Мифы воды. От кракена и «Летучего голландца» до реки Стикс и Атлантиды
Схожим образом устроен арабский мост Сират, тонкий, как волос или лезвие меча, пролегающий над огненной бездной; но этот судный мост, в отличие от Чинвата, ждет своего часа — по нему душам предстоит пройти, лишь когда наступит Судный день и праведники попадут в рай, где в реках текут кроме воды молоко, мед и райское вино; грешники и неверующие будут вечно гореть в преисподней.
Глава 3. МИФ О ВЕЛИКОМ ПОТОПЕ
КАТАКЛИЗМ В КОНЦЕ ВРЕМЕН
История о том, как за великие прегрешения или просто в силу особенностей своей капризной натуры боги наслали на людей вселенское наводнение, в котором выжили лишь избранные, встречается в мифологии разных народов так часто, что ее вполне можно назвать универсальным мифическим сюжетом или мотивом. Детали катастрофы, устроенной высшими силами, могут различаться, но суть остается неизменной. Каждый миф о потопе нуждается в особых пояснениях и комментариях с учетом культурного, исторического и географического контекста, но можно с уверенностью сказать одно: не существует материальных свидетельств катаклизма, который на самом деле затронул бы весь или почти весь мир в ту эпоху, которая теоретически могла бы сохраниться в памяти человечества. Но такие предания распространились по всему земному шару, и остается лишь предположить, что это случилось благодаря взаимодействию народов и передаче мифа из уст в уста. А подлинные катастрофы, скорее всего, носили локальный характер (хотя и могли повлечь за собой множество жертв и разрушений).
Великий потоп. Миниатюра из манускрипта начала XV в.
Музей Гетти, Лос-Анджелес
ЗИУСУДРА И ДРУГИЕ ПРЕДШЕСТВЕННИКИ НОЯ
В шумерском повествовании о потопе, которое было создано около 2900 года до н. э., в качестве главного героя предстает царь Зиусудра — последний из тех, кто властвовал до катаклизма. Таблички с повествованием сохранились не целиком, и отсутствующие фрагменты отчасти восстановлены на основе аналогичных более поздних текстов.
В сказании о потопе Зиусудра изображен благочестивым, смиренным владыкой и одновременно жрецом бога Энки (покровителя мудрости, пресных вод и подземного мира). Однажды, встав у некоей стены — вероятно, для молитвы, — царь услышал голос, который все комментаторы истолковывают как голос самого Энки. Бог сообщил своему жрецу, что на собрании небожителей при участии самого Энлиля — владыки ветра, воздуха, земли и бурь, а также главы шумерского пантеона — было принято решение «семя человечества уничтожить», устроив потоп. Царю Зиусудре удалось спастись, построив огромный корабль. Спустя семь дней и семь ночей он из этого корабля вышел, чтобы принести в жертву богам множество быков и овец. Ану (бог неба) и Энлиль смилостивились над выжившим, пообещали не причинять ему вреда и даже наделили бессмертием. В финале сказания о потопе говорится, что царя поселили в райской стране Дильмун, о которой подробнее рассказано в девятой главе.
Потоп. Гравюра Гюстава Доре. Ок. 1866 г.
The Holy Bible: Containing the Old and New Testaments, According to the Authorized Version. With illustrations by Gustave Doré. London, Paris, New York & Melbourne : Cassell and Company, Limited, n.d., [1886]
Зиусудра стал прототипом двух вавилонских героев: Атрахасиса, который также является протагонистом самостоятельного сказания о потопе, и Утнапишти, чья история — часть эпоса о Гильгамеше, один из его многочисленных и разнообразных фрагментов.
Сказание об Атрахасисе сохранилось намного лучше сказания о Зиусудре, в нем гораздо больше подробностей относительно того, как и почему случился потоп. Начинается оно с описания жребия богов и того, как те поделили между собой уделы: Ану получил небо, Энлиль — землю, а Энки — «засовы вод, врата Океана». Далее случился конфликт между верховными богами — Ануннаками — и великими богами — Игигами, на которых был возложен тяжкий труд по обустройству земли (в частности, они выкопали русла рек Тигр и Евфрат). Ануннаки решили создать человеческий род, чтобы переложить на него бремя Игигов. Но не прошло и двенадцати сотен лет, как люди расплодились:
Как дикий бык, ревут земли,
Бог встревожен громким шумом.
Энлиль слышит людской гомон,
Богам великим молвит слово:
«Шум человека меня донимает,
Спать невозможно в таком гаме!..»14
И вот так, из-за раздражительности Энлиля, начинаются попытки приструнить человечество. Сначала бог (или демон) смерти Намтар насылает на людей «мор, болезни, чуму и язву», но мудрейший Атрахасис, получив наставления от бога Энки, говорит людям о необходимости жертвоприношения Намтару, после которого тот вынужден сменить гнев на милость.
Через еще двенадцать сотен лет история повторяется: Энки, взбешенный тем, что людей стало не меньше, а больше, созывает новое собрание богов и приказывает богу дождя Ададу «запереть» ливни и подземные воды, чтобы людей погубила невиданная прежде засуха. В сказании довольно подробно описаны бедствия голодающего человечества, и своеобразной кульминацией становятся две короткие строчки:
Дочерей своих они съели,
Сыновей употребили в пищу.
Атрахасис долго умоляет Энки о помощи и в конце концов получает от него аналогичный совет: принести жертвоприношение Ададу. Бог, устыдившись, посылает росу на заре и дождь в ночи (вероятно, втайне от сородичей), и человечеству вновь удается избежать гибели.
Однако Энлиль не намерен смягчать свой вердикт, и вот понукаемые им боги клянутся устроить потоп. Возражает лишь Энки, но он не может выступить один против всех остальных Аннунаков. Ему остается лишь предупредить Атрахасиса, чтобы тот разрушил свой дом и построил корабль «Спасающий жизни» — достаточно крепкий, чтобы выдержать семидневное бедствие, и достаточно большой, чтобы можно было взять «жену, семью, родню, рабочих, тварей степных, травоядных и диких». Энки по просьбе Атрахасиса рисует схему корабля.
Мощь потопа, также описанного в подробностях, оказалась настолько ужасающей, что боги дрогнули и пожалели о своем решении уничтожить человечество. Спустя семь дней и ночей ураган и ливень превратили все в глину. Узнав о том, что Атрахасис и его близкие выжили, Энлиль сначала гневается, но после решает дать человечеству еще один шанс, только с условием, что «будет отныне иное людям»: праматерь Нинту должна сотворить «сторожей рожденья», а Пашину-демон будет жить среди людей, чтобы «вырвать младенца с колен роженицы». Иными словами, человечество уже не сможет так бесконтрольно размножаться, чтобы своим шумом вновь вывести Энлиля из себя.
***
Повествование об Утнапишти, который выжил во время Потопа, как уже было сказано, входит в эпос о Гильгамеше (таблица XI, строки 9–199). Оно также начинается с собрания богов, где те решают уничтожить человечество, и бог Эйа (Энки), решив спасти своего адепта, предупреждает его о предстоящем.
Шуриппакиец, сын Убар-Туту,
Снеси жилище, построй корабль,
Покинь изобилье, заботься о жизни,
Богатство презри, спасай свою душу!
На свой корабль погрузи все живое.
Тот корабль, который ты построишь,
Очертаньем да будет четырехуголен,