Нимфоманка

Глаза ментов заблестели жадным блеском.
— Деньги я с вас возьму чисто символические! — продолжала подливать масла в огонь Мила.
— Нас пятеро… — предупредил омоновец.
— Ага, я вижу. Таким хорошим мальчикам по разочку дать надо. Самой хочется. Вы же тут убийц ловите! А ты, дорогой, — она подтолкнула Севера к машине, — тоже не теряй времени. Вернешься — я твои деньги тебе отработаю. Я девочка порядочная.
  
— Действительно, езжай, парень, — сказал гаишник, у которого от желания уже сводило скулы. — Что ей с тобой болтаться? Пусть заработает девка побольше, жалко тебе?
Север сел за руль. Он понимал — жена фактически спасла его. Только что-то тошно от такого спасения…
Трупы он сбросил в болото. Трясина, чавкнув, приняла мертвецов. Север постоял, подождал, пока их всосет окончательно, потом перекрестился перед импровизированной могилой. Вспомнив, чем сейчас занимается Мила, он почти позавидовал убитым…
Возвращаясь обратно, он тормознул джип у поста ГАИ. Гаишник подвел к машине Милу, галантно помог ей сесть.
— Ох, сладка девка! — подмигнул мент Белову. — Завидую я тебе, парень: у тебя она сегодня еще впереди. Глянь на нее: пятерых мужиков утрахала, а выглядит — персик персиком! Счастливо поразвлечься! — Он захлопнул дверцу автомобиля.
— Довольна? — спросил Север, отъезжая.
— Нормально… — пробормотала она. — Говорила, возьми меня с собой. Видишь — выкрутились.
— И даже гондоны прихватила! — усмехнулся Белов.
— Все мое ношу с собой, — меланхолично произнесла Мила. — Да не злись ты. Люблю-то я все равно только тебя.
— От такой любви порой сдохнуть хочется…
Мила промолчала. На некоторое время в машине повисла тишина. Минут через десять Север бросил взгляд на жену. Она тихо плакала.
  
