Путеводная звезда. Том 2 (СИ)
Причем, при полной власти тьмы вокруг, мир не был черно-белым. Просто из-за отсутствия ярких красок на первый взгляд он казался абсолютно серым. И здесь, определенно, присутствовала жизнь; мертвая жизнь.
Весь осмотр окружающего мира занял у меня не больше секунды - успел все взором ухватить, пока назад по камням скользил. К тому же доступный к обозрению мир был ограничен высоким парапетом башни. В котором хоть и были широкие зубцы бойниц, но что за ними, я не видел - так как остановившись, все еще сидел на одном колене. Так и замер после скольжения выхода в мир.
Вставать, а также шевелиться пока даже не собирался. Потому что рядом со мной находилось сразу несколько тварей. Несомненно, когда-то это были люди, но сейчас… уже нет. Нелюди. Белесая бледная кожа, согбенные голые тела, проступающие через натягивающие тонкую кожу острые позвонки; на руках видны длинные когти, но больше всего притягивают взгляд белесые, пустые глаза - на нечеловечески вытянутых лицах.
И я узнал этих тварей.
Точь-в-точь такое же существо вызвал к нам фон Колер на самой первой, вступительной лекции при введении в обучение темными искусствами. Профессор тогда открыл портал, вызывая из него такую же тварь. Которую потом, показав нам как пример безвозвратной одержимости, отправил обратно.
Передо мной сейчас были бывшие люди, одержимые, не справившиеся с освоением темных искусств. Бывшие люди, сейчас ставшие ограниченно разумными тварями, руководствующимися в своем существовании лишь животными инстинктами.
Ближайшее обернувшееся ко мне существо внимательно осматривало меня своими белесыми глазами. До момента моего появления у него было весьма важное занятие - тварь вылизывала кровь с камней, скрючившись на четвереньках.
Сейчас это существо поднялось, сутуло сгорбившись, также как и я замерев. Вторая тварь, кстати, прерываться не стала. Напоминая в позе скрючившегося Голлума, только побольше и с мордой больше похожей на человеческую, когда-то не справившийся с темным искусством одержимый продолжал обед. Он грыз труп третьей, точно такой же твари, лежащей в луже темно-серой крови. И также, как и ближайший ко мне одержимый неотрывно наблюдая за мной мутным взглядом белесых глаз.
Агрессии ко мне твари не проявляли, но эти существа мне не страшны, я таких хоть сотню могу нашинковать даже без сильного усилия…
Так, стоп.
В очередной раз меня словно обухом - огромным обухом, по голове погладили. Потому что в этот момент наконец осознал отсутствие силы в энергетических каналах.
Отлично все. Я сейчас оказался перед этими тварями абсолютно пустой, целиком и полностью. Даже не просто стихийной силы не чувствую, больше того - я не ощущаю даже Источника и собственного энергетического каркаса.
Все потому, что в этом мире просто нет стихийной силы - вдруг понял я. И сразу отчетливо ощутил, насколько здесь затхлый и тухло-влажный воздух. Такой, словно нахожусь сейчас в самом центре гиблой топи забытого богом болота.
Здесь не было ветра, не было привычного света, не раздавались громкие звуки - в ушах словно ватная пелена. Здесь, наконец, просто не было настоящей жизни.
Зато здесь была Тьма. Я ее не видел, но чувствовал - каждой клеточкой тела. И теперь понял, откуда именно черпаю ее во время построения конструктов и использования способностей темных искусств. И к Тьме, присутствие которой буквально кожей ощущал, я мог сейчас потянуться.
Вот только последствия, думаю, будут чреваты. Без защиты, без естественной защиты ауры живого мира, и тем более без скелета энергетических каналов, со мной произойдет то, что уже едва не произошло однажды, когда я оказался заражен Тьмой. Использовав ее без подготовки, для того чтобы уговорить Измайлова спасти Зоряну. И тогда лишь присутствие фон Колера мне помогло договориться с княгиней, которая выжигала во мне заражение при помощи Анастасии.
Так что здесь и сейчас, в этом незнакомом мире я остался без оружия, без способностей, и наедине с опасными тварями. Даже кукри не было - он, как часть меня, остался в другом мире.
