Причина бессонных ночей (СИ)
А я дальше пойду. И никогда более не сяду играть во всякие там глупые игры...
Покинула комнату, уверенно преодолела коридор и вошла в ярко освещенную гостиную, где все тут же повернули ко мне головы и загудели, наперебой осыпая меня дурацкими вопросами:
— Как это было, Яна? Давай, колись...
— Тебе понравилось?
— А вы только целовались или...
— Нам нужны подробности!
— Он хорош?
— Тим умеет работать языком, Золотова?
Боже...
Я же только отмахнулась от всех, как от назойливых навозных мух, и уселась в свое кресло, закидывая ногу на ногу и позволяя себе наконец-то посмотреть на того, кто засунул мне свой язык в рот и облапал едва ли не с головы до ног.
Сволочь!
Один взгляд — и меня вынесло на раз. Будто бы током шарахнуло. И чертовые мурашки медленно, но неотступно поползли вдоль позвоночника. Уф, какая гадость...
А Тиму будто бы и плевать было на все движения. Он о чем-то лениво переговаривался с Летовым и хмуро поглядывал, но не на меня, а в свой телефон. Стойко делал вид, что Яны Золотовой нет в этой комнате и в этом мире, в принципе. И между нами только что не произошло ничего такого из ряда вон выходящего.
Скотина!
— Не было никакого поцелуя, — завила я громко, но при этом в упор глядя на хозяина квартиры.
Но по нулям. Даже Захар посмотрел на меня насмешливо, будто бы я сморозила чушь несусветную, а затем перевел вопросительный взгляд на своего друга. Но тот только продолжал флегматично с кем-то переписываться в сети, никак не реагируя на мои слова.
Подлец!
— Как это не было? — охнула Плаксина.
— Совсем не было? — заломила руки Хлебникова.
— Ну, почему же совсем? Все, на что меня хватило — это чмок в щеку.
— Щеку? — едва ли не хрюкнул Летов и заржал, да так громко, что половина компании покатилась со смеху.
А этому черноволосому упырю хоть бы хны. Глянул мельком на меня исподлобья, пожал плечами и снова утонул в своих архиважных делах. А я не отказала себе в удовольствии топить дальше.
Ну а чего, не оставлять же дело на полпути?
— Тим, на мое удивление, оказался умным мальчиком и понял, что совершенно не в моем вкусе, а потому не стал меня пытать. Вот мы и разошлись полюбовно.
— А зачем вы тогда уходили в другую комнату? — резонно спросил кто-то.
— Ага, еще и дверь закрыли...
— И не было вас уж больно долго...
— Пыталась все это время преодолеть тошноту, — подмигнув и с лучезарной улыбкой, ответила я на все эти глупые замечания.
И я бы еще болтала и болтала, подливая в этот вечный костер добрую порцию язвительного керосина, но меня нагло и беспардонно прервали. Тим заполировал меня пустым взглядом, скривился, словно бы моя болтовня его до ужаса утомила, а затем выдал:
— Так, ребзя, объявляю низкий старт. Каха — мой хороший друг приедет через пятнадцать минут. Он с парнями будет на двух тачках, так что до клуба сможет кого-то подкинуть. Остальные на такси — бомбил я уже вызвал.
— Ура! — завопил кто-то.
— Клуб! А-е!
Я же только закатила глаза от такого бурного энтузиазма, но выдохнула, радуясь, что наконец-то уеду из этих неприветливых стен.
Тут же вспыхнула бурная деятельность. Девчонки поправляли макияж, а парни заряжали себя оставшимся горячительным. Кто-то громко врубил музыку, подпевая любимой группе:
Я разобью твоё сердце, ты не успеешь опомниться.
Я разобью его так, что тебе это точно запомнится.
Ты же сама показала мне, где оно у тебя находится.
Тогда почему удивляешься то, что оно не заводится?
Я же только покорно ждала, когда эта вся вакханалия закончится, стоя у входной двери и сложив руки на груди. Мякиш обводила губы алой помадой, танцуя у зеркала, а вот Плаксина заглядывала в рот Летову и позорилась.
— Ну, Захар, ну, можно я поеду вместе с тобой.
— Рит, кончай косить под банный лист, — рявкнула я, приводя подругу в чувства, но та лишь отмахнулась от меня.
— Ну, пожалуйста...
