О бедном мажоре замолвите слово (СИ)
Слово за слово и — картина маслом. Ничего такого, на что действительно нужно тратить время работы уголовного розыска. Банальнейшая хулиганка. Впрочем, нам лишь нужно было без скандала доставить гуляк в заведение. Как просил Пушкарев — видать, тоже перестраховывался.
Стелла скривилась. Я видел, как у нее на лице промелькнуло несколько выражений, будто она маски примеряла. И выбирала с какой из них подходить к неадекватным представителям торгового сословия. Понятные раздумья, да только, как не выбирай, для этих пьяных скотов ты все равно останешься лишь красивой лялькой. И придется их бить.
В тот же момент в голове мелькнуло понимание, как нужно действовать, чтобы разобраться с делом быстро и чисто.
Шепнул ей:
— Светани «ксивой» и подыграй мне, лады?
Девушка задержалась на моем лице взглядом на целых пару секунд, после чего решила согласится. Я же быстро зашагал вперед, опережая напарницу примерно на метр. Так, чтобы выглядеть в паре главным.
— А я те грю, псина! — дебошир продолжал орать на полицейского, не обращая на нас никакого внимания. — Ищи работу новую! Я этого так не оставлю, ты во Владике больше даже охранником не устроишься!
— Фамилия! — рявкнул я, а Стелла за плечом продемонстрировала «волшебное» удостоверение и и скороговоркой выпалила: «Капитан Андрющенко, уголовный розыск!»
По отдельности бы это не сработало. А вот произнесенное чуть ли не одновременно, произвело эффект разорвавшейся бомбы. В смысле, после того, как утих шум взрыва и осела поднятая земля.
— Салтыков, — словно загипнотизированный ответил скандалист, не отводя от меня стеклянного взгляда.
— Мещанин?
— Купец! — вот тут он в себя начал приходить. И плевать, что разницы никакой, что по закону, что по жизни. Но голосок снова вверх пошёл. — А кто собственно?..
— Михаил Юрьевич Шувалов, — представился я.
Про дворянский род добавлять не стал — не совсем же дебил, сам сложит одно с другим. Не, ну а чего? Иметь княжескую фамилию и не пользоваться ей, а только огребать?
Дал время его одурманенным спиртовыми парами мозгам осмыслить сказанное. Купец был просто обязан знать все знатные фамилии, даже если он в сопли. Без этого нормальный бизнес не построить.
Всего несколько секунд, и это произошло. Черт, да он, кажется, трезветь начал!
— Ваша светло…
— Без чинов! — оборвал его я. — Второй кто?
— Варламов! — тут же подскочил со своего места другой здоровяк. Соображал он быстрее, да и пример недавнего противника впечатлил. — Сергей Владиле…
— Плевать, — этому я тоже на дал закончить. — Милейший?
Последняя фраза относилась к управляющему, который тут же, каким-то скользящим шагом приблизился ко мне с правой стороны. И даже что-то вроде поклона изобразил. Не полного, а дежурного. Узнал.
— Ваша светлость?
— Какова сумма ущерба ресторану господина Колычева, хорошего друга нашей семьи?
Наверняка же Мишин батя с ним знаком, да? Так что я и не врал почти.
— Триста семьдесят шесть тысяч, ваша светлость.
Вот жучара! У него что, эти столы из последних деревьев на планете сделаны? Ладно, впрочем. Не моё дело. Есть желание, пусть потом Колычев сам бодается с купцами. Мне их отсюда просто увести надо и в обезьянник доставить.
— То есть, по сто восемьдесят восемь тысяч с носа? — произвел я несложные вычисления. — Принесите господам Салтыкову и Варламову письменные принадлежности, пусть напишут расписку о возмещении ущерба. После чего…
Я сделал паузу, переводя немигающий взгляд с одного дебошира на другого, отчего те вдруг начали потеть и шумно сглатывать. А потом вообще дыхание задержали. А я закончил:
— После чего они проедут с патрульными полицейскими в ближайшее отделение, где на них составят протокол об административном… — это слово я особо выделил, — правонарушении.
Они так шумно выдохнули, что меня обдало настоящей волной перегара.
