Волчий пастырь. Том 2 (СИ)

В отчаянии осознания только что совершенной Дженнифер глупости я даже обхватил руками голову. Зачем она самостоятельно, согласно вердикта императорского арбитра, решила отдать себя в Скаргейл, маркграфу Дракенсбергу. Ну вот зачем?! Подумала она вообще о том, что получается от этого и смерть Себастиана становится напрасной!? Он ведь только ради нее в Корпус пошел!
Богиня, ну почему так всегда все глупо происходит? Вроде работаешь, думаешь что всем миром правят боги и тайная ложа, а оглянуться не успеешь, и оказывается это не тайная ложа, а явная лажа! Дженнифер, ну вот зачем ты это сделала?
И что теперь делать, даже не представляю. Вернее, представляю, даже очень хорошо, но главный вопрос – как это делать?
– Племя изгоев? – послышался позади жизнерадостный голос.
Обернувшись, увидел широко улыбающегося Андрея Воронцова в компании с Марией д’Энтенса. Да, действительно, он верно подметил: вниманием нас не баловали – вокруг нашей группы образовалась словно зона отчуждения.
– Ты сейчас назвал изгоями все это вот полувысшее общество? – в тон Воронцову, на русском и с жутким акцентом ответил ему Кавендиш и широким жестом обвел вокруг, подразумевая остальных присутствующих.
Воронцов в ответ на это жизнерадостно расхохотался. Он, хотя и служил в гвардии претория, тоже был чужим в Семиградье – все же новогородец боярского рода, пусть и беглый. Общаясь с Кавендишем, он сделал комплемент Алисии и Нессе, дальше беседа потекла свободно. Меня спрашивали, я даже отвечал и участвовал в разговоре. Не совсем даже обращая внимание на то, что именно и кому говорю.
Как все, оказывается, было в этой жизни удивительно просто всего несколько часов назад!
Один танец мы пропустили, а следующим кругом, так получилось, я танцевал с Марией. Которая довольно мило со мной общалась, напрочь отойдя от своего дерзкого и резкого стиля боевой валькирии. Но при этом не отойдя от риторики – снова назвав меня «красавчиком», девушка явно намекала на возможность вернуться к вопросу нашего более близкого знакомства.
Я дежурно ей отвечал, на автомате шутил и парировал намеки. Не задумываясь даже о сказанном и о причинах такого мягкого, но при этом напористого флирта со стороны девушки. Действовал словно на автопилоте. Мария, же, продолжая легкий флирт, явно серьезно настроилась на развитие нашего знакомства. И даже то, что я прибыл на бал в компании Алисии ее, похоже, не сильно останавливало.
В ходе танца я по-прежнему дежурно лавировал в беседе набором заученных фраз, продолжая в процессе размышлять о поступке Дженнифер, который совершенно выбил меня из колеи. «Назло маме пусть мне голову напечет», как ходит поговорка в Бернгланде – иначе я и не могу объяснить логику ее поступка. Ну что ей стоило сделать небольшую паузу, выдохнуть и просто поговорить? Обязательно было с плеча рубить?
Если только… – вдруг появилась у меня догадка. Если только, как это последнее время все чаще бывает – взять случай с Алисией, не вмешался кто-то из богов, дав указание Дженнифер показательно устроить мне эмоциональный порыв и отдаться в руки своей фамилии. Тем более что: «Твоя дорога лежит на Север», – как недавно говорила мне Морриган. И такой дурацкий поступок Дженнифер может меня на эту дорогу откровенно подтолкнуть. Но на Север я так и так бы попал в ближайшее время – смерть Блайда нельзя оставлять просто так, да и Вальдера с адскими всадниками я туда отправил.
В пользу версии божественного вмешательства говорили все факты. Но неужели Дженнифер так умело смогла сыграть оскорбленные чувства и нелогичный порыв самопожертвования для того чтобы меня уязвить?
Танец между тем закончился, и мы вновь постепенно собрались компанией на прежнем месте.
– Ай! – от раздумий меня отвлек испуганный вскрик Марии.
Отпрянув от меня, она выругалась. Было от чего – Мария стояла частично мокрая почти с ног до головы, щедро облитая шампанским. Возвращаясь в реальность, я прокрутил в памяти картинки произошедшего. Так, ясно – Гаррет и Алисия, лавируя между другими парами, шли так быстро, что врезались в высочившего из-за колонны официанта с подносом, игристое вино с которого вылилось в основном на Марию.
 
