Нимфоманка

Дожидаясь проститутку, уголовники выпили еще.
— Пожалуй, я сниму маскарад! — сказал Рыло, избавляясь от парика и бороды. — А то еще помешает в интимном деле!
Урод обалдел. Да это же тот ублюдок, за которым его сюда направили! Вот повезло!
Вошла Мила — это она работала здесь под именем Делла. Рыло выпучил глаза — так поразила его красота девушки. Он не узнал ее — кроме своих, Милу вообще теперь никто не узнавал, — но тотчас бешено возжелал. Подобные же чувства испытывал и Урод, однако сказал:
  
— Зря пялишься, братан. Поехали.
— Куда это?! — возмутился Рыло. — От такой красавицы?!
— Поехали, поехали! — повторил Стрелянов жестче. — По дороге объясню. А к Деллочке мы еще вернемся. Обещаю. Ты, Деллочка, из комнаты ни ногой. Поняла?
Мила тоже сначала не узнала Рыло — для нее все клиенты были совершенно безлики. Но, услышав слова Урода, удивилась и осмотрела мужиков внимательнее… Уходя, Толик вытащил торчащий в двери ключ, вставил его снаружи и запер девушку.
На улицу подельники вылезли через окно в коридоре первого этажа, что весьма поразило Рыло, замок решетки Толик открыл отмычкой.
— Чего случилось-то? — спросил гопник Урода.
— Сделаем дело прямо сейчас! — объявил Толик. — Возьмем только рыжье, оно самое дорогое там, антикварное. Монеты. Миллионы долларов стоят. Закончим — и сразу в Москву. Там есть кому продать.
Вот какой план придумал Стрелянов. У дурака-бизнесмена он решил взять действительно только коллекцию и отвезти ее вместе с Рылом Столетнику. Если Жаба станет слишком уж интересоваться, кто ограбил его опекаемого, выдать ему Рыло как единственного виновника ограбления. Точнее, выдать его труп. Только надо, чтобы ограбленный обязательно остался жив и смог опознать гопника. А самого Урода не смог…
— Вроде решили завтра? — не отставал Рыло. — От девочки смотались как чумные…
— Пойми, — принялся втолковывать Урод. — Девочка — наше алиби. Если загрудают — мы всю ночь провели у шлюхи. Она подтвердит. А за монетами в любой момент могут приехать покупатели из Америки, я только что вспомнил… Надо спешить. А к шлюхе потом вернемся.
— Ты думаешь, девка подтвердит наше алиби?
— Мы ее очень попросим. Ну, сам понимаешь… — усмехнулся Толик. — Бляди что хочешь подтвердят…
— Лады, — буркнул Рыло. На алиби ему было по известным причинам наплевать, но очень хотелось сделать дело побыстрее. Он уже разобрался, какие широкие возможности открывает новое общество человеку с деньгами, кто бы он ни был — хоть сто раз убийца и подонок. Собственно, такие и находились сейчас наверху общественной пирамиды. А этот фраерок только что обмолвился — монеты, за которыми они идут, стоят миллионы баксов. Фраерок подписал себе приговор, подумал гопник. Кому продать монеты, Рыло, пожалуй, решит сам…
До квартиры бизнесмена они добрались пешком.
— Угонять машину нет необходимости, если мы берем только коллекцию, — объяснил Урод. — А вот уходить будем на машине, на моей. Она здесь, через два двора от нужного нам дома.
— Как будем действовать? — спросил Рыло.
— У меня все инструменты в машине, — сообщил Толик. — Сейчас подойдем — все поймешь.
Дело Урод продумал тщательно. Он всегда возил с собой мелкокалиберный револьвер, стрелявший капсулами с отравляющими веществами. Урод имел несколько комплектов подобных капсул, заряженных ядами различного действия. Сегодня он собирался использовать состав, временно парализующий человека, но сохранявший жертве сознание и способность видеть происходящее вокруг. Однако Рылу Стрелянов решил сказать совершенно другое.
— Функции мы разделим, — инструктировал Урод подельника, стоя возле машины. — Мои задачи — отключить сигнализацию и отпереть дверь. Ключи к замкам я давно подобрал. А ты, братан, возьми револьвер, — он протянул оружие Рылу. — Стреляет пушечка тихо, не громче, чем ладошками хлопнуть. Заряжен быстродействующим ядом…
— Почему не пулями? — спросил Рыло недовольно.
