Тмутараканский лекарь (СИ)
«Что им здесь нужно? Откуда эти русы могут знать о гробнице кагана Ибузира и как они очутились здесь?» — подумал он. — «А самое главное, как пластина кагана Ибузира оказалась у них? Ведь это она, и она существует. Эх, как же сейчас не хватает моего верного помощника Рустама. Он бы их живо надвое разрубил и помог бы мне с поисками».
Исхак сделал неосторожное движение и задел свой мешок с собранными недавно сокровищами. Золото в мешке приятно зазвенело, что привлекло внимание незнакомцев. Они увидели Исхака и стали что-то строго выговаривать ему.
И тут он снова заметил у одного из них кусочек пластины, которую он так долго искал. Яростно размахивая факелом и кинжалом, Исхак кинулся на противников. Они оказались не робкого десятка, хотя на воинов и не были особо похожи. Один из них, более мелкий ростом, выбил факел из руки хазарина, а второй так ударил его в челюсть, что Исхак грохнулся оземь и потерял сознание.
Когда он очнулся, в тайной комнате оставался только один рус. Он с каким-то нездоровым интересом рассматривал надписи на стене на тюркском языке. Из кармана его непривычных штанов торчала искомая золотая пластина. Исхак в темноте нащупал свой кинжал, улучил момент и ударил им в бок своего обидчика. Тот охнул и упал. Исхак хладнокровно забрал пластину (оказалось, всего лишь часть!) и сунулся было за второй частью, но испугался возвращения другого руса с подкреплением и ретировался в сокровищницу. Там он почувствовал непреодолимую усталость, и, привалившись к стене, уснул глубоким сном.
Исхак очнулся в кромешной темноте. Он не знал, сколько прошло времени. О происшедшем напоминала ноющая ушибленная нижняя челюсть и зажатая в руке часть золотой пластины. Наощупь он снова нашел необходимый камень и осторожно прокрался в потайную комнату сокровищницы. Там уже никого не было, лишь догорали факелы. Мешка с собранными им сокровищами тоже не было. Комната, в которой он очутился, казалось, не имела выхода. Однако, обходя ее по периметру, в один момент Исхак почувствовал легкое дуновение ветерка. Опытным взглядом он в кладке стены нашел камень, непохожий на другие, нажал на него, и на первый взгляд, сплошная стена раздвинулась. Хазарин увидел перед собой ступени, по которым он поднялся наверх и попал на свежий воздух. Оказалось, это был тайный вход в гробницу, ранее не замеченный им. Исхак обошел гробницу вокруг дважды, но ни загадочных русов, ни даже собственного привязанного ишака не обнаружил. Присмотревшись внимательно, он увидел следы от копыт и капли крови.
Исхак не знал, сколько прошло времени, как далеко успели уйти русы с сокровищами, и сколько их всего. Поэтому он двигался очень осторожно, крадучись, стараясь не потерять следы из виду. Вскоре хазарин увидел вдалеке преследуемых незнакомцев. Они остановились и чего-то или кого-то ожидали. Исхак ускорил шаг, намереваясь напасть на них с тыла. Однако его опередили. Внезапно на горизонте появились всадники, направляющиеся к преследуемым Исхаком расхитителям гробниц. Хазарин притаился за камнем и застыл в ожидании. Каково же было его разочарование, когда он убедился, что всадники оказались русами и забрали с собой тех двоих! Его добыча снова ускользала мимо него!
На несколько монет, которые Исхак предусмотрительно спрятал в маленький мешочек, в ближайшем селении он купил мула и в глубокой печали поспешил в Дербент. Там его встретил отошедший от болезни Рустам. Исхак поведал ему о своем приключении, а Рустам рассказал слухи об отступающем ослабленном русском войске. Узнав о том, насколько было потрепано воинство ненавистных русов, хазарин заметно приободрился. Вместе с Рустамом они придумали коварный план и нашли главаря местных разбойников. Они прошли в самые бедные районы Дербента и наткнулись среди глиняных обшарпанных лачуг на разбойничий патруль.
— Почему я должен оставить вам жизнь? — спросил пузатый главарь со сросшимися на переносице густыми бровями и кривыми зубами, когда к нему подвели двух друзей с мешками на головах.
