Нимфоманка
— Пусть сам с ним и разбирается, чурка! — буркнул Иван.
— Нет, Ваня, не выйдет. Он предлагает такой вариант: весь воровской мир объявит войну Белову. Каждый блатной, встретив Севера, будет обязан сообщить о нем своему пахану или убить, если сможет. Но активный розыск парня должны организовать мы. И заявить во всеуслышание: Белова намерен ликвидировать именно Столетник!
— Почему это? — возмутился Иван.
— Иначе Нодар отказывается верить, что его родню истребил не я. Он грозится натравить на меня всех грузинских воров в законе, если я не соглашусь. А ты знаешь — грузин среди нас, высших авторитетов, почти половина…
— Да… — вздохнул Иван. — «Лаврушников» действительно много. Войну мы выдержали бы, и может, даже выиграли, но вот бойкот нас погубит.
— Скажи, Ваня, мне еще раз: Север действительно так опасен, как ты рассказывал?
— Ручаюсь! — уверенно кивнул Иван.
— Что ж… — произнес Столетник, размышляя. — Придется рисковать. Но искать Белова надо. Помнишь историю нашего покойного друга Жабы? С похищенной коллекцией монет? Ведь ты послал человека в тот город, и тот погиб. Похоже, его пристрелил сам Жаба. Какая кликуха-то была у человека?
— Урод. За излишнюю смазливость, — напомнил Иван.
— Ага, Урод. Толей его звали, кажется… Он же успел доложить, что менты задерживали там Белова, но почему-то отпустили. И Белов якобы отбыл оттуда неизвестно куда. Однако сдается мне, Север провел в том городишке больше времени…
— Почему, шеф?
— На квартире, где взяли Жабу, нашли еще троих убитых американцев. Знаешь, как они там оказались? Мне мои коллеги с Брайтона сообщили, что те парни хотели купить коллекцию у Жабы и везли ему деньги — несколько миллионов долларов наличными. Эти баксы исчезли, менты их не обнаружили. Значит, кто-то обул американцев раньше, чем они встретились с Жабой, иначе деньги были бы у него. Кто мог обуть троих профессионалов, да еще так чисто, под самым носом у «смотрящего»? Ответь мне.
— Только Север! — решительно заявил Иван.
— Вот-вот, и мне так кажется. Съезди-ка ты сам, Ваня, в этот городишко. Поспрошай наших людей — может, Белов все-таки оставил следы… После смерти Жабы город полностью перешел под мой контроль, и принимать тебя там будут по-царски.
— Сделаю, шеф! — заверил Иван.
83
Иван вернулся через несколько дней. Все это время Столетник ждал его с таким нетерпением, что даже отменил еженощные визиты проституток. Не до секса стало Федору — голова была занята другим.
Едва посланец приехал, Столетник потащил его в свой кабинет.
— Рассказывай! — потребовал вор. — Удалось что-нибудь узнать, или Белов опять ускользнул от нас бесследно?
— Кое-что удалось, — гордо начал Иван. — Во-первых: задержан Север был опером железнодорожного отделения Василием Лобановым по наводке Васиного друга, оперативника из Москвы. На следующий день москвич приезжал к Лобанову, но Белова не опознал. Зубцовские штучки…
— Откуда это известно? — поинтересовался Столетник.
— У ребят есть свой стукачок в железнодорожном отделении — некий Тимур Пашаев. Он все и разнюхал. Правда, Лобанов ему сказал, что сам посадил Севера с Милкой на электричку и они уехали…
— Дальше! — поторопил Столетник примолкшего, выдерживающего эффектную паузу Ивана.
— Но я, конечно, исходил из предположения, что Лобанов врет, — продолжал Иван. — И задался вопросом: а как Север узнал о коллекции? Ведь Жаба, оказывается, скрывал ее даже от самых близких своих помощников. В курсе был, видимо, только некий Розовский, хозяин фирмы, которая служила Жабе официальным прикрытием и отмывала деньги. Этот Розовский, судя по всему, и должен был передать коллекцию американцам. Он ждал их у себя на квартире. Но вышло так, что о коллекции каким-то образом прознал наш друг Урод и решил ее украсть. Толик звонил вам тогда, спрашивал разрешения, помните? Вы разрешили, но с условием, чтобы Жаба не прознал, что ограбил его ваш человек. Для выполнения этого условия Уроду потребовался напарник. И вот тут на сцене появляется знакомый нам гопник Рыло! — Иван опять сделал эффектную паузу.
