Ополченец (СИ)
Идти пришлось недолго. Обиталище градоначальника представляло собой солидный городской особняк, крупнее и основательнее, чем другие особняки вокруг. Над дверью красовался герб Поречья — зелёный щит, разделённый по диагонали волной. На фоне волны — черная стрела, над щитом — золотая корона, в левом верхнем углу — пушка.
В вестибюле вестник, запинаясь, предложил мне оставить оружие, прежде чем идти дальше. Я дал ему понять, что шутку оценил, и она очень смешная. Довольные друг другом, мы двинулись по коридору.
Внутри понимание, что это — не жилой дом, а административное здание, утвердилось окончательно. Помещение, в котором мы оказались, представляло собой этакий офисный опен-спейс: человек десять, не поднимая голов, корпели за столами над какой-то писаниной.
— Законы пишут? — не выдержав, спросил я.
— Разное пишут, — уклончиво отозвался вестник. — Прошу, наверх.
Мы поднялись по лестнице на второй этаж. Здесь народу было ощутимо меньше. Собственно, только градоначальник и его секретарь в приёмной. Который сразу, без доклада, распахнул перед нами дверь в святая святых.
— Наконец-то! — прорычал молодецким рыком градоначальник. — Тебя только за смертью посылать!
— Да я… — начал было оправдываться вестник.
Но градоначальник взмахом руки послал его по матерному адресу до такой степени явно, что парень просто исчез, только дверь хлопнула.
— Очень, очень рад знакомству! — Градоначальник выскочил из-за стола и подбежал ко мне Схватил за руку. — Я — Афанасий Афанасьевич Абрамов, весь к вашим услугам!
Был он на полголовы ниже меня, но в плечах — косая сажень. Этакий квадрат на ножках. И всё — сплошные мышцы. Лысая голова с роскошными пшеничного цвета усами дополняла образ.
— Владимир… Всеволодович, — сказал я, не без труда вспомнив выдуманное отчество.
И подумав попутно, что скоро надо будет какие-нибудь документы выправлять. Простые охотники над этим особо не заморачиваются. Но я-то — дворянин, как внезапно выяснилось. С градоначальником вот за руку здороваюсь.
— Изрядно наслышан о ваших подвигах! — Абрамов отпустил мою ладонь. — Вчера — разбойников победили, которых городская стража уж год поймать не могла. Сегодня — тракт от лягушек очистили.
— Ну, не то чтобы прям очистил… — скромно начал я.
Абрамов замахал руками.
— Помилуйте! Без вас и того не делалось! Я понимаю, что по-хорошему на них целым отрядом идти надо, мы с вас невозможного не просим. А это кто? Ученик ваш?
Я посмотрел на скромно притаившегося на заднем плане Захара и кивнул:
— Ученик, да. Верный оруженосец.
Захар сделал такую солидную физиономию, что я чуть не заржал.
— Вы, господин охотник, позвольте полюбопытствовать, надолго ли в наших краях? — Градоначальник начал подбираться к сути.
— Вообще, планировал сегодня домой ехать. Но вот с лягухами задержался, так что, наверное, уже завтра утром. А что такое?
— А домой — это в имение графа Давыдова? — Голос градоначальника стал вкрадчивым.
— Ну, — нахмурился я.
— Знаете, должно быть, что усадьба-то заложена?
— Слышал. Разберусь.
— Ох, нисколько не сомневаюсь, что разберётесь. Да только вот если кредиторы-то законный ход делу дать решат — тяжело вам придётся. Столько сил, столько денег улетит… А я бы мог, вы знаете, приструнить. Хотя бы временно. Да и проценты заморозить. Моё слово-то в городе — не последнее.
— Так. Очень интересно. — Я и правда заинтересовался. — И что же взамен?
— Да вы понимаете, у нас тут вурдалак завёлся на погосте. Может, даже и не один.
* * *
— Не понимаю, — сказал я, рассеянно мешая ложкой щи. — Я — охотник. Вурдалак — тварь, да ещё нажористая, на три кости. Зачем меня ещё дополнительно подогревать?
Мы таки пришли в харчевню, которую рекомендовал Захар. Парню в моей компании делалось всё интереснее. Ну, ещё бы. Теперь я, ко всему прочему, оказался наследником графа Давыдова. Охренеть не встать.
