Спаси меня

Ладно, потом разберемся. Пока «Убер» резво катил по Северному Лондону, перепрыгивая через лежачих полицейских, Марго пыталась вообразить идеальную собаку: милую, чтобы можно было выставлять в Инстаграме [1], желательно пушистую, не тяжелую и обязательно хорошо воспитанную. Описанию лучше всего соответствовал кокапу. Они съехали с магистрали А41 и остановились перед длинным одноэтажным строением.
– Я отличная хозяйка для собаки, – тихонько пробормотала Марго и вышла из такси, приготовившись к встрече с собакой своей мечты.
Они вошли в неказистую приемную – у благотворительной организации нет лишних денег на мягкие диваны или даже на пару ведер краски, чтобы освежить никотиново-желтые стены. Тем не менее ожидавшая их девушка в форме волонтера приветливо улыбнулась и радостно сказала:
– Меня зовут Софи. Спасибо, что решили взять собаку из приюта.
Несмотря на оранжевые дреды и татуировки, Софи производила впечатление серьезной и деловитой особы, и Марго побоялась сказать, что ищет собаку, подходящую для Инстаграма. Или способную заполнить пустоту в сердце, оставленную бросившими ее мужчинами и вероломством Перси.
Софи открыла дверь, и в ноздри ударил запах мочи, а в ушах зазвенело от громкого лая. Это оказалось гораздо страшнее, чем представляла Марго. Ее воображение рисовало что-то более душевное, чем эта… собачья тюрьма.
Собак держали в небольших вольерах, скорее даже клетках, с жестким каменным полом и бьющими в глаза лампами дневного света. Неудивительно, что они прыгали и бросались на решетки, отчаянно пытаясь привлечь внимание проходивших мимо людей.
– Многие животные плохо переносят приют, – пояснила Софи. – Особенно те, что раньше жили в семье. Они не понимают, в чем провинились и почему оказались здесь.
– Это очень грустно, – отозвалась Марго.
Несмотря на то что она пришла за самой милой собачкой, Марго жалела всех, мимо кого проходила. Пару минут она растроганно стояла над пожилым французским бульдогом, громко сопевшим ей в руку. Трейси оттянула ее в сторону.
– Эта порода выродилась, у них масса проблем со здоровьем. У наших соседей французик. Бедняжка даже воду пьет с трудом.
Трейси наградила поникшую Марго суровым взглядом.
– Надо быть практичной, Маргс, счета за ветклиники тебя разорят.
Марго не заметила в вольерах ни одного кокапу, в основном их занимали стаффордширские бультерьеры. Эта порода в ее планы не входила. Она не любила кого-то осуждать, но, когда в газетах сообщалось о кровавом нападении, виновником почти всегда оказывалась собака, похожая на бультерьера, а питомцы приюта определенно на нее бросались.
– Им просто не хватает общения, – сказала Софи, однако Марго в этом сомневалась. – Я знаю, что о них всякое пишут, а на самом деле стаффы – одна из трех пород, которые Клуб собаководов особенно рекомендует семьям с детьми.
– Неужели? – недоверчиво переспросила Марго.
– Ага. Как ни странно, больше людей обращается за помощью после укусов лабрадора, чем стаффа, – ответила Софи, но это прозвучало не слишком убедительно.
Они дошли до конца коридора. Многие собаки, мимо которых прошла Марго, затронули струны ее души, но ни одна не похитила сердце.
В последнем вольере никого не было, и все-таки Марго задержала взгляд на табличке с данными.
Имя: Флора
Возраст: около трех лет
Порода: стаффордширский бультерьер
Примечания: Подобрана на улице и не востребована из муниципального приюта. Нервничает в присутствии мужчин. Чрезвычайно мотивирована на еду. Не уживается с кошками. Флора просто хочет быть любимой!
– О господи, Марго, – прошептала Трейси, – она твоя сестра по духу.
Марго приложила руку к груди, чтобы проверить, на месте ли сердце, ибо существовала реальная вероятность, что оно украдено.
– А эта…
Не успела она спросить, где же Флора, как вдруг поняла, что в клетке кто-то есть. В самом дальнем углу лежала небольшая белая собака, дрожащая, как осиновый лист.
