Нимфоманка

— Испаскудилась Россия. Исподлилась, — вздохнул Север. — Все пытаемся Западом стать…
— Федор, — представился мужик. — Да что мы на улице разговариваем? Айда в хату! Есть сало домашнее, мировой закусон!
— …По нам, хоть год ночуй, если человек хороший, — толковали новые знакомцы часа через три. — И денег не надо — у тебя небось последние, А то давай к нам — мы строители…
  
— Спасибо, подумаю. Попробую еще поискать работу по специальности. Я автомеханик.
…Засыпая, Север вспоминал Алую Розу. Она волновала его. «Пусть я ее совсем не знаю, — думал Белов, — но девушка, способная так тонко, так сильно выразить танцем душевную боль — и не только свою, а душевную боль миллионов проданных, растоптанных, замордованных русских баб, — не может быть сволочью». Более того — она и Север наверняка чувствуют жизнь одинаково.
Иначе почему Белов сразу же понял, сердцем принял сложную, вычурную символику ее движений, ее сценического образа? «Буду ходить в этот кабак каждый день, — решил Север. — Пока не кончатся деньги».
  
5
 
…Рука официанта коснулась плеча. Север вздрогнул.
— Молодой человек! — тихо сказал халдей. — Вы уже третий день подряд приходите сюда, каждый раз страшно тратитесь и так пожираете глазами Алую Розу, что она даже смущается. Мой вам совет — сделайте девушке подарок. Она будет рада.
Север кивнул.
…Танец кончился. Зал взорвался аплодисментами. Север вскочил, кинулся за сцену, дорогой прихватил огромный букет роз, торопливо расплатился и успел-таки поймать девушку у самой двери костюмерной. Стоявшие рядом охранники напряглись, но, увидев цветы, обмякли.
— Розы для Розы! — воскликнул Белов, вручая букет.
Девчонка, обернутая лишь пледом, смущенно улыбнулась, выпростала руку и приняла подарок.
— Спасибо! — Она подняла глаза. — Где вы сидите? Впрочем, я знаю…
Север все же объяснил. Роза кивнула.
— А теперь извините, мне надо одеться. — Она обошла его.
Минут через десять официант принес Белову записку. Листок распространял легкий аромат восхитительных духов. Север развернул послание.
«Незнакомый рыцарь, благодарю вас! Мне почему-то никогда не дарят цветов, только шампанское. Так что ваше внимание вдвойне приятно. Похоже, вы первый увидели во мне женщину, а не просто раздевающуюся самку. Я сразу же заметила ваш взгляд из зала — он не такой, как другие. Очень хотелось бы познакомиться с вами поближе, но, увы, я себе не принадлежу. Есть ли у вас деньги? Буду счастлива, если есть и мы сможем побыть вместе. Поговорите с официантом.
P.S. А меня зовут Мила. Не Роза».
«Откровенно, — подумал Север, дочитав. — Значит, она проститутка. Что ж… Каждому овощу — свой фрукт. Разберемся».
Проститутками Белов брезговал. После катастрофы он не имел дела ни с одной женщиной. А Мила казалась ему живым воплощением Великой Любви, трудно было поверить в порочность этой девчонки… Север подозвал официанта.
— Сколько стоит ночь с Милой?
— С Милой? — не сразу понял халдей. — А, с Розой… Странно, клиентам она никогда не говорит своего имени. Видно, девочка особо вас выделила. Но ее такса от этого меньше не становится. А такса — дай Бог.
— Сколько? — нетерпеливо спросил Север.
— Тысяча долларов! — четко отрапортовал официант.
— Согласен. Договоритесь там…
Халдей ушел, но вскоре вернулся смущенный.
— Понимаете… Хозяин говорит, сегодня Роза уже занята… Я не знал…
— Плачу вдвое! — выкрикнул Белов. — Двойную таксу! Передайте хозяину!
Официант снова ушел. Теперь его не было довольно долго, и вернулся он вместе с высоким, подтянутым молодым человеком, одетым неброско, но дорого.
— Оставь нас, Григорий! — распорядился тот, подсаживаясь к Белову. Халдей удалился.
— Олег! — представился парень. — Имею счастье владеть данным богоугодным заведением.
— Север! — отозвался Белов. — Без определенных занятий.
Олег понимающе усмехнулся.
— Итак, — перешел он к делу. — Вы непременно хотите провести нынешнюю ночь с нашей Алой Розой…
