Когда падают звезды. Часть 2 (СИ)

   - Подготовить для леди гостевую комнату, ваша светлость? - Дэн немного сощурился, пытаясь вспомнить, как же зовут эту девочку, которая когда-то провела у них целых два месяца, а уехала с огромным скандалом.
   - Ее комната готова, Дэн, я хочу представить герцогиню Мэйденстер... мою жену, - он снова обернулся, уже во второй раз называя ее так. Жена.
   И не ответить на его улыбку, Майя не могла. Как бы ни было непривычно, как бы ни было неожиданно оказаться снова тут. Она с ним, тут или в любом другом месте, главное, что с ним.
  
   Они не видели, как вытянулось лицо бедного седовласого домоправителя. Заботься его светлость хоть чуть о его здоровье, не стал бы так ошарашивать. Жена. Анибальт. Оскандалившаяся с гостем. Жившая месяц в покоях будущей герцогини. Постепенно, в голове началась складываться картинка, которой ему нужно было или срочно поделиться, или лопнуть от всей полученной информации.
   Из холла они попали в столовую, в которой когда-то произошло так много. Майя бросила взгляд на свое привычное место, в самом конце огромного дубового стола. Тут сидела Соня, тут Витор, а тут еще десяток бывших гостей. Тут, Майя посмотрела на камин, мужчины сидели после ужина. Тут, на стеллаж - она брала книги.
   - Я надеюсь, теперь-то ты не откажешься сидеть, на месте хозяйки? - Дэррек легонько потянул ее в противоположную от привычной ей сторону.
   Им подали настоящий праздничный ужин. Вино, фрукты, мясо. Лишь положив в рот первый кусочек, Майя поняла, что по-настоящему проголодалась. Как и бедная Соня, боявшаяся съесть лишнего, на своем собственном празднике. Соня! Родители!
   - Ях! - она отложила приборы, подняв испуганный взгляд на внимательно следящего за ней мужчину.
   - Что такое? Пересолили? - он склонился к растерянной Майе, поцеловал в уголок губ. Ради этого мужчины соглашаются на брак, чтобы переживать сотни таких моментов, как этот.
   - Ведь никто не знает где мы! Маме нельзя волноваться! - испуг грозил перерасти в настоящую панику. Как она могла забыть о родных? Страшно представить, что же они сейчас думают! Она испортила бедной Соне самый счастливый день в ее жизни! Ее слишком живое воображение уже красочно вырисовало картину метаний родителей, поисков их перевернутого экипажа или бездыханных тел. - Мы должны вернуться, - она схватила с колен салфетку, готовая мчаться обратно в ночь, если потребуется, даже верхом.
   - Не должны, - удивительно спокойный Дэррек положил руку на ее колено, призывая остаться на месте.
   - Ваши... твои... - она исправилась, под слегка насмешливым взглядом мужчины, - родные тоже остались там одни! Думаешь, они не станут разыскивать? Одно дело - я, и совсем другое - герцог. Мы должны вернуться!
   - Они знают, где мы.
   - Но ведь мои родные не знают!
   Прежде чем ответить, Дэррек снова наклонился ближе.
   - И твои знают, - и с удовольствие наблюдал за тем, как в тысячный раз эмоции сменяются на ее лице.
   - Как???
   - Ты всю жизнь жила с предателями, они помогали мне. В войне за тебя, у тебя не было союзников.
   - Что они знают? - в горле снова пересохло, этот день однозначно должен был порядком лишить ее нервных клеток. Вот только над их восстановлением придется работать уже ему.
   - Только то, что я тебя люблю, и что сегодня вечером, ты стала моей женой. Они, Витор, герцогиня, подозреваю, что и Мэгги, и не удивлюсь, если не от мамы, но от Дамиана. Знает и он. Так что, Майя, если ты попытаешься сделать вид, что брака не было, поверь, я найду сотню его свидетелей. Ну что, десерт? - она готова была его сначала расцеловать, а потом убить, и снова расцеловать и снова убить. Но главное - все же расцеловать.
   - Нет. Я наелась, - она скучала по нему не меньше, чем он по ней.
   Улыбка сошла с лица Дэррека, он ждал этого момента и в то же время его опасался. После того, что натворил, готов был ждать столько, сколько ей потребуется, чтобы перестала бояться. Готов был пожертвовать ночью, десятком ночей, чтобы это случилось тогда, когда она будет готова.