— Ну смотри! — с набитым ртом (Захар лопал пирог, прихлёбывая его щами). — Вурдалаков никто не любит. Опасные, заразы. А три кости — ну чего три кости? Проще десяток крыс прибить, те же три кости и вылетят. А вурдалак — ну чего тот вурдалак? Не шатайся ночью по погостам, он тебе и не навредит.
— А то, что они могилы разоряют, жрут там всякое? — приподнял я бровь.
— Мёртвым-то — всё равно, — философски заметил Захар. — Ну чего ты на меня смотришь? Ты спросил — я ответил. Не любит ваш брат вурдалака. Ты мне лучше скажи: помощь-то нужна?
Я пожал плечами:
— Чёрт его знает. Помощь, может, и не нужна, а вот от компании не откажусь.
— Про долю бы договориться, — сверкнули глаза у парня.
— Как работать будешь — так и заработаешь.
— Э-э-э!
— А не нравится — до свидания, один справлюсь.
Захар, конечно, попыхтел, но смирился. Чего я, собственно, и ожидал: сам по себе уже не отвалится. А парень, в целом, полезный. Полагаю, в Поречье все щели знает, таких людей надо держать поблизости. Но и палец таким в рот не клади, по плечо оттяпают.
Захар моё мнение немедленно подтвердил.
— Рекомендую взять амулет. Ранга твоего я не знаю, но, чую, пока ещё не Витязь. А значит, от вурдалачьего яда тебе Знаки не помогут. Вурдалачий яд тебя сперва убьёт, а после смерти в вурдалака же и превратит.
Н-да, перспективка. Если б Егор знал, в какой я блудняк без него вписываюсь, за голову бы схватился.
— И чё почём?
Захар отодвинул тарелку со щами и достал из одного из своих мешочков нужный амулет. Металлическая бляха, наподобие монеты, только больше, и с дырочкой под шнурок. Выгравированный знак я опознал моментально: Противоядие.
— Смотри, — заговорил Захар, оглядываясь, чтобы никто лишний не подслушал конфиденциальный охотничий разговор. — Этот — тоже много раз использовать можно. Сейчас он наполненный, его на шею надеваешь — и всё, забыл. Ежели поверх Доспехи поставить, так и вовсе хорошо. Доспехи вурдалак пробьёт, в горло вцепится, а тебе хоть бы хны! Но, правда, лишь один укус покроет, потом заново наполнять надо.
— Если меня вурдалак больше одного раза укусит — туда мне и дорога, — усмехнулся я. — Денег сколько?
— Нисколько, — вдруг заявил Захар.
Я, прищурившись, посмотрел на него.
— Возьмёшь на ночь, потом отдашь, — развернул парень свою мысль.
— С чего такая щедрость?
— По дружбе! — оскалился Захар. — Сам же говорил — как помогать буду, так и…
— Ясно, — вздохнул я. — Цену заряжай нормально, я куплю. Штука-то полезная, в хозяйстве всяко сгодится.
Захар, для виду помявшись, зарядил цену. Я его чуть ложкой не прибил, благо — деревянная была. После этого цена сделалась более демократичной.
Доедая обед, я с тоской думал о своих перспективах. Пока все мои заработки улетают на текучку. Ну пусть вопрос с одеждой и оружием я сегодня закрыл — хорошо. Но жрать что-то нужно каждый день. Всех этих, в усадьбе, кормить — тоже. Тварей вокруг, может, и полно, да только костей в них не бог весть сколько. Надо больше зарабатывать для начала. А потом надо заработанное как-то так хорошо вкладывать, чтобы оно само деньги приносило.
И вот тут Егор — однозначно плохой советчик. Насколько я понял, охотники — по жизни как перекати-поле. Что заработал — пропил, проел. Шмот и оружие подновил, да погнали на следующий заход. Романтика, спору нет. Вот только я предпочитаю романтику на фоне обеспеченных тылов.
И тут мне что Захар, что градоначальник очень даже пригодятся. Чую, дел впереди — вагон и маленькая тележка. Только для начала — грохнем вурдалака. А то чё он.
Глава 16
Безлунной ночью на погосте было темно и страшно. Захар держал масляный фонарь — сообразил, молодец. А я держал меч. Амулет, заряженный Противоядием, висел у меня на шее под одеждой.
— Ну чего. Пойдём, что ли? — нерешительно сказал Захар.
— Бздишь?
— Есть малёху. Но я с тобой — в огонь и в воду, не подведу.