— Если, конечно, у господина Колычева, не будет претензий. Вопросы, пожелания, другое?
— Благодарим за доброту, ваша светлость! — тут же выдал Варламов.
Формально, если прямо по закону, у дворян, даже князей, не было никакого права вершить суд над другими сословиями — в империи с этим строго. Но если с другой стороны смотреть — что будет с купцами, от сотрудничества с которыми отвернуться все дворяне? А они отвернуться, стоит только шепнуть в нужных кругах пару слов.
Да, я лично этого сделать не мог, но они-то этого не знали. А потому благодарили искренне и от души. А деньги… Ну что деньги? Хорошо гульнули, по-русски, на всю катушку. Зато какие воспоминания!
Андрющенко, которая всю эту сцену дисциплинированно стояла за моей спиной, поняла, что шоу пора заканчивать.
— Сержант, этих двоих в отделение, мне утром полный доклад о их поведении. Можно устный, — И уже обернувшись ко мне, совсем другим голосом, да еще и с улыбочкой такой характерной. — Михаил Юрьевич, раз мы здесь закончили, угостите даму ужином?
Вот же хитрая рыжая лиса! Я прямо восхитился, насколько мастерски она разыграла финал. И на пэпээс перевалила всю оставшуюся работу, и им же показала, что с кем-то из Шуваловых крутит. Короче, талантище!
— Конечно, Стелла, — ну, так-то она свою часть нашего молчаливого уговора выполнила. Моя очередь. — Милейший, у вас еще остались целые столы в заведении?
— Не извольте беспокоится, ваша светлость! Прошу за мной, в Зеленый зал!
Лишь отойдя от задержанных купцов на достаточно расстояние, Стелла скинула маску светской львицы и буквально повисла на моей руке, задыхаясь от смеха.
— Ой, мамочки, я не могу! — задушено шептала она. — Девчонкам расскажу — не поверят! Это ж надо такое устроить!
— Обращайся! — великодушно махнул я свободной рукой.
— Правда? — продолжая хихикать, прижалась ко мне девушка. — А я буду! Ох, Михаил! Как же нам в отделе не хватало такого, как ты!
Глава 11
Зелёный зал практически не отличался от того, в котором купцы устроили погром. За исключением размера — он был значительно больше. Ну и ряда незначительных отличий в дизайне имелись. В частности, цветовых решений, которые позволили бы называть его «зелёным». В остальном же, концепция роскоши и помпезности сохранялась и здесь. Фирменный стиль, фигли!
Половина столиков была занята посетителями. На нас никто даже не взглянул — все были заняты своими делами. Бегло просканировав зал тренированным взглядом, я не обнаружил никаких признаков того, что наш со Cтеллой спонтанный романтический ужин может быть прерван кем-то из гостей. Люди все приличные, как выразился бы мой реципиент — низший слой высшего общества. И трезвые, что важно!
Тихая музыка в исполнении живого мини-оркестра в дальнем углу зала, мерный, едва уловимый шум, складывающийся из десятков приглушенных разговоров, шагов официантов и звяканья посуды, в общем, ничего не указывало на то, что в соседнем зале два парня недавно ломали столы.
Надо сказать, что особым джентльменом я в прошлой жизни не был. Нет, правила приличия соблюдал, конечно, какие-то знания об этикете имелись и вообще, Питер — культурная столица! Но в целом относил себя, скорее, к людям простым.
А тут словно бы память тела проснулась! Совершенно естественным движением помог Стелле снять плащ, таким же автоматическим жестом сунул его подскочившему официанту, и пока тот уносил нашу верхнюю одежду, «закончил па», отодвинув стул для своей спутницы. К моменту, когда второй официант возник около нашего столика, я уже и сам сидел. Слегка офигевший от этих танцев.
— Добрый вечер, господа, — молодой человек в зеленой жилетке искренней улыбкой продемонстрировал, насколько рад нас видеть. — Меня зовут Олег, и на сегодня я буду вашим официантом. Ознакомитесь с меню или уже знаете, что закажете?
И на меня посмотрел со значением. Будто знал. Что, кстати, возможно — это Миша Шувалов обслуживающий персонал не запоминал, а те его — наверняка. Ладно, будем соответствовать!