— Этот яд, — снисходительно пояснил Урод, — полностью растворяется в крови покойника. Через сутки его ни одна экспертиза не обнаружит.
Такой яд у Толика действительно был, да вот ствол он сегодня зарядил другим препаратом.
— Ладно, понял, болтай дальше, — буркнул Рыло.
— Дальше так. Чемодан с коллекцией этот придурок все время держит при себе. Чемодан — металлический кейс с кодовыми замками. Можно сказать, переносной сейф. На месте его не откроешь, придется тащить с собой. Чемодан пристегнут к своему хозяину наручником. Или он пристегивает его к ножкам стола, кровати, чего попало. Сечешь?
— Короче? — опять буркнул Рыло.
Сведения о кейсе Урод получил от той же «выездной секретарши». Трахаясь с предпринимателем, хитрая девка углядела кейс, пристегнутый к ножке койки. Услышав утром разговор дельца с Жабой, проститутка легко все сопоставила. Зачем она занималась подобными исследованиями, шлюха и сама не знала. Какое ей дело до проблем клиента? Да никакого. Просто любопытство.
— Короче! — разозлился Урод. — Короче, я отключаю сигнализацию, отпираю замки и звоню. Хозяин подходит к двери, пытается разглядеть, кто там, но свет в подъезде мы вырубим. Ни хрена не увидев, он начнет спрашивать. Мы молчим. Он спрашивает. Тут я толкаю дверь — она уже открыта, ты помнишь, — перестреливаю цепочку, — Толик показал Рылу пистолет с глушителем, — и распахиваю дверь настежь. Ты стоишь в отдалении и, как только дверь распахивается, стреляешь. Хозяин наверняка вооружен, так что смотри! Замешкаешься — он тебя самого завалит!
— Не учи отца баб брюхатить! — оборвал его Рыло. — Дальше!
— Дальше… — сдерживая злость, продолжал Урод. — Дальше ты входишь в квартиру, находишь кейс — его нетрудно будет найти, — и мы сваливаем. Все понял или повторить?
— Повторять ты будешь палку девке. Пошли.
Раздраженный донельзя пренебрежительным тоном подельника, Толик все же был весьма обрадован. Он думал, Рыло начнет выяснять, почему убивать хозяина предстоит именно ему, станет возражать, спорить, отказываться. Но гопник и ухом не повел. Урода это очень устраивало. Стрелянов не догадывался, что такой вариант больше всего устраивает и самого Рыло. Только по другим причинам.
— Покажи, как работает пушка! — потребовал гопник.
— Не умеешь? — осклабился блатной. — Смотри, чурка, все очень просто. Сбрасываешь предохранитель. Дальше просто давишь спусковой крючок. Бьет самовзводом. Усвоил?
— Угу. Пошли наконец.
— Маскарад-то сними, а то еще помешает целиться, — посоветовал Толик, указывая на парик и рыжую бороду Рыла, снова нацепленные им при выходе из борделя.
— Точно! — согласился тот. — Узнавать меня потом все равно некому будет! — гопник снял камуфляж и бросил его в машину.
…С сигнализацией Урод справился быстро и бесшумно. Затем взялся за замки, предварительно залив их машинным маслом из масленки, чтобы не скрипели.
— Чего ждешь? — прошептал он Рылу, закончив. — Давай вывинчивай лампочку! Да шевелись, черт!
Гопник не заставил себя ждать. Уголовники некоторое время постояли молча, привыкая к темноте.
— Ну, готов? — спросил Толик. — Поехали! — Он надавил кнопку звонка. Изнутри послышалась резкая заливистая трель.
…Бизнесмена, нынешнего держателя коллекции золотых антикварных монет, звали Эльдар Маркович Розовский. Вот уже вторые сутки Розовский буквально не находил себе места — не мог ни есть, ни спать, а пить спиртное Жаба ему запретил. Мучения Эльдара продолжались, как ему казалось, уже целую вечность — с тех пор, как он узнал, что находится в проклятом чемоданчике.
Дело в том, что коллекция монет была краденой. Украли ее из музея, и контрразведка буквально по пятам шла за ворами, почти настигла, но обнаружила только их трупы на глухой лесной дороге. Воров расстреляли в упор из автомата системы «шмайссер» производства гитлеровской Германии. Автомат валялся рядом с убитыми. Отпечатков пальцев на нем не было. Определить, откуда он выплыл, возможным не представлялось…