Но парень только вяло кивнул Ритке, а у той перед глазами все их совместное будущее пробежало: свадьба, дети, смерть в один день и держась за руки. Дура!
— Топай, — услышала я голос сбоку и вздрогнула. Это Тим подошел ко мне почти вплотную и кивнул на входную дверь.
— Что?
— Никак корона прижала, принцесса? Малость оглохла? — поиграл он издевательски бровями, а я только фыркнула. Тоже мне, Петросян нашелся.
— Ты сам себя не бесишь, мальчик? — прищурилась я.
— Нет. Все силы бросил, чтобы выбесить тебя, детка. А теперь шевели отсюда своими ажурными чулками.
— Пф-ф-ф, — задрала я нос еще выше и наконец-то перешагнула порог. Сразу за мной поспешила Машка, Ритка и другие девчонки. Все оживленно и пьяно переговариваясь в лифте, а еще, снова дергая меня и требуя выдать правду, целовалась я все-таки с Тимом или нет.
Затем посыпались охи и вздохи, влажные девичьи мечты о том, что вот если бы они попали в темную комнату вместе с этим парнем, то уже просто так из нее бы не вышли, а урвали свой кусочек улетного женского счастья и парочку оргазмов.
— Меня сейчас вырвет, — скривилась я, а девчонки рассмеялись.
— Яна у нас любит только себя и не потерпит конкуренции, — ухахатывалась Хлебникова.
— Ей принца на белом коне подавай, а не какого-то там замшелого Тимофея, да, Золотова? — поддакивала ей Плаксина.
А я чуть с ума не спятила. И едва ли не перекрестилась счастливо, когда мы все гурьбой оказались на улице. Я целенаправленно села в одно из ожидающих нас такси, но уже спустя минуту практически уронила челюсть на пол, когда увидела, что Машка села в машину с Тимом, а Ритка с Захаром.
— Предательницы! — отвернулась я, чувствуя, что вечер продолжает все больше и больше походить на какой-то фильм ужасов, а не самую долгожданную вечеринку года.
Знала бы я, что это еще не конец...
Глава 5 — Кастрировать!
Яна
Машина, в которой мне посчастливилось ехать в клуб, набилась девчонками под завязку. А те, в свою очередь, допытали водителя до такой степени, что он сдался и все же включил им Тейлор Свифт и Майли Сайрус на репите. И начался хор резаных поросят, иначе и не скажешь.
Короче, я медленно сходила с ума.
Когда же злосчастное такси прибыло к крыльцу заведения под названием «Хутор Дэнс», то вся наша группа была уже в сборе. Машка и Ритка моментально и с фальшивым раскаянием в глазах подскочили ко мне, начиная, заламывая руки, рассказывать, как так вышло, что мы ехали не вместе. Я же только отмахнулась от этого вранья и, аки королевишна, пошла внутрь клуба, где нас уже ждал услужливый администратор. Он же выдал нам всем золотые браслеты и проводил не просто на танцпол, а в зону для почетных гостей клуба.
А я по сторонам украдкой крутила головой, потому что уже давно мечтала побывать в таком пафосном месте, которое по праву носило почетное звание одного из лучших ночных заведений столицы. Интерьер поражал: высокие потолки, арочные окна, винтажный декор в виде старинных зеркал и подсвечников, бархатная обивка мебели, а еще картины с сюжетами явно не для детских глаз.
— Господи, — прошла я мимо одной такой, таращась на то, как девушка наслаждается плотскими утехами сразу с тремя любовниками.
— Миксер мне в глаза, — приложила к вспыхнувшим щекам ладони Плаксина.
— Ой, девочки, надеюсь, наши родители никогда не узнают, что отпустили нас смотреть на такое непотребство, — покачала головой Хлебникова и нервно хохотнула, но тут же закатила глаза.
И вот мы на месте.
Верхняя площадка. Мягкие диваны. Собственное пространство для отвязных танцев, струящийся по полу дым и неоновые огни сразу же привели всех в неописуемый восторг. На полную катушку долбила танцевальная музыка, которая нехило раскачивала публику. Мало того, официанты уже накрыли стол на всю нашу огромную ораву, но с приличным запасом мест. И вскоре я поняла почему.
— О, это же Каха Царенов, девочки, — пискнул кто-то из одногруппниц, кивая в сторону высокого парня кавказской внешности, что прямо в эту минуту тепло приветствовал Захара и Тимофея.