— Не только я, — перебил Север. — Она сама дала мне понять, что тоже этого хочет. И я плачу вдвое! — добавил он.
— Понимаете ли… — Олег замялся. — Роза у нас на особом положении. Она имеет право выбора клиентов и выбрала вас. Что касается меня, то ваше предложение заплатить двойную таксу мне очень нравится. Бизнес есть бизнес. Но… могут возникнуть сложности…
— Какого рода? — поинтересовался Белов.
— Видите трех молодых людей во-он за тем столиком? — ресторатор указал глазами. Север посмотрел. Парни были рослые, дубленые, хищные. Встретив таких вечером, пожалуй, испугаешься.
— Вижу. И что? — Север недобро улыбнулся, вспоминая драку в гараже.
— Это постоянные клиенты Розы. Ребята горячие, платить больше вас они откажутся, но отступиться не отступятся. Мальчики весьма настроены заняться любовью сегодня. Боюсь, вам придется плохо. Роза им сильно нравится…
— Как?! — изумился Север. — Они собираются втроем ее одну?..
— А вы не в курсе? — усмехнулся Олег. — Роза — нимфоманка. Причем исключительных постельных качеств. Ее любовь не забывается никогда. Она способна трахаться целыми сутками, готова удовлетворять нескольких партнеров одновременно и позволяет творить над собой что угодно, кроме откровенного садизма. Еще Роза каким-то чудесным образом не может заболеть, а соответственно, заразить. Медицински подтвержденный факт, хотя звучит фантастично. Крайне ценное свойство для дамы ее профессии, не находите? Поэтому она так дорого стоит. Поэтому идет нарасхват, имеет массу клиентов — обычно ее берут в складчину самые отпетые бандиты — и, кажется, по-своему счастлива.
— Сегодняшние парни — тоже бандиты? — спросил Север.
— Да. Они из бригады Рашида. «Дикие» рэкетиры. Рашид на меня наезжал когда-то, но моя «крыша» оказалась мощнее. Он предпочел мир. И все же я стараюсь его не злить. Подобные личности стреляют прежде, чем думают. «Отморозки»…
Север представил себе хрупкое тело Милы в лапах трех «отмороженных» горилл. Белова передернуло. Да будь девка сорок раз нимфоманкой!..
— Может, мне самому удастся убедить мальчиков отменить их мероприятие? — поинтересовался он.
— Драки не боитесь? — жестко спросил Олег.
— Пять дней назад я крепко восьмерых здоровенных джигитов, вооруженных монтировками… — задумчиво произнес Север.
— Правда? — Олег взглянул заинтересованно. — И все же подумайте. Эти ребята очень опасны. Свои стволы они, конечно, сдали при входе, но сами мужики тренированные… здорово тренированные. Я каратист, «черный пояс», первый дан, однако связываться с ними не рискнул бы…
— Мне нужна Мила! — сказал Север твердо.
— Она назвалась настоящим именем?! — удивленно воскликнул Олег. — Тогда это серьезно… Знаете, попробую помочь вам! Готовы заплатить еще, чтобы парни отстали?
— Готов.
— Тогда пойду поговорю с ними. Может, они согласятся взять деньги…
Олег вернулся через несколько минут.
— Не нравится мне это, — покачал он головой, присаживаясь. — Ребята вроде согласны, но предлагают вам выйти в туалет. Там, мол, и договоритесь. Боюсь, вас просто изобьют и ограбят.
— Посмотрим, — бросил Север, вставая.
— Будьте осторожны! — предупредил вдогонку Олег.
…Сортир был просторным, пустым, гулким. Север закурил. Свое умение драться он обнаружил лишь недавно, схватившись с джигитами из гаража, и никак не мог вспомнить, насколько оно велико. Впрочем, Белов не мог вспомнить вообще ничего о своей прежней жизни.
Но страха Север сейчас не испытывал. Пусть даже изуродуют, убьют. Мила казалась ему таким призом, борясь за который и сдохнуть не жалко. К тому же окружающая жизнь выглядела столь омерзительно подлой, циничной, лживой, столь далекой от любых принципов справедливости, что смерть почти не пугала. Хотелось жить одним днем. А сегодняшний день станет мертвым без Милы… кем бы там она ни была.
  
Громилы ввалились разом. Их тупые лица угрожающе хмурились. Все парни были выше Белова, хотя Север не жаловался на свой рост. Превосходили они его и мощью телосложения, и шириной плеч. Действительно гориллы.