Личный враг адептки (СИ)

— На счет доброго я бы поспорил, ну да ладно. Пришел напомнить тебе о нашем уговоре.
Уговор. Черт… Точно.
Я не вовремя вспоминаю, что об этом-то Брайна не предупредила. Дурацкое условие Криса, совершенно не вписывающееся ни в одно логичное объяснение, может здорово подпортить мне встречу с любимым. Но ладно, это ничего — в конце концов, Брайн никогда не отличался особой вспыльчивостью. Он меня выслушает, а если понадобится, заставлю Майлкерта самого ему все объяснить.
— Эй, у тебя и память как у птички? Чего молчишь?
— Я помню, — раздраженно отвечаю, и снова делаю глубокий вдох, — может, все же скажешь, зачем тебе это?
— Не могу. Но скоро ты сама все узнаешь.
— Насколько скоро?
Крис кривовато улыбается, отталкиваясь от стены, и идя прямо на меня. Останавливается в полуметре, прищуриваясь — и задает совершенно неожиданный вопрос:
— Ты что, губы чем-то намазала?
Я раздражением я сжимаю тронутые помадой губы, и сдерживаю порыв тут же все стереть. Редко пользуюсь косметикой, а от замечания почувствовала себя и вовсе глупо.
— Не твое дело.
Крис приподнимает брови. Затем осматривает меня с головы до ног, даже немного обходит по дуге, и теперь мне хочется не просто смыть макияж, но и укрыться с головы до ног в покрывало.
— Милое платье. Это все что, для Козявки?
— Розявка! — рявкаю так, что несколько адептов оборачиваются на мой крик, — клянусь, Майлкерт, если еще раз ты назовешь так Брайна, нашему соглашению конец!
— Ладно-ладно! — Крис примирительно поднимает ладони вверх, а я думаю о том, какой же он высокомерный гад, — я вообще-то хотел сказать только, что тебе идет. Непривычно, но… Хорошо. Ладно, до встречи!
Майлкерт в своей манере делает салютует, делает резкий разворот и скрывается за поворотом. А я беспомощно сжимаю кулаки посреди коридора, отчаянно борясь с приятным теплом в груди, расползающимся от его слов.
Гад ведь… Но приятный.
Когда сам того хочет.
  
Глава 16
 
Крис
— Сколько нам ехать?
Тина подпрыгивает в неудобной карете, все время выглядывая в окно, и минимум раз в час задавая этот вопрос. Честно говоря, ее нетерпеливость раздражала, но эти короткие разговоры были единственным способом отвлечься.
— Еще несколько часов. Так не терпится встретиться со своим… Кхм.
Она резко оборачивается, стреляя глазами, и я тут же исправляю готовую выскочить фразу:
— …Женихом?
Тина удовлетворительно склоняет голову, а затем снова отворачивается к окну. Кажется. И впрямь спешит к этому Козявке. Нервничает, все собирает в кулак оборки порядком измятого платья, и тут же выпускает, рассеянно расправляя складки. Вырядилась для него, и едет вся как на иголках, будто чего-то боится.
Это он должен бояться.
Я сам не замечаю, как ход моих мыслей утекает совсем не в то направление, но уставший мозг рад отвлечься от проблем, и потому с радостью обмусоливает хотя бы это. Я еще раз окидываю взглядом свою Пару — в этом платье и с прямой спиной, изящно наклоненной к окну головой она действительно напоминала дрожащую на ветру тонкую Птичку, полностью оправдывая свое прозвище. Боящуюся чего-то, но все такую же гордую, неполоманную, и я думаю о том парне, о ком сейчас она тоскует.
Он заслуживает ее?
Заслуживает вот этих эмоций, страхов, переживаний?
Я не знал его, но почему-то не мог сопоставить рядом с Колибри сейчас кого-то, кто действительно стоит подобного, а потому машу рукой на ее глупость, и почему-то надеюсь, что по приезду ей не сделают больно. Не то, что мне есть до этого какое-то дело — но мы ведь Пара, и ее эмоциональность точно отразится на нашей силе.
Ведь так?
— Долго еще? — снова судорожно вдыхает Тина, отворачиваясь от окна, и я с тоской понимаю, что по мере приближения вопросы становятся чаще.
— От того, что ты постоянно дергаешься, быстрее не приедем. Хочешь заняться чем-то?
— Чем это?
Она с подозрением окидывает меня взглядом, словно беззвучно интересуясь, чем это можно заняться тут, в замкнутом пространстве, с тобой? Я закатываю глаза, и придвигаюсь поближе.
 
