Верховный жрец (СИ)

Об этом говорило то, что он вновь заинтересовался едой, теперь уже чуть ли не закатывая глаза от наслаждения от вишневого варенья. Впрочем, между подходам к пол-литровой банке лакомства, Дарен успевал серьезнеть.
— Я могу принять тебя, твой народ, в свою общину. Будете ловить рыбу, возделывать поля, выращивать животных, защищать селение, — сделал я Дарену приглашение.
— И я стану подчиняться тебе? Так где тут не рабство? — Дарен словил меня на несоответствиях.
И он был частично прав. Прав, потому что стать главным в моем селении ему не суждено, я этого не позволю. А частично потому, что я не собирался становиться деспотом, который будет убивать людей лишь в угоду настроения и развлечения. Но это лишь слова, кто в них поверит?
— Хорошо! Твой род будет жить, как и прежде. Вы даете своих воинов и все общение с другими племенами и родами через нас. Брать дань не стану, но торговать обязательно. Мы металл, вы нам рыбу. Ну а как захотите выращивать вот такие овощи… — я указал на картошку. — Как и многие другие, так пришлете своих людей на поля.
Дарен надолго задумался. Весь его вид говорил о том, что сейчас парень предался мыслительным процессам.
— Металл? — после продолжительной паузы спросил парень, вычленив основное.
— Вероятно, — уклончиво отвечал я.
— Я не уйду в леса, чтобы убивать охотников огневиков. Я пойду к тебе. Сейчас я вернусь в род, уговорю отца. Ждите нас, мы уйдем вглубь земель племени Рысей и заплатим за свое пребывание рыбой. Воинов у нас не много, что четыре звезды я приведу, все с луками и копьями, старшие воины все с топорами, — отвечал Дарен.
Вот и хорошо. У нас «плюс» и что еще более важнее так это то, что у врага — «минус». Первая победа еще не начавшейся войны. Ну а то, что со временем род Большой Рыбы может войти в экономическую, политическую, надеюсь, что и религиозную, систему племени Рысей, будет весьма полезно. Нужно лишь немножко доверия.
  
Глава 7
 
Глава 7
— По дороге с облаками, по дороге с облаками, очень весело когда мы возвращаемся домой… — напевал я песенку.
Хотя, скорее нужно было петь что-нибудь другое, например, песню Иванушек Интернешнл «Тучи», и Шевчуковский «Дождь», ибо облачка хмурились и грозили ливнем. И то, что к обеду польет и сильно, было понятно с самого утра. Но я решил не оставаться еще на один день у геологического разлома только потому, что будет дождик, который настигнет меня в дороге.
Герой, и ти е мать, нужно было остаться и переждать ливень! Такой Армагеддон начался, что и я, человек из будущего, знающий, что что-то там электрифицируется, из-за чего сверкает молния, и какие-то физические процессы вызывают гром, и то испугался. А местные… Карик при каждом ударе молнии падал на колени, а при громе взывал к богам. Снять бы такое на видео, да в Тик-Ток, ролик набрал бы немало просмотров.
— Я слышу тебя, Господь! — выкрикивал я, желая поддерживать свое реноме.
Такое, казалось, чудачество вызвало бурную реакцию у моего сопровождения и люди уже скоро стали вторить мне, взывая не к богам, а, нарушая свои привычные ментальные закладки, воздавали молитвы к Богу, единому, стоящему над всем сущим. Под нескончаемые раскаты грома, Карик и два его воина, читали «Отче наш».
— Вот так правильно, — сказал я, но был услышан лишь ливнем, а то, что слова дошли до «сверхсил», стало понятно, когда молния ударила в дерево, более остальных возвышающееся на холме, мимо которого мы проходили.
Наша небольшая группа из шести человек шла у самого обрыва, внизу которого была заболоченная местность с многочисленными озерцами, ручьями, с островками, заросшими кустами. Это место, словно искусственный инкубатор, целая фабрика, изобиловало птицей, скорее всего, рыбой, заметил я и бобровую семью. Возле селения мы имели выход к этому месту, но освоили лишь десятую часть такой вот «пищевой фабрики», сотворенной самой природой. И теперь я знал удобный подход к еще одному месту для набора продуктовых запасов на зиму.
 
