Попала в диала (СИ)

— А ты страшна в гневе. И да, тебе очень к лицу чёрный цвет…дорогая супруга, — Гард едва заметно улыбнулся, а последние слова сказал так, будто пробовал их на вкус. — Прости, я…
— Знаю я твои отговорки. Сейчас опять скажешь, что это необходимо было во спасение Хазы, и попросишь в последний раз сделать так, как лучше для страны и для народа. Мне же потом будет всё равно. Ой, нет! Ты же уже всё сделал сам! — я ткнула его указательным пальцем в грудь. Мы сидели напротив и пытались выяснять отношения, пока карета мерно покачивалась на дороге.
— Мне, — тихо сказал Маркус себе под нос, разглядывая мою руку, всё ещё покоящуюся на его груди, а потом обхватил её и приложил всей пятернёй так, что я ощутила, как быстро бьётся его сердце. — Это было…и до сих пор нужно мне.
Вроде простые слова, а у меня от них в груди разлилось такое тепло, что самой страшно стало.
— Можешь считать меня собственником и эгоистом, но стоило увидеть, как Далаш собирается надеть на тебя браслет, сознание будто помутилось. Мне словно кислород перекрыли и затянули на шее удавку. Как представил, что он назовёт тебя своей…пусть и только на время церемонии, здравомыслие просто отказало. Ты — моя дарованная душа. Как бы там ни было, наши Боги отправили тебя ко мне, а значит… — он вдруг замолчал, отпустил мою руку, обречённо вздохнул и совсем тихо продолжил: — Да ничего это не значит. Аля, ты свободна. Просто не обращай внимания на браслет. Считай, что это очередное украшение. Одно из многих, которые имеются у принцессы.
— У принцесс и поклонники имеются. Много, — решила развить тему, а сама пристально смотрела за реакцией диала. — И все делают подарки в виде украшений, цветов и прочих прелестей.
— Аля, я давно уже не мальчик и максимализм мне не свойственен. Прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду. Поэтому и говорю о свободе. Сколько бы времени тебе ни было отведено в нашем мире, я бы хотел, чтобы ты провела его с пользой для себя и получила от происходящего удовольствие. Достаточно уже насмотрелась на кровь и рисковала жизнью. Теперь можешь наслаждаться и кутить или…крутить романы. Наличие браслета тебя ни в чём не ограничивает.
Маркус говорил и чем дальше заходила его речь, тем больше он мрачнел.
— То есть можно наплевать на эту штуку, — потрясла украшением на запястье прямо у диала перед глазами, — и пускаться во все тяжкие?
Мужчина глубоко вдохнул. Ему явно было неприятно то, о чём мы говорим.
— Я же сказал, что… — тут карету прилично тряхнуло и я (так как полусидела, полуоперлась на Маркуса) всей Алькой впечаталась в крепкую диальскую грудь.
Он поймал, удержал и не дал свалиться. Подумалось, что я прекрасно помню эти руки: сильные, крепкие и немного мозолистые из-за постоянных тренировок с мечом. На мгновение стало так тепло и приятно, не хотелось покидать его объятий, а потом резко кольнуло в боку.
— Тебя что, ранили? — до меня дошло, что это не моя боль. Я просто чувствую её из-за магии и потому что оказалсь слишком близко к диалу.
Маркус резко отстранил меня от себя, усадил на моё прежнее место и показал рукой, чтобы не приближалась.
— Нет, просто один из изменников оказался проворнее и ударил сильнее, чем я рассчитывал. Скоро заживёт.
— Так давай я…
— Нет! — не дал он мне договорить. — Не расходуй магию на пустяки.
— Да я, кроме тебя, ни на что её тратить и не могу. Если не избавлюсь от остатков твоей силы, то никогда не вернусь домой! Завтра первое сентября! Август кончается! — выпалила я и только по обречённому выражению лица Маркуса поняла, что именно ляпнула.
— При чём тут даты? Хотя, я понял. Ты верно сказала…наплевать. Непременно организую тебе возможность “избавиться от остатков”. Могу вскрыть себе вены или сломать что-нибудь, прыгнув с высоты. Чего бы тебе хотелось, моя драгоценная дарованная душа? — в его словах не было сарказма, он говорил абсолютно серьёзно и без тени ехидства, но с такой грустью, что я невольно вспомнила его высказывание о том, что он не хочет меня отпускать.
 