Алисия, всплеснув руками и взволнованно рассыпаясь в извинениях, повела Марию в сторону дамской комнаты, Несса присоединилась к ним. Кавендиш, Гаррет и Воронцов подозвали еще одного официанта, ведя беседу. Причем Кавендиш и Гаррет все посматривали на меня, словно я мог решить проблему бегства Дженнифер щелчком пальца.
А как ее решить? Погнаться за мобилем Дома Лариан и устроить гонки в Семиградье, выкрав члена фамилии? Отличный план, за исполнение которого меня сходу в подвалы Конгрегации отправят, здесь не Равенна.
Я честно пытался придумать, как решить возникшую проблему. И придумывал даже, вот только варианты, которые приходили на ум… такие, конечно все, от плохих до очень плохих.
Чувствую, что они не порадуют никого – ни меня, ни Империю.
Впрочем, никто и не обещал, что будет легко.
  
Глава 20
 
– Пшли вон! – едва осмотревшись, коротко бросила Алисия и несколько юных дев из второго сословия торопливо покинули дамскую комнату.
– Сейчас, сейчас я все сделаю, подожди немного, сейчас я все уберу… – обратилась она уже совершенно иным, полным участия тоном к Марии, которая держала руки на отлете и с отвращением морщилась от ощущения мокрого и липнущего к платью тела.
– Карина, – обернулась Алисия к третьей зашедшей в помещение девушке с усиливающий татуировкой на щеке.
– Можешь называть меня Несса, – усмехнулась та, которую совсем недавно звали Карина фон дер Биллен.
По глазам девушки Алисия увидела, что Карина, она же Несса, уже все прекрасно поняла. Поняла не случайность столкновении Алисии и официанта. Несса поняла это в отличие от Марии д’Энтенса, которая терпеливо, не очень умело скрывая раздражение от произошедшего ждала, пока Алисия силой магии поможет ей очистить и высушить платье.
– Несса, здесь запрещено пользоваться силой, но если очень нужно, то можно, – заговорщицким тоном громко прошептала Алисия. – Посмотри пожалуйста, чтобы нас никто не потревожил.
Кивнув и понимающе усмехнувшись, Несса вышла из дамской комнаты и встала у двери, подперев ее. Алисия, с участливым выражением лица, подвела Марию к раковине, и вдруг схватив ее за шею, толкнула вперед, лицом прямо в зеркало. Зеркало оказалось крепким и не разбилось, но удар для Марии оказался ощутимым – из разбитого носа щедро брызнула кровь. Алисия в этот момент второй рукой схватила Марию и пустила через кончики пальцев поток силы. Для невладеющего подобное было настоящей пыткой – примерно такой, как касание электричества.
Мария, побелев как полотно от невыносимой боли, открыла рот в беззвучном крике. Алисия добавила поток силы, но слишком переборщила – истязаемая девушка захрипела, дернулась и потеряла сознание.
– Милая, а ты куда? – расстроенно поинтересовалась у бесчувственного тела Алисия. Грубо подняв Марию за волосы, Алисия завела ее голову в раковину и включила холодную воду. Подождав, пока к Марии вернется сознание, и придерживая ее на ногах, Алисия потянула девушку за волосы и несколько раз хлестнула пощечинами, приводя в чувства. Стараясь делать это аккуратно – чтобы капли воды и крови не попали на ее белоснежное платье.
– Очнулась? – жестко поинтересовалась Алисия, поймав взгляд Марии. И дождалась, пока приходящая в себя девушка сфокусируется на ней вниманием, воспоминанием и пониманием.
– Если ты еще раз попытаешься получить то, что тебе не принадлежит, я выжгу твой мозг и остаток жизни ты проведешь как растение, мыча и пуская слюни, – звенящим от злости голосом сообщила Алисия Марии. – Ты меня поняла?
Мария, сквозь боль возвращающейся чувствительности сверкнув черными глазами, со злостью и ненавистью посмотрела на беловолосую соперницу.
– Я не слышу, – спокойным тоном поинтересовалась Алисия.
– Поняла, – сдавленно, сдерживая ярость, ответила Мария.