   Подниматься по лестнице, по которой она когда-то выходила навсегда, было странно, а особенно волнующе, ощущать обнимающие руки, разворачиваться через ступеньку, чтобы получить еще один поцелуй. Длинные коридор, двери, двери, двери. Ее первая комната, с пятном на потолке. Кабинет, тревожный, мимо него она попыталась проскользнуть быстрее. Библиотека с глобусом, где все началось по-настоящему. Дом с привидениями. Но она сможет ужиться и с ними.
   Две смежные двери. Обе закрыты, из-под обеих сочится мягкий свет. Такие одинаковые, но настолько разные, за одной, скрывалось счастье, а за другой боль и унижение. Двери, как и чувства, были так близко. Майя потянулась к двери его покоев, но обернулась, когда мужчина остановился как вкопанный.
   - Что? - снова она не совсем понимает его.
   - Мы должны закончить одно дело, - и подойдя к ее двери, Дэррек надавил на ручку. Нет, заходить туда Майя была еще точно не готова. Ведь она только училась верить, а верить там было сложно, слишком хорошо она помнила проведенные тут мучительные часы.
   Майя остановилась на пороге. Ничего не изменилось. Все та же кровать, то же трюмо, маленькое окно. Комната, не успевшая стать по-настоящему ее, а потом, оказавшаяся совсем чужой снова вернулась из задворков памяти. Сзади закрылась дверь, от звука щелчка Майя слегка вздрогнула.
   Нужно успокоиться. Это всего лишь прошлое. Воспоминания, которые больше никогда не повторятся. Которые она выбросит из памяти. Потому что она его любит, и он тоже.
   Дэррек обошел Майю, скрывая от ее взгляда кровать, на которую девушка смотрела с ужасом, сглатывая подкативший ком страха.
   - Посмотри на меня, - ослушаться она не могла. - То, что произошло тогда в этом комнате, мой грех, я злился на весь мир за то, что лишился тебя, а мстить решил именно тебе. Потому, что ты была передо мной беззащитной. Больше никогда. Клянусь, никогда ты не почувствуешь того, что испытывала тогда. Только тебе решать, когда ты готова попробовать забыть. Твое "нет" - это единственное, что имеет значение. Одно твое слово, и я буду ждать столько, сколько нужно. Я люблю тебя, а значит, люблю и тело, и душу. И ты нужна мне телом и душой. Только тебе решать.
   Он собирался сдержать слово. Если она не готова, он уйдет, оставит одну. Нет смысла делать вид, что этого не было. Было! И об этом знают они оба. Было, а значит, это нужно искупить, а не задвинуть на дальнюю полку.
   Это понимала и Майя. Он прав, она может быть не готова была сюда вернуться, но может, не была бы готова никогда. Только лишь тут, в месте, где все разрушилось, они должны начать строить снова.
   - Нет, - Дэррек склонил голову, принимая ее решение. - Не нужно ждать. Я не хочу ждать, - и снова, как когда-то, она обвила шею, привставая на носочки, чтобы дотянуться до любимых уст. Только он сам может заставить ее забыть. Хотя не заставить, а создать новые воспоминания.
   Дэррек подхватил жену, поднес к кровати, но не бросил, как когда-то, а бережно опустил на мягкое шелковое покрывало.
   - Где было больно? - в синих глазах на секунду возник страх, но она попыталась в тот же миг его заглушить.
   - Нигде, - настолько уверенное, насколько могла. Она не станет помогать ему, мучить себя. И правда давно простила, просто прощение не несет забытья, а жаль.
   - Значит везде, - он провел по молочной щеке, доказывая, что его прикосновения могут быть нежными, очень нежными. Спустился на плече, стягивая цветочную бретельку. И начал целовать там, где точно помнил, когда-то оставлял болезненные следы.
  
   При каждом поцелуе, Майя вздрагивала, сжималась всем телом, и заставляла себя расслабиться, это оказалось не так просто, как она себе представляла. Со страхом она ждала того момента, как почувствует покрывало спиной, тогда с паникой справиться будет слишком сложно.
   - Если не хочешь... - Дэррек на секунду оторвался от белой кожи, возвращаясь к глазам.