Соль нам удалось добыть. Пусть я и понимал, насколько кустарно вышла добыча, но, что главное, — она состоялась. Я возвращался домой с полутора, или чуть больше, килограммами важнейшего ресурса. К сожалению, пока не смог придумать, что именно делать с вырытым колодцем, чтобы вода не уходила в землю. Вылили ведер десять подогретой воды, большая часть которой ушла вглубь. Но технологии еще будем совершенствовать, главное, что соль добывать можно и в немалых количествах. Немалых для нашего селения, вряд ли в промышленных объемах, чтобы еще и торговать.
Однако, теперь я буду выступать за масштабную охоту на туров, или зубров, не особо разбираюсь в их различии, а для местных все едино — быки. То стадо, что еще пасется в нескольких километрах от селения, придется прорядить и сильно. Запасов мяса, если удастся охота, хватит на любую осаду, если таковая случится.
Я оставил часть людей на месте разлома и загадал непрестанно добывать соль. И днем и ночью, пока не возникнет опасность и не обнаружатся чужаки. Если все выйдет добыча примерно так, как у меня, то я рассчитывал на килограмм двадцать соли, а это уже очень немало для селения, правда крайне недостаточно для племя. Впрочем, почему только я должен думать о благосостоянии всех Рысей? Пусть и Норей присылает своих подданных добывать соль, чтобы обеспечивать своих подданных, я делиться не намерен. Мы соорудили только два колодца, а можно таких конструкций создать и сто, быстро выработав всю соль, которая тут, у геологического разрыва, присутствует. Но, должны же быть еще похожие места.
Взяли и белой глины. Немного набрали, но для работы на неделю должно хватить. Впрочем, это же только в рамках эксперимента, чтобы понять, насколько лучше эта глина, чем та, что залегает в селении, буквально под ногами.
— Стой! — выкрикнули из кустов, когда до селения оставалось около двух километров. — Э-э-э… это… А! Тайные слова говори!
Опа! Пароли? Секреты? Это Никей так серьезно подходит к делу? Молодец, что прислушался к моим словам, хотя с паролями — это я несколько переборщил. Во время краткого разговора, поведал Вару и Никею систему постов, паролей, ответов, поведения воинов, парный состав караульных. Короче, очень фривольно, явно опошляя, я озвучивал в собственной интерпретации Устав, заучить который пришлось еще до принятия присяги.
Чуть позже я понял, что подобное не так, чтобы и нужно в современных реалиях. Ну какие, нахрен пароли, если каждого бойца знаешь в лицо? Или нужно? Можно же подкрасться к посту, спрятавшись в кустах. Ладно, пусть остаются, лишним подобное не будет, тем более, что соблюдение Устава — это еще и воспитание дисциплины и исполнительности. А куда в армии без дисциплины и выполнения приказов?
— Я Верховный жрец! — горделиво, выкатив грудь, сказал я.
— Э-э… Вижу, но… это… пароль! — воин расстарался, выслуживается, он, словно солдат из будущего, действовал по принципу: если не знаешь, как поступать, поступай по Уставу.
— Зови старшего! — тоном, теряющего терпение человека, сказал я.
— Нет его, он на охоте! — все так же растеряно отвечал воин.
И ничего не меняется в этом мире. Солдат служит, выполняет приказ, а командир развлекается. Может охота в этом мире и не развлечение, а способ выживания, но в данном случае, скорее всего, вот чую, что так и есть, — командир где-то отдыхает. Не удивлюсь, что тут не обошлось без женщин.
Наши вдовушки, которых в общине оказалось не так и мало, решили, видимо, что у них появился шанс получить лучший статус, но, главное — мужика. И дело не сексуальных хотелках, точнее, в них тоже, но не на главных позициях, а в том, что воин в мужьях — это и статус и сытость и гарантия того, что никто не возьмет силой. Тут нет понимания преступлений на сексуальной почве, если только женщина одинока. Поймал вдовушку у реки, схватил за космы, оттащил в кусты, чтобы не мешать селянам работать, совершил насилие и все… занимайся своими делами. И такие «ласки» далеко не каждой женщине понравятся даже в этом мире с упрощенными понятиями сексуальной распущенности.