— Ты не шутил, — догадалась я. — Всё правда. Я чувствую, что правда.
Повисла неловкая тишина. Маркус молчал, опустив глаза в пол, а я никак не могла подобрать слов, чтобы немного его ободрить.
— Мне проще отказаться от магии, чем знать, что ты несчастна, будучи частью меня в том или ином смысле…
— Мы забыли кое-что очень важное, — сказала тихо, поражаясь бредовой идее, возникшей в моей голове. — Какой же ты мне муж, если церемония не завершена?
— Всё по правилам, Люций не мог ошибиться. Да и я чувствую, что браслет горячий, значит, по крайней мере перед Пресветлыми мы связаны узами брака, — Маркус продолжал смотреть куда угодно, но не на меня.
— А как же самое главное? Ну, то, что должно быть в конце? — не сдавалась я.
Мужчина задумался, но, видимо, не понимал о чём я. Затем наконец поднял взгляд. А мне только это и было нужно. Оттолкнулась от своего сиденья и подалась вперёд. Диал отпрянул, но стенка кареты не оставила ему шансов. Так и вышло, что теперь я повисла на нём, обхватив за шею и глядя прямо в глаза.
— Ты не поцеловал невесту, — подняв одну бровь, я хитро улыбнулась.
— Не хочу навязываться, — его сердце забилось чаще, при этом Гард не отводил взгляда теперь уже от моих губ.
— Сначала велишь мне крутить романы, а потом отказываешься от своих же слов. Ну не очень-то и хотелось. Найду себе другого поклонника, — я решила поиграть в кокетку и показала диалу язык.
Уж не знаю, это ли стало катализатором или же упоминание “другого”, но сработало точно, так как Маркус буквально набросился на мои губы. Так страстно, горячо и самозабвенно меня не целовали ещё никогда. Аж голова пошла кругом. Гард крепко прижимал меня к себе одной рукой, а вторую запустил в волосы, за пару секунд разворошив причёску, на которую у горничной ушёл почти час. Пришлось очень постараться, чтобы незаметно использовать немного магии и исцелить его рану.
— Если несвобода предполагает такие всплески страсти от моего супруга, то я бы подумала над тем, чтобы отказываться от неё, — стоило восстановить дыхание, сказала я. Не хотелось снова слушать его ворчание по поводу того, что я транжирю силу. — А ВЫ, министр, — специально обратилась к диалу именно так. — Не влюбились ли часом?
Улыбнулась, и так как карета уже минуты с три как подъехала ко дворцу, подобрала свои пышные чёрные юбки и вылезла наружу, направляясь “домой”.
— Эх, Аля, Аля. Как же ты неправа, — услышала за своей спиной. Гард тяжело вздохнул и совсем тихо (но мой продвинутый слух не подвёл меня и на этот раз) добавил: — Я не влюбился, Ваше Высочество, я пропал.
  
17 Супружеский долг платежом красен
 
Я буквально влетела в свои покои и очень долго пыталась унять не на шутку разошедшееся сердечко. Было ли тому виной применение силы или страстный поцелуй моего новоявленного супруга я не знала, но минут десять меня просто трясло от переизбытка эмоций.
“Ах, Шурочка, что же это у тебя всё через…одно место? Поняла, что встретила нормального мужика, лишь предварительно побывав в его шкуре и посмотрев на него со стороны. Замуж вышла в траурном одеянии, а теперь бедолаге пудришь мозги. Угомонись. Тебе скоро домой к твоим печатным станкам и телеку вечерами. Не играй с чужими чувствами! ”— вопил мой внутренний голос. А мне почему-то очень сильно хотелось сделать в точности до наоборот. Поступить так, как советовал Маркус. Прожить оставшиеся мне дни на полную катушку.
— Ваше Высочество, позвольте помочь Вам сменить одежды, — в комнату вошла служанка и нерешительно мялась у дверей.
— Ой, ты вовремя, — я подбежала к ней и схватила за плечи. — Скажи, первую брачную ночь же тут не отменяли? — я вдруг вспомнила, что раз вышла замуж, то одним поцелуем в таком случае дело не обходится.
— Нет, конечно. Вам нездоровится? При чём тут это? Вы же только с похорон, — девушка не знала о случившемся в храме, поэтому полагала, что я должна быть убита горем по усопшему жениху.