Путеводная звезда. Том 2 (СИ)

- Быстрее, быстрее, у нас мало времени! - не своим голосом (посмотрел бы я на того, кто с таким лицом будет говорить своим голосом) подогнал нас сэр Галлахер. Он даже, по-моему, поторопив нас успел с Николаевым за руку поздороваться.
Но я уже наблюдал за происходящим краем глаза. Потому что в самом центре площадки, на щедро залитых кровью камнях - красной, человеческой, и густой зеленой кровью демонов, лежало безжизненное тело Саманты.
  
Глава 4
 
Сбросив накатившее оцепенение, я в несколько шагов преодолел разделяющее нас расстояние и опустился на колено перед Самантой, аккуратно взяв ее за руку.
Принцесса была… не мертва. Но не была она и живой - я не почувствовал никаких эманаций, сопровождающих ауру любого одаренного.
Передо мной лежало обычное человеческое тело без признаков жизни. Но и без признаков смерти. Физически, предполагаю, это тело сейчас в глубокой коме, или даже в состоянии летаргического сна.
Причем именно так - тело. Передо мной лежала сейчас не Саманта; даже если получится сейчас это тело реанимировать и заставить открыть глаза, Самантой оно не будет. И к жизни она не вернется - на этом физическом носителе просто отсутствует душа.
Вот так выглядит истинная смерть одержимого - с содроганием понял я. И если Саманта, вернее ее тело, сейчас скончается, саму Саманту будет не воскресить слепком души. Потому что этой самой души в теле нет. И самое поганое, что я не чувствую у безжизненного тела связи с душой принцессы.
«Да как так-то?»
Пока я, пытаясь привести мысли и чувства в порядок вглядывался в такое спокойное и умиротворенное в не-жизни лицо, вокруг меня рождалось движение уверенных действий. Видимо, один я здесь был неосведомленным участником, а все остальные определенно знали, что и как нужно делать.
Сэр Галлахер и Николаев, едва вышли на площадку башни, принялись очень, очень быстро чертить на камнях пентаграмму. Делали это они с помощью истинной Тьмы, даже не прикрывая и не маскируя ее Огнем.
Сразу после того, как заключенная в круг пятиконечная звезда - в центре которой теперь лежало тело Саманты, была закончена, Николаев принялся расставлять Эльвиру и Валеру, инструктируя. По-прежнему сидя рядом с Самантой, пытаясь уловить хоть искру жизни в ней, я видел все это краем глаза. И поднял взгляд только тогда, когда сэр Галлахер подошел ближе и присел на одно колено рядом со мной и телом принцессы.
Сохраняя молчание, магистр темных искусств предвосхитил все мои вопросы и взглядом единственного глаза показал молчать. После этого положил правую ладонь на камни, смахнув с них пыль. Выбрал при этом он не тронутое разлитой и уже запекшейся кровью место. Второй рукой сэр Галлахер перехватил мое запястье.
Касание его руки по ощущениям оказалось сродни шлифующему прикосновению раскаленного напильника-рашпиля с очень крупными зубьями. На руку я не смотрел, но впечатление, что кожу словно стесало, а вся кисть за мгновенье будто оказалась в кипящем масле. При этом мне, впрочем, стало не столько больно, сколько не по себе. Вплоть до озноба по спине - ощущения были точь-в-точь такими же, какими приводил меня в чувство веры в реальность происходящего Астерот, когда мы впервые с ним встретились.
Подумал я обо всем этом за доли мгновения, почти сразу абстрагировавшись от боли прикосновения и внутренним взором наблюдая чужие картинки воспоминаний. А конкретно - воспоминания сэра Галлахера. Причем воспоминания не прямые - он сейчас срисовывал с памяти места тени произошедшего.
Уверенность в этом утвердилась, когда на периферии зрения пространство вокруг подернулось мглистой пеленой; образы событий возникали в серой дымке, такой же, в которой я сам совсем недавно наблюдал тени прошлого в кабинете Петра Алексеевича.
Вот только сам я недавно, глядя на тени прошедших событий, видел все в неясных и призрачных, даже плавающих очертаниях. Сейчас же яркие краски воспоминаний просто поблекли, акцентировались черный и белый цвета, при этом контраст и четкость изображения осталась. И словно в покадровой прокрутке негативов фотопленки я наблюдал произошедшее здесь совсем недавно.
 