— Мы поможем разбогатеть тебе и твоим людям, — ответил за двоих Исхак. — Вы смените эти развалины на достойное жилье, а ваши обноски на шелковые одежды. От вас требуется только вовремя нанести удар по неверным.
— Ты ведь для нас тоже неверный, — заметил главарь. — Почему бы мне не нанести удар прямо сейчас по тебе во славу Аллаха?
— Ты можешь убить меня и моего спутника, но не будешь этого делать, ведь ты человек умный. И понимаешь, что в этом случае вы не получите ничего, либо можете стать богатыми, если последуете нашим советам.
— А какая вам выгода с нашего обогащения, — спросил бандит, прищурившись. — Вы же это не по доброте душевной делаете?
— Проклятые русы разорили мой дом и дом моего друга в нескольких фарсангах отсюда. Они ранили мою престарелую мать, и теперь она при смерти. Кроме того, они украли фамильную реликвию — золотую пластину, передававшуюся у нас из поколения в поколение. Последнее желание моей матери — вернуть эту пластину и наказать обидчиков. Мы проведем вас к лагерю русов и вся добыча, полученная на них — ваша. Мы же просим только сохранить нам жизни и вернуть пластину моей несчастной матери. А в качестве задатка могу предложить вот что.
Исхак протянул на раскрытой ладони несколько самоцветов, которые он достал из своего мешочка. Главарь колебался недолго. Жажда наживы засияла в его глазах золотыми монетами. Вскоре по следам отступающего русского войска устремилась погоня. Она состояла из воров, разбойников и конокрадов из Дербента и окрестностей.
Исхак сделал расчет на милосердие русов и не просчитался. Сам-то он практически без сожаления бросил бы раненых, сильно замедляющих движение, и ехал бы, что есть сил, спасая обретенные сокровища. Однако, он предполагал, что русы так не поступят, и не ошибся. Уже через пару дней разбойники догнали и перегнали свою будущую добычу и устроили засаду в удобном для этого месте. У них было достаточно времени тщательно подготовиться к нападению.
В походах султана Махмуда Исхак видел, как искусно сражались газнийцы и как доблестно противостояли им индийцы. Но теперь ему довелось узреть, как яростно бьются за свою жизнь загнанные в угол русы. Такого отчаянного мужества он еще не видел. Возглавлявший русов молодой князь показывал пример в битве своим воинам, вдохновляя их на бой. Несмотря на почти трехкратное преимущество и внезапность нападения, разбойники не могли с легкостью взять лагерь раненых русов. В жаркой схватке погибло много нападавших, все же они, в отличие от русов, не были профессиональными воинами. Но большинство русичей было изранено и ослаблено, а потому тоже несли большие потери.
В самый разгар битвы Исхак начал пробираться к интересующему его мешку с сокровищами. С удовлетворением он заметил, как пал в бою ударивший его рус из гробницы. Пока и русы, и разбойники были увлечены битвой, Исхак нашел мешок, заколов пару охранявших его врагов, вскинул его на плечи и спешно ретировался. Пробираясь между сражающихся воинов, он оказался неподалеку от вождя русов. Исхак невольно залюбовался мастерством, с которым бился этот доблестный враг. Меч был продолжением его руки и сверкал как молния, отнимая одна за другой жизни наседающих на него разбойников. Это был настоящий танец смерти. Было заметно, что юноша упивался битвой. Однако, любование длилось недолго. Буквально до того момента, как сраженный стрелой упал дружинник, прикрывающий спину своего вождя. Исхак не смог удержаться, подкрался и рубанул наотмашь саблей по неприкрытой доспехом спине. Кровь ручьем заструилась по белой рубахе. Молодой воин устоял на ногах, но участь его уже была предрешена.
Исхак не знал, да и не мог знать, что этим своим одним ударом он не только делает сиротой и бастардом еще нерожденного Мстислава, друга Матвеева, но и пресекает на корню династию его деда, Тмутараканского князя Мстислава Владимировича. А если бы и знал, то несказанно обрадовался и поступил бы точно так же, как и теперь, ведь гибнущий по его вине молодой княжич был прямым потомком князя Святослава, разрушившего родину Исхака.