— Например, можно пока потренироваться изображать мою невесту. Что скажешь?
— Что я не побоюсь замкнутого пространства и шарахну тебя сейчас бластером, гаденыш.
Сам не знаю, почему мой смех выходит таким удовлетворенным и радостным. Может, потому, что чего-то подобного от Колибри я и ожидал? И она не разочаровала — вон как сверкает глазами, буквально обещая убить если я только попробую к ней прикоснуться.
— Спокойнее, Птичка. Я про вопросы, которые нам могут задать. Например, как давно мы вместе, или почему решили пожениться, или вот…
Я нарочно долго копошусь, а затем как-бы невзначай вытаскивая белую квадратную коробочку. Открываю — и наблюдаю, как с лица Тины сходит всякая краска.
— Это чего такое? — вмиг севшим голос спрашивает девушка.
— Твое кольцо, вообще-то. Я же сделал предложение, раз ты моя невеста, а без кольца это невозможно.
М-да, только ради выражения лица Колибри стоило заморочиться с кольцом. Вряд ли, конечно, оно пригодится ей надолго, но шок девушки я запомню надолго.
— Я не стану носить это…
— У тебя нет выбора. Ты обещала.
Тина с раздражением сжимает руки в кулак, явно намекая, что не даст надеть на себя знак нашей помолвки. А я лишь пожимаю плечами, делая вид, что собираюсь убрать кольца обратно в рюкзак.
— Ну ладно, нет так нет. Тогда переиграем, и сделаю тебе предложение прямо во дворце. Не забудь сказать «да» в нужный момент, как и обещала…
— Дай сюда!
Она выхватывает коробочку, одним движением выхватывает колечко, и натягивает на палец. Я не успеваю заметить, что там по размеру, как она сжимает кулак, и прячет руки на груди.
— Доволен?!
На самом деле — просто невероятно, но ей об этом знать ни к чему.
— Теперь история предложения. Давай, чтобы тебе было комфортно…
— Слушай, а можно без этого, а? Давай ты просто будешь говорить, что нужно, а я кивать, хорошо?
Тина с раздражением вновь отворачивается к окну, и смотрит на дорогу. Кажется, нервы девушки не выдерживают одновременно предстоящей встречи с женихом, и разговоров о липовой помолвке. На самом деле, меня должна полностью устраивать такая позиция.
Должна.
Но не устраивает.
— Хоть какие-то общие моменты, Тина. Что ты ответишь, если у тебя спросят мое любимое блюдо?
Она разворачивается — слишком резко для придвинувшегося почти вплотную меня, и мы оказываемся нос к носу.
— Назову любимое блюдо своего настоящего жениха!
— Прекрасно. И какое же, так, для галочки?!
Секунду мы смотрим друг на друга — и Тина неожиданно сдвигает тонкие брови, закусывая нижнюю губу.
— Что? Серьезно — ты не знаешь?!
— Он просто не проявлял предпочтений…
— Птичка, ты совсем? Он действительно твой жених?
— Это всего лишь еда! Какая разница…
— Бывает, что никакой, конечно. Но обычно влюбленные люди это знают. Дело ведь не в еде, а в том, чтобы знать предпочтения своего партнера.
— Какое тебе вообще дело?!
Она зло кусает губы, и снова отворачивается, явно собираясь молчать до конца дороги. А я в изнеможении прикрываю глаза откидываясь на спину скамьи.
Что за помолвка такая у Тины, где ей приходится трястись от нервов, и теряться от элементарных вопросов? Я не знал, но почему-то надеялся, что хотя бы этот Брайн знает девушку лучше.
Или я тупо ничего не смыслю в отношениях.
  
Глава 17
 
Тина
С приездом во дворец я как будто теряюсь.
Огромные остроконечные своды, которые я не могу разглядеть до конца из-за слепящего солнца, куча снующих туда-сюда людей, повсюду стража и отсутствие формы — после академии все это ударяло, дезориентировало и немного пугало.
 
— Тут всегда так?
Я даже забываю сердиться на Майлкерта, потому что в этом пространстве он единственное знакомое лицо. И держится Крис намного спокойнее меня — по крайней мере, не глядит со страхом в окно на шумную улицу, и больше погружен в свои мысли.