78
 
— Предупреждал я вас, шеф: не надо связываться с этим колдуном! — чуть не плакал Володя накануне встречи Костыля с Беловым. — Конечно, он не пришел на «стрелку», он одиночка. Но я ведь всех своих ребят потерял. Какие ребята были! А теперь он и меня убьет!
— Боишься, Вовик?! — шипел Костыль. — Бойся, бойся… Шаман узнал про меня все. Тоже мог убить. Но почему-то не стал. Ладно, завтра я выясню, что ему нужно. Кажется, он не собирается воевать дальше.
— А я, я? — ныл Вовик. — Я даже не знаю, куда мне податься… он наверняка все мои адреса знает…
— Да уж наверняка! — усмехнулся Костыль. — Знаешь, узнав некоторые подробности работы Шамана, я начинаю верить в колдовство. Шаман нигде не оставил никаких следов — будто и не человек вовсе. Его никто не смог описать, даже приблизительно — ни швейцар из «Астории», с которым он довольно долго разговаривал и даже каким-то хитрым приемом заставил простоять неподвижно, ничего не видя и не слыша, десять минут; ни метрдотель, которого он до смерти напугал; ни охрана, ни посетители. Даже мент, которого он оглушил на рынке, не может вспомнить его внешности. Фантом какой-то, а не человек. Жуть…
— Вот я и говорю — колдун! — хныкал Володя. — Куда мне теперь деваться?! Куда бежать?!
— Сегодня можешь переночевать у меня, — разрешил Костыль. — Это более или менее безопасно: Шаман обещал меня не трогать до переговоров. А завтра постараюсь выторговать твою жизнь…
Володя прочувствованно благодарил, а Виталий Павлович думал: дурак ты, скульптор. «Бык» и есть «бык». Если завтра Шаман потребует жизнь бригадира, Костыль отдаст ему парня с потрохами — в знак искренности своих намерений. А не потребует — что ж, пусть живет Вова. Рядовым бойцом.
И вот сейчас Костыль сидел за столом офиса фирмы «Шаман» напротив изящного, вежливого молодого человека — директора-распорядителя фирмы и ее номинального владельца. Молодой человек говорил от лица истинного хозяина секс-конторы — Шамана — и поэтому употреблял местоимение «мы».
— Вы поймите нас правильно, Виталий Павлович! — толковал Север. — Меньше всего мы хотим воевать. Шаман — человек суровый, профессиональный убийца, но вообще-то его интересует только одно: благополучие его сестры Астры. Они близнецы и, по-моему, любовники. По крайней мере, очень привязаны друг к другу. Наше предприятие Шаман организовал не ради денег — денег у него немеряно. Он пошел на это, только чтобы Астра могла ходить по мужикам. Шлюха она, между нами говоря. Нимфоманка, мазохистка, извращенка. А братец ей в этом потакает.
— Он не боится, что сестренка подцепит дурную болезнь? — усмехнулся Костыль.
— Эта парочка болезней вообще не боится. Одно слово — колдуны. Их ничто не берет. Страшные люди…
— Ладно, каковы условия Шамана?
— Его условия могут показаться вам странными, но вы не удивляйтесь. Шаман — человек парадоксов. Итак, первое: мы платим вам за «крышу» сколько положено — цены Шаман знает. Вы, со своей стороны, во внутренние дела фирмы не вмешиваетесь. Наши девочки работают так, как решил Шаман: то есть имеют только одного клиента за ночь, да и то не всякого, не участвуют в «субботниках», «прописках» и прочих подобных вещах. «Субботничать» готова Астра. Добровольно.
— Ого! — удивился Костыль.
— Да, да, она ведь извращенка. Но это детали. Теперь главное. В случае нарушения клиентами условий работы девочек, например, в случае группового изнасилования кого-нибудь из них, вы должны обеспечить примерное наказание виновных. На то вы и «крыша». Вот, собственно, и все. Теперь ваше слово.
— А если девочку обидят мои же ребята?
— За их дисциплину отвечаете вы. Иначе на сцене сразу же появится сам Шаман.
— Ясно. Дисциплину обеспечу. Но, знаете ли, конфликтовать из-за вас с другими крупными группировками мне очень не хотелось бы…
— Надавите своим авторитетом. Весь город должен знать: девочки фирмы «Шаман» надежно защищены.
— Что ж, подходит…
— По рукам! — Они обменялись рукопожатием.
— Тогда возьмите первый взнос, — Север протянул Костылю пачку денег. Тот взял, пересчитал и даже удивился: сумма была больше той, которую он собирался запросить.
— Еще у Шамана есть личное пожелание, — продолжал Север. — Пусть бригадиром нашего района останется Володя. Его здесь все знают, а главное — он знаком с Шаманом…
— Понял. Сделаю, — коротко отозвался Костыль. — Что еще?
— Вроде все…
— Тогда я тоже хочу предложить кое-что. Сведите меня с Шаманом. При моем опыте и его боевых качествах мы весь город возьмем…
— Боюсь, ничего не выйдет. Как ни странно это звучит, но Шаман не любит крови…
Север действительно не хотел лишней крови, не хотел лишний раз привлекать внимание к своей фирме. Он хотел лишь одного: перестать ежедневно бояться за жизнь Милы. А свяжешься с блатными вплотную — на горизонте обязательно замаячит Столетник со своей местью, грузины… Попробуем жить тихо.
— Вы все же передайте Шаману мое предложение, — попросил Костыль.
— Я обязательно передам. Но в его отказе я практически уверен.
— Жаль… — посетовал Виталий Павлович, уходя.
  
79
 
После заключения договора с Костылем фирма «Шаман» заработала на всю катушку. Девочки, вышколенные Беловым до уровня светских дам, пользовались бешеным успехом: их приглашали украсить собой почти любой праздник, презентацию, какую-нибудь заметную тусовку. Иметь дело с проститутками от «Шамана» теперь считалось даже престижным среди местных «новых русских». Поэтому, несмотря на крайне высокие цены, фирма всегда имела клиентов и процветала.
Мила работала «субботники» и вообще ублажала любителей групповухи. Ее уже знали почти все городские бандиты, и когда звонили, то прямо просили прислать Астру. Север скрепя сердце отвозил ее на очередные развлечения, дожидался в машине, привозил назад. Ему было муторно и гадко. Он почти потерял надежду на то, что Милу удастся когда-нибудь вылечить. Болезнь прогрессировала. Но Север по-прежнему мучительно любил жену и не представлял своей жизни без нее. Пусть хоть такая, но будет рядом. А что самому погано… потерпим, на то мы и мужики.