.
— План «Б»! — сразу сориентировался я, лишаясь крюка, но в ту же секунду, уже по имеющемуся шаблону, отращивая новый. Следующий выстрел угодил уже в божественную з е млюшку. Сейчас притянуться…
— Фух… Еле успел. Ну и вонища…
Пятихвостый страж продолжил косплеить паука и вытащил меня наверх. Туда, где валялись сотни и сотни окончательно раздавленных и полуживых чудовищ. Впереди, к слову, набегало ещё больше.
— Так-с, мой божественный бензобак ещё полон. Почему бы не зажечь? — я хищно улыбнулся и направил руку вперёд.
Поток пламени вырвался к цели, добивая полудохлых и сжигая при помощи двадцати единиц духа многочисленных слаборазвитых тварей.
Впереди маячила очередная гигантская гадость, похожая на медленную улитку. Вокруг неё было какое-то магическое поле, что отражало атаки. Оседлав её, к стене приближалась тысяча красножопых макак. Судя по непробиваемости её магической защиты — это выглядит, как работка для таких, как я.
Нужно только стать… ещё быстрее…
* * *На стене Города начала.
Главы кланов «Возвышение» и «Умбра»
Два бога, что на последнем турнире были друг для друга главными соперниками, а именно: Мистикс Гойль и Тринадцатый, — выжали свои магические запасы досуха и перешли на расходование божественности. Мистикс Гойль, будучи мастером по части магических заклинаний, имел в своих руках обширный арсенал. Однако сегодня он в основном пользовался всего одним высокоранговым: Зеркалом отражения B-ранга.
То была пространственная способность, открывающая портал внутри портала. При попадании туда объекта или магического заклинания портал довольно быстро, а если быть точнее, то в ту же секунду, отправлял в сторону атакующего его же «подарочек».
Дело было в том, что орда накидывала на защиту города убийственные заклинания, применяя силу многократно большую, нежели у местных богов. И потому куда эффективнее было бить по ним их же магией, а не колоть своими слабенькими и бесполезными заклинаниями.
Тринадцатый же был мастером ближнего боя. Мощи его кулаков, способных деформировать в точке удара само пространство и вызывать его искажение, опасались ощутить на своей шкуре любые противники. Однако же теперь он смирно стоял на стене, как и его коллега. Оба они являлись членами совета и прекрасно знали, что от них требуется и какие меры защиты может предпринять Райдзен Домо.
Главе «Возвышения», гуманоидному богу с фиолетовым отливом кожи, полосками наростов на лице и лысой головой, не терпелось нырнуть в самое пекло, чтобы уничтожить побольше чудовищ, но… он был реалистом. Тринадцатый умрёт в течение нескольких мгновений после появления по ту сторону провала. И потому всё, что он мог делать — это наделять стрелы одолженного у Гойля лука силой разрыва пространства. Каждый такой выстрел причинял порождениям хаоса адскую боль и даже если не убивал, то заставлял сходить с ума, отчего те мешали своим собратьям.
— Скоро заполнится провал. Они уже перебираются на другую сторону, — заприметил первые стычки у самой стены Мистикс Гойль.
— Это ожидаемо. Все, кто спрыгнули, так или иначе погибнут. Но они должны продержаться как можно дольше. — Тринадцатый зарядил стрелу до предела и отправил её в гиганта, что всё ещё подавал признаки жизни, стоя в провале.
Голова исполина, торчавшая над уровнем земли и получившая уже тысячи слабых жалящих ударов от таких же слабых богов, наконец-то не выдержала и взорвалась, как переспелый арбуз.
— Что-то главы не видать… — подметил лучник и требовательно протянул руку. Спустя мгновение в неё легла новая стрела, переданная помощником.
Сила пространственной аномалии снова взбудоражила всех вокруг и впиталась в стрелу, а через мгновение мощный выстрел отправился под стены города, пронзив насквозь мелкого монстра и тяжело ранив восьмиголовую змею.
— Ему нужно, чтобы хотя бы половина рва заполнились трупами, — напомнил ещё один владелец способности, которую иначе как пространственной аномалией не назовёшь, хоть она и совершенно другого толка.
— У нас уже точно половина, а ведь в других местах монстров побольше должно быть…
— Где-то больше, где-то меньше. Они вон опять осмелели и прут через ров на стены… Думаю, совсем ско… — не успел глава «Умбры» закончить мысль, как сотрясший город рёв дракона ворвался в его душу и сбил концентрацию, заставив развеять заклинание.
Мистикс Гойль, как и все прочие, нахмурил лицо, закрывая руками глаза и уши, чтобы спастись от чудовищной звуковой атаки.
То была не просто способность… Это был РЁВ главы города. А-ранговая способность, умноженная S-ранговым артефактом — «Чашей резонанса». Эта штука многократно усиливала любую способность, основанную на звуке, и могла продлить время её действия в два раза.
Вот и сейчас, на долгую минуту, все, кроме пушек в стенах города да артиллеристов на башнях, потеряли возможность хоть что-то делать. И касалось это даже гигантов. Что уж говорить о мелких тварях?
Величественной тенью, пока все замерли в ужасе, разъярённый драконид пронёсся над своими владениями, которые поклялся защищать даже ценой собственной жизни. Многие считали его недостаточно жёстким. Некоторые говорили, что он плохой правитель. Другие думали, что он не выдержит и одного единственного НАСТОЯЩЕГО нашествия. Таких, как были прежде. Таких, кои отражал его предшественник.
Чушь! Решимость, подготовка и расчёт решают, выдержит город или нет. Им достались стены и многочисленные секреты, способные остановить даже сильнейших монстров фронтира. А не этих демонят из земель Мифов и земель Древних. Пусть их много… Но этого всё ещё недостаточно, чтобы всерьёз угрожать им уничтожением. Тем более, когда новый владыка не только использует старые фокусы, но ещё и создаёт новые.
Вот и сейчас Райдзен Домо, размахивая крыльями, приближался к стенам. А там, сразу за ними, стоило только пролететь голубой магический щит, накрывший их от врагов, драконид наполнил могучую грудь воздухом. Короткая активация способности — и величественное пламя бьёт в ров, где в одно мгновение поднимается уровень вонючей жижи. Как оказалось, гореть она может прекрасно. Но только если температура пламени достигает фантастических величин. Не каждое пламя гиганта имело достаточную мощность, чтобы поджечь такое. А вот пламя какого-нибудь рядового дракона — вполне. Вот только глава города был отнюдь не рядовым драконом, потому опоясывающий ров, в котором уже корчились тысячи и тысячи монстров, воспылал.