По безмолвной картинке происходящего понять подноготную события оказалось просто. Характерное построение, характерные позы, движения, пассы рук и мимика: Саманта, еще живая, стояла одна из многих в составе группы поддержки сэра Галлахера. Магистр темных искусств отсюда, с вершины башни, подготавливал конструкт для закрытия активировавшегося портала в подвалах крепости.
И судя по тому, что демонов вокруг не было - даже намеков на их появление, портал в этот момент едва-едва открылся. Причем закрывать его сэр Галлахер собирался весьма грубо - так, как можно закрыть жерло колодца брошенной сверху многотонной бетонной плитой.
В тот момент, который сейчас показывал мне в тенях прошлого сэр Галлахер, Саманта искусно плела поддерживающую конструкцию в поддержку магистра - чтобы того не догнало откатом заклинания. Откатом, который всегда приходит после создания конструкта, превышающего порог силы одаренного. Но перед самым моментом кульминации, перед тем как сэр Галлахер завершил создание конструкта, Саманта получила удар в спину.
Медленно и в раскадровке я увидел, как один из стоящих по периметру зубчатого парапета башни телохранителей принцессы сбросил шлем и перчатку. Обычный человек, обычные глаза; сам невысокий и темноволосый. При этом двигался он быстро, причем быстро нечеловечески. Едва сбросив шлем и перчатку бронекостюма, он собрал вокруг ладони концентрированную силу и ударил. Бил дистанционно, даже не приближаясь к принцессе. И подобный удар я видео совсем недавно, в исполнении Баала, когда тот вышиб душу из Мархосиаса.
Сэр Галлахер демонстрировал мне сейчас замедленную картинку времени, буквально кадр за кадром. И я увидел, как Саманта сбрасывает с рук незаконченное плетение, полыхнувшее огненным смерчем. Видел, как она крикнула что-то, явно предупреждая сэра Галлахера. Одновременно с этим нанес удар спрятавшийся под личиной телохранителя враг.
Саманта успела почувствовать, и возможно даже предвидеть его атаку. По крайней мере, действовать она начала еще даже до того, как офицер-телохранитель поднял руку, чтобы сбросить перчатку. При этом - а она определенно жила в моменте ускоренного времени, принцесса даже не попыталась обернуться. Она решила спрятаться, уйти от атаки. Наверняка оттого, что почувствовала всю мощь готовящегося сзади удара - а эту холодную мощь чувствовал даже я, глядя сейчас в черно-белом негативе картинки воспоминаний. И принцесса, даже не оборачиваясь, шагнула вперед, прячась в Изнанке.
Саманта практиковала шаманизм. Она не повелевала, а разговаривала со стихиями - и при плетении конструктов результат получала часто пусть и мощнее, но при этом гораздо медленнее, чем повелевающие стихией одаренные. Но в силу специфики шаманизма, с Изнанкой мира, с местом обиталища духов, Саманта была на короткой ноге. И в этом могла дать любую фору одаренным. Именно поэтому она, уходя от удара, в буквальном смысле покинула тело, прячась за границей мира.
Мы с Николаевым такое не изучали. С фон Колером тем более.
Что, впрочем, неудивительно. Все одержимые в этом мире - в своем роде первопроходцы. Изучение темных искусств - даже не молодая, а новорожденная наука. У одаренных, за сто лет существования, на возможных путях развития уже гораздо больше маяков и флажков. Как пример - та же Марьяна, живой (до недавнего времени) пример бесполезной силы.
 
Марьяна, которая оперируя силой земли, просто начала развиваться не в том направлении, и достигнув одного из наивысших рангов уткнулась при этом в низкий порог возможностей. Даже феечка из команды Самарской Академии, также адепт Силы Земли, гонявшая нас с Эльвирой в недавнем поединке, могла один в один превзойти в эффективности боевых возможностей бывшего директора елисаветградской гимназии. Хотя ранг ее в два раза ниже.
Совершенствуются одаренные, многие из которых идут уже по проторенной дорожке, совершенствуются - пусть и с большим для себя риском, одержимые. Если для одаренного самая главная опасность в выборе неправильного пути, ограничивающие возможности, то одержимые за каждый неправильный выбор платят жизнью.