Когда падают звезды. Часть 2 (СИ)
Ях, а ведь она полнейшая дура. Не может быть. Она даже подумать не могла, но откуда тогда знает он?
Дэрреку сказала о том, что он скоро станет отцом еще мама, тогда, прощаясь перед отъездом. Откуда она узнала, он не имел ни малейшего понятия, но после ее слов, стал присматриваться к жене внимательней. Сначала, ему даже показалось, что мама ошиблась, хоть он и понимал, что увериться в этом не получится так скоро. Но вот уже несколько недель, сомнений в ее правоте не осталось. Майя изменилась, часто раздражалась, иногда плакала без причины, а когда он заставал ее за этим занятием, просто сбегала. Уже трижды намекала, что не прочь была бы развестись. Перестала заказывать на ужин свой любимый сыр, который, по ее словам, в последнее время совсем испортился, хотя этих изменений Дэррек не заметил. А вчера, утром, стоя у трюмо, она взяла в руки флакончик своих любимых духов, смочила пальчик, и прежде чем поднести к шее, решила понюхать, потому что и этот запах, как ей показалось, испортился. Дэррек успел подхватить жену уже почти у пола. Она потеряла сознание. Устроив ее на кровати, он сам отправился за врачом. Тот, завидев на пороге растерянного герцога, перепугался больше мужчины. Как оказалось зря. Герцогиня беременна, а значит, ему стоит готовиться к тому, чему он уже и так стал свидетелем. Майе врач свой диагноз не объявил, только прописал больше отдыха, прогулок на свежем воздухе и витаминов. Радостное же бремя сообщить будущей маме о пополнении легло на мужа.
- Как? - поверх его руки легка ее маленькая ладошка. Раздражение куда-то делось.
- Я могу показать, но мне кажется, ты будешь против того, чтобы делать это в кабинете, - Майя была так ошарашена, что даже не отреагировала на ответ мужа.
А ведь и правда, все признаки были, но она почему-то и предположить не могла. Думала о чем угодно, но только не о такой возможности. Уму непостижимо, она беременна. Она станет мамой. А он - папой.
- Ты ведь помнишь, что я заказывал девочку? Синеглазую? - он воспользовался ее растерянностью в своих целях, пытаясь впервые за последние несколько дней поцеловать не колючего ежа, в которого она превратилась, а собственную жену.
*****
О конных прогулках она больше не думала. Выезжая только с мужем, и даже от этих вояжей скоро пришлось отказаться. Слишком она волновалась, получалось сомнительное удовольствие. А узнав причину своего странного поведения, ей стало даже стыдно за него. Странно, когда раздражение было беспричинным, она спокойно отыгрывалась на спокойном как удав муже, а как только оказалось, что причина все-таки есть, спускать пар на нем она больше не могла.
Мучительно было все. Иногда, ей становилось плохо от обнимающих ее ночью горячих рук, иногда, от его запаха, а бывало и такое, что от собственного. Еще дважды Дэрреку приходилось ловить теряющую сознание Майю. Однажды, он проснулся от того, что она плакала, свернувшись клубком на противоположной стороне их общей огромной кровати.
- Что случилось? - он утер слезы с лица.
- Я не могу спать, - и снова всхлипнула.
Оказалось, врач запретил спать на животе, чтобы не навредить ребенку, а именно так она привыкла засыпать. Полночи они провели, выбирая удобное положение. Именно тогда и обнаружилась чудодейственная сила его рук, снимающих боль в пояснице.
По мере того, как их ребенок рос, одни проблемы пропадали, зато появлялись другие. Часто, страдать приходилось ни в чем не повинному Дэну, который разыскивал клубнику посреди декабря.
Дэррек вспомнил о приглашении сестры, в сущности, только потому, что всерьез начал волноваться за то, что находясь постоянно в четырех стенах, Майя рано или поздно найдет приключение на свою голову. Им обоим нужно было развеяться. А значит, появилась еще одна причина появиться на закрытии сезона. Майя ехала с единственной целью, Соня все еще была в столице, а сообщать о подобном, лучше лично.