 
Марго опустилась на корточки и протянула руку.
– Привет, – ласково сказала она. – Не хочешь подойти поздороваться?
Перси уже вцепился бы в руку зубами и когтями, а Флора едва подняла голову.
– Какая же ты прелесть, – нежно проворковала Марго.
Собака медленно встала и на дрожащих лапах подошла ближе.
– Замечательная, чудесная девочка.
У Флоры были большие карие глаза, как будто аккуратно подведенные черной тушью. Не отрывая взгляда от Марго, она подошла вплотную к решетке и лизнула протянутую руку.
Марго погладила собаку по щеке, а та потерлась о прутья, отчаянно стараясь подобраться как можно ближе к ней. Марго не хотела стаффордширского бультерьера. Она не верила, что это лучшая порода для семьи, их нельзя назвать пушистыми и практически невозможно носить на руках. Но Флора смотрела на нее бездонными карими глазами, и Марго подумала, что небольшая прогулка никому не повредит и ни к чему не обяжет. Просто размять ноги.
– Я умываю руки, – нахмурилась Трейси. – Только помни, никаких поспешных решений.
– Конечно, – согласилась Марго.
Софи пристегнула к ошейнику поводок.
Во время «прогона сквозь строй» Флора выглядела очень напуганной. Увидев, что кого-то ведут гулять, ее сородичи залаяли громче прежнего, и бедная собака все время норовила спрятаться за Марго, тычась мордой в ноги.
Приют стоял на опушке леса, и как только лай смолк, Флора спокойно пошла рядом, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть на Марго своими мультяшными глазами. У нее была хорошо развитая грудная клетка, бочкообразное туловище и короткие кривоватые ножки, слишком худые по сравнению с мощным телом. Теперь Марго рассмотрела, что собака не полностью белая: морда белая, а макушка и уши – палевые. Спина – тоже палевая, с белыми пятнами, одно из которых в форме Италии, и хвост – палевый, а кончик как будто окунули в ведро с белой краской.
Только теперь она заметила плачевное состояние собаки: проплешины на боках и торчащие ребра.
– Бедняжка, как ты дошла до такой жизни? – сочувственно спросила Марго.
Собака не ответила. Она послушно трусила рядом, пока Марго не села на поваленное дерево. Флора устроилась у нее в ногах и положила морду на колени, чтобы не терять ее из виду. Точно до конца своих дней хотела смотреть только на Марго и ни на кого больше. На нее уже сто лет никто так не смотрел.
Чувство было взаимным. Марго тоже не могла оторвать взгляда от прелестной мордашки в форме сердца и блестящих темных глаз.
Боже правый! Все эти свидания, все эти мужчины! Сколько лет она пыталась найти кого-нибудь, кто не побоится ее любить, несмотря на противоречивый и сложный характер. Ни разу за все это время у нее не дрогнуло сердце, не пришло понимание, что это и есть пресловутая вторая половинка. Честно, ни разу. До сегодняшнего дня.
Марго чуть не плакала, а сердце выскакивало из груди. Ей хотелось прижать Флору к себе, осыпать поцелуями и защитить от всех бед.
Марго не считала себя знатоком, но подозревала, что это и есть любовь с первого взгляда.
– Флора – моя собака, – сказала она Софи и Трейси, вернувшись с прогулки. – Мы созданы друг для друга.
– Флора действительно заслуживает любви, – сказала Софи, потрепав собаку за ушами. – Она станет совсем другой, когда привыкнет и почувствует себя в безопасности. Пойдемте оформлять документы?
– Ты хорошо подумала? – спросила Трейси. – Мы ведь договорились, что ты не будешь принимать скоропалительных решений.
– Я хочу эту собаку, – энергично закивала Марго. – Пойдемте, заполним бумаги, а на следующей неделе я ее заберу.
– А сейчас вы не можете ее забрать? – спросила Софи, когда Флора, бросив последний растерянный взгляд на Марго, вновь вернулась в ненавистную клетку.
– Я правда не могу, – прерывающимся голосом объясняла Марго директору Центра Белинде. – Я же сказала, когда вы проверяли жилищные условия, что завтра уезжаю по работе. В воскресенье утром приеду за ней прямо из аэропорта.