«Jesus Christ» - только и шепнул я, чтобы не выругаться грубо. Потому что промолчать не смог - стало страшно.
Зря кстати шепнул. Зря вообще пошевелился. Потому что в этот момент дальняя, грызущая труп тварь атаковала. Распахнув оказавшуюся неожиданно широкой пасть, с длинными рядами острых зубов, существо скакнуло на меня с места, прыгнув словно лягушка. Застав врасплох - все же нападения я ждал больше от того одержимого, что стоял ближе.
Впрочем, спасибо Мустафе, я и без экстраординарных способностей владеющего что-то, да мог. И пропуская голое белесое тело мимо себя, шагнул в сторону. И сразу, вдогонку, без затей пнул тварь под зад, придавая дополнительное ускорение.
Парапет на башне был высокий, почти в человеческий рост, и с широкими зубцами бойниц. В ближайшую из которых существо к сожалению не попало, звучно шлепнувшись лицом в стену. Но я уже был рядом - схватив одержимого, рванул его чуть в сторону, пробрасывая в проем бойницы. И вовремя отпрянул, избегая взмаха когтей извернувшейся и такой неожиданно юркой твари. Может быть, одержимый и удержался бы на стене, но попытка меня ударить совсем не помогла ему держать равновесие. Проскрежетали по камням когти в последней попытке удержаться, и извивающееся тело полетело вниз.
Почти сразу оттуда, снизу, раздался наполненный животным страхом вопль. Но смотреть было некогда - я уже обернулся ко второй твари. А нападать та не стала - цокая когтями по булыжникам, существо просто убежало. Опустившись на четвереньки и двигаясь как сутулая собака.
Одержимый определенно меня испугался - по торопливым движениям бегства видно. Или не испугался, а просто решил не связываться. Слабый наверное, слабее того который на меня прыгнул. Тем более что атаковавший меня грыз труп, а второй довольствовался лишь вылизыванием луж крови.
Не такие они и неразумные? Возможно.
Периодически бросая взгляды в лестничный проем на другой стороне площадки, где скрылась одержимая тварь, я вскочил на широкую стену. И подошел к краю, вглядываясь вниз.
- Мать… моя женщина, - только и выдохнул я беззвучно.
Стена массивной башни ближе к основанию была чуть наклонена, расширяясь под небольшим углом. Так что рухнувший со стены одержимый, прежде чем достигнуть поверхности, проехался по ней. И падал он, собирая змеящиеся по кладке черные жгуты лиан, покрывающие башню почти на половину высоты.
Эти темные лианы выглядели словно змеи, только не обычные, с сухой чешуей, а змеи блестящие, словно покрытые влажной слизью. Именно этот влажный отблеск и стал первым ярким элементом, увиденным мной в этом однородно-сером, матовом мире.
Рухнувший вниз одержимый был еще жив. Его бледная фигура сильно выделялась на темной земле - существо билось в судорогах агонии и продолжало истошно выть. Было отчего - сорванные им в падении со стены лианы уже оплетали его, будто змеи. Нет, не как змеи, а как мокрые влажные пиявки.
Когда одержимая тварь последний раз взвыла перед тем, как полностью исчезнуть под черными жгутами сорванных лиан, я даже вздрогнул и почувствовал, как по позвоночнику побежали холодные мурашки. И с трудом удержался, чтобы не отшатнуться в панике. Потому что в тот момент, как отсекло крик агонизирующего существа, снизу на меня дохнуло самым настоящим могильным холодом.
В действиях хищных растений не было осмысленности, я ее не чувствовал. Зато прекрасно ощущал тянущий голод, отзвук которого холодил, словно сквозняк. Стало страшно. По-настоящему страшно. Но усилием взяв себя в руки, я - сначала, правда, еще раз обернувшись к проему, где исчезла вторая тварь, прислушался к себе, отринув лишние чувства и эмоции. И буквально через мгновение почувствовал облегчение. Я понял, что кожу по всему телу, даже не просто кожу, а всего меня, до костей позвоночника, потягивает; это было словно тянущее назад притяжение. Сильное и неотвратимое, пусть и едва ощутимое, если не акцентироваться на нем.