Всю дорогу до города, Майя благополучно проспала, пригревшись в объятьях мужа. А потом, впервые оказалась в еще одном, из множества владений герцога. Она никогда не говорила о домах, экипажах, лошадях как о своих. Хоть Дэррек часто ее поправлял, она всегда называла эти вещи принадлежащими ему.
У них был целый день перед тем, как предстояло посетить запланированное мероприятие. Единственный визит, который Майя собиралась осуществить - Соня и Витор. И они побывали у них почти сразу. Как они отреагировали на новость? Наверное так, как это должна была сделать сама Майя, они были счастливы, совершенно искренне, без задней мысли, в отличие от будущей мамы, у которой все чаще возникал вопрос, каким же родится ее ребенок?
А уже вечером, им предстояло впервые выйти в свет как мужу и жене.
Слухи, добрались из поместья до столицы очень быстро. Как Майя узнала из ненавязчивого замечания Дэррека, об их свадьбе напечатали в газете, подтвердив кажущиеся всем совершенно бредовые россказни. А значит, анонсированное Линдой появление Дэррека должно было стать залогом аншлага на мероприятии.
- Ты готова? - Дэррек подошел сзади, обнимая, положил руки на пока что только ощутимый, но практически невидимый живот.
Майя нервничала, очень. Выбирала наряд дольше, чем когда-либо. Перед ней стояла невозможная задача, ей нужно было выглядеть соответствующе мужу. А это, как оказалось, невозможно. Слишком бледна, слишком сера, сливается, снова бледна. Она сменила десяток платьев и уже начала мерить заново, когда отчаялась окончательно. Раньше, ее хотя бы нельзя было упрекнуть в плохой фигуре, а теперь, скрывая беременность, пришлось забыть даже об этом единственном плюсе. Дэррек бы спросил, зачем скрывать? А она уже предчувствовала и без того достаточное количество оценивающих взглядов, и не хотела, чтобы оценивали и ее еще не родившегося ребенка.
- Готова, - она остановила свой выбор на изумрудном платье, с завышенной талией, с достаточно открытым декольте, и рукавами три четверти. На шею, она впервые одела один из десятка подарков мужа - изумрудное колье, из белого золота, кованного необычными завитушками, увенчанными мелкой россыпью камней, и такие же сережки.
*****
Они немного опоздали, большинство приглашенных были уже тут. На входе их встречали обе сестры его светлости. Герцогиня поручила младшую опеке опытной старшей, а впоследствии обе были в выигрыше. Старшая - зарабатывала баллы доверия матери, а младшая - получала полную свободу действий.
Им Дэррек еще не сообщал радостную новость, оставляя право решать, когда пора это делать - за Майей. А она пока этого не хотела. В зале было очень людно. А значит, и душно. Как только они оказались в помещении, Майя чуть сильнее сжала руку мужа, прося поделиться силами. И он не подвел.
Кожей Майя ощущала направленные на нее взгляды, затылком чувствовала, как вслед ей оглядываются. И как ни странно, не с отвращением, как это было раньше, а с удивлением, любопытством, а иногда и завистью. Конечно, если она смогла завлечь его светлость, значит, в ней что-то есть. И каждый пытался понять, что же это. Высший свет совершенно запутался во всем, что судачили об этой скрытной анибальте. Раньше, ее записывали в любовницы к мужу сестры, а теперь, считали, что она была долгие годы связанна с его светлостью, а Роза Смитт - только прикрытие. Но никто не мог понять, почему он решил на ней жениться. Кольца на их пальцах увидели все, значит, о свадьбе не соврали. Может его светлость нуждается в деньгах, дела настолько плохи? Возможно, но чтоб убедиться, должно пройти время. И часть людей, вот уже второй месяц ждала, когда же он объявит о своем банкротстве. Возможно, она заставила его жениться шантажом? И он согласился под страхом непременной дуэли с ее отцом? А ведь все помнили, какая печальная история связывает род Мэйденстеров с оружием... А может... Может... Может... Была сотня вариантов, но ни один человек не предположил, что их свадьба - это просто последствие любви.