— А это откуда известно? — нервно спросил Столетник.
— Мне его описали служащие самого лучшего в том городе борделя, а потом еще наши люди — бывшие «быки» Жабы. Ночью накануне ареста и трагической гибели славного Жабы Толик позвонил содержателю борделя и приказал принять и обслужить по высшему классу двух его друзей. Причем бесплатно. Подозреваю, что одним из этих друзей был сам загримированный Толик, а вторым — как раз Рыло. Тоже сначала загримированный. Они заказали одну проститутку, лучшую девочку заведения, Деллу…
— Одну на двоих? — заинтересовался Столетник.
— Именно! — торжественно подтвердил Иван. — Эта девочка любила работать одна с несколькими! Стиль Алой Розы…
— Невероятно… — пробормотал Столетник. — Неужели Белов отправил жену блядовать? Он же обожал ее… Нет, не верю!
— А вы послушайте дальше, шеф! — возбужденно воскликнул Иван. — Через некоторое время в публичный дом ворвались бойцы Жабы и вытащили из номера Деллы нашего Рыло. Только был дорогой гопничек почему-то уже один, без Урода. И без грима. Зато имелся у него чемоданчик-кейс, металлический, который сразу схватил Жаба. С этим кейсом «смотрящий» тут же умчался куда-то, а своим людям велел отвезти в свой особняк гопника и проститутку. Потом, мол, сам с ними разберется. А те, идиоты, толком не обыскали его и не связали — подумаешь, сявка! А Рыло вытащил из сапога револьвер и пострелял трех болванов разом.
— Как пострелял? — удивился Столетник. — Ведь ты сказал, что они сами тебе это рассказывали?!
— Да, сами. Револьвер был заряжен капсулами с парализующим составом. Парни вроде как окоченели, но видеть все происходящее могли. Рыло выбросил их из салона и рванул следом за второй машиной, в которой везли Деллу. Ему удалось из захваченного автомата расстрелять и других трех «быков», а девку похитить. Куда он направился потом? Мы знаем из газет и телевизора, что его труп нашли в квартире Розовского, в которой брали Жабу. Наверно, гопник решил все же захватить коллекцию, о которой он, я не сомневаюсь, рассказал Делле…
— Про коллекцию он узнал, конечно, от Урода, — уверенно сказал Столетник.
— От Урода, откуда же еще! Видите ли, шеф… Всякие штучки с разного рода ядами как раз любил использовать Толик. Это он дал Рылу тот револьвер. По всей вероятности, они заперли Деллу в номере, тайком выбрались из борделя и отправились грабить. Девка нужна была Уроду для алиби, а сам Рыло — чтобы предъявить его Жабе как единственного виновника кражи коллекции. Поэтому Толик и всучил Рылу такой яд, который парализует, но дает возможность видеть происходящее. Кстати, только видеть, а не слышать. Уроду нужно было, чтобы Розовский мог засвидетельствовать — грабил его один Рыло. А гопник был уверен, что яд в револьвере убивает. И решил завладеть коллекцией единолично, для чего стрельнул Толика. Утащив чемодан, он вернулся в публичный дом за Деллой.
— На что она ему сдалась?
— Все говорят, девка безумно красива и сексуальна. Просто головы кружит… Видать, втрескался гопничек. Он же потом ради нее еще и жизнью рисковал. Убить трех Жабиных «быков», бывших спецназовцев, не шуточки.
— Логично, — согласился Столетник. Продолжай.
— Видимо, Рыло догадался, что Жаба с чемоданом отправился обратно к Розовскому. Захватив Деллу, гопничек кинулся туда, где и нарвался на пулю. А проститутка сбежала. После чего состоялось ограбление американцев. Деллочка — единственная, кто мог знать о них. После ограбления она исчезла. Больше никто про нее ничего не слышал, в публичном доме девка с тех пор не появлялась. Выходит, если предположить, что обул брайтонцев Север, то Делла и Алая Роза — одно лицо.
— Не может быть! — воскликнул Столетник. — Я людей знаю. Не мог Белов отправить жену на панель! Не тот человек!
— Однако факты — упрямая вещь. Стиль работы Деллы и Милки идентичен. Сомневаться не приходится — это она.