Заноза для декана (СИ)
Стекло разбито, Веста без сознания. На белом полотне подушек безопасности кровавые разводы и меня начинает трясти. Трясти так, как не трясло даже после аварии с Максом по моей вине. Остервенело дергаю водительскую дверь, которую заклинило к хренам. Поэтому просовываю руку через окно, поранившись об разбитое стекло, тяну рычаг и толкаю на себя, помогая открыть.
- Веста, Веста! - зову я и боюсь даже прикоснуться. - Черт!
Только бы жива. Только бы жива, пожалуйста!
Руки дрожат, я растерян, как никогда. Достаю телефон и уже собираюсь набрать номер скорой, когда в овраг спускаются трое парней с фонарями, двое из них в синей медицинской робе и с оранжевыми чемоданчиками в руках.
- Не трогал?! - кричит один из “медиков”, подбегая ко мне. Все что могу, так это отрицательно покачать головой. - Отойди нахрен!
Он буквально отпихивает меня от машины и хватает руку Весты, проверяя пульс, параллельно ощупывает ее ноги, шею, руки. Задумчивость и мрачность на его лице меня выбивают из колеи.
- Что там?! - мой голос охрип и дрожит.
Боюсь сделать лишний вдох, чтобы, не дай Боже, прослушать что он ответит.
Только бы жива, пожалуйста!
Не переживу. Не прощу.
- Носилки, быстро! - орет второй медик в сторону возвышенности оврага.
Мне же не отвечают, парень молча распаковывает свой чемоданчик и достает какой-то шприц и ампулу.
- Она жива?! - уже ору я, готовый начистить рожу этому деловому докторишке.
Буквально ощущаю, как дрожат мои руки и сердце выскакивает из груди. Нервы на взводе и вот-вот лопнут, заставляя меня творить безрассудства. В то же время замечаю, как другие двое парней начинают грузить Сержа на носилки.
Вздрагиваю, когда девушка закашливается и начинает шевелиться, глухо скуля. Дергаюсь в ее сторону, но меня снова отталкивают.
- Тише, тише, - наклоняется к Весте медик, - говорить можешь? Где болит, ноги чувствуешь?
- Да, - короткий полустон и девушка приподнимает голову от руля, после чего снова всхлипывает и опускает. - Шею больно… Ноги чувствую, но правую зажало… Дышать больно очень…
Перед глазами у меня все мутнеет и я не знаю, что все это значит и чем для Весты обернется. Для моей Весты, черт возьми!
- Не крутись, не шевелись пока, - говорит медик и достает специальную шину для шеи. - Мы сейчас зафиксируем, освободим твою ногу и аккуратно погрузимся, идет? Только не отключайся, говори, что угодно, но не отключайся! Нам нужно, чтобы ты была в сознании!
Вижу ребят с носилками и помогаю им приготовить погрузочное место для Весты. Хотя толку-то от меня, с трясущимися руками… Мечусь туда-сюда, в голове ни единой мысли о себе, о работе - все сейчас о ней. Постоянно оглядываюсь на нее, вижу как с раны на лбу стекает кровь и смешивается со слезами. Дрожащими руками она размазывает их по лицу и громко всхлипывает, отчего внутри меня все сжимается, а сердце рвется к ней.
- Сволочь, - всхлипывает она, глядя куда-то в темноту, невидящим взглядом. - Тварь поганая! Ненавижу! - завывает она, окончательно выворачивая мне душу наизнанку.
- Кто? - не дает девушке погрузиться в себя медик, помогающий ей освободить ногу. Выходит с трудом и в результате он перекусывает кусачками какие-то провода и я слышу хруст пластика.
- Серж, - выплевывает она со всем презрением и отчаянием. - Если он не сдохнет, я сама его убью! Ему можно убить моих родителей, а мне нельзя отомстить?! Хер там! Мразь!
Замираю и в очередной раз перестаю дышать: убил ее родителей? Господи Боже...
- Похоже сильное сотрясение, - светит фонариком Весте в глаза парень. - Несет какой-то бред, реакция хреновая. Давайте грузиться, осторожно…
Все происходит, как в тумане, как в гребаном кино, где я внезапно оказался главным героем. Переносим Весту на носилки, поднимаем в машину скорой. Кричит, плачет навзрыд громко, не сдерживая себя, но когда видит меня, она закрывает лицо руками, словно прячет от меня свою слабость. Да, она точно не привыкла показывать эту сторону себя.
Меня не пускают к ней, требуют убрать мою тачку, чтобы не было и намека на гонку. Мол, просто несчастный случай, как все просто!
Возвращаюсь в феррари, собираю всю свою волю в кулак, чтобы не психовать, и еду за ними следом в больницу. Когда проезжаем мимо места начала гонки - там уже никого нет, все очень оперативно свернули и будто ничего и не было.
По приезду в больницу, меня отправляют на перевязку, как оказалось все это время у меня кровища из порезанной руки хлещет, а я даже не заметил. После этого приходится хорошенько помучаться, чтобы узнать хоть что-то о состоянии Весты. “Угрозы для жизни нет”, - говорит один из врачей и я выдыхаю.
Спасибо, Господи!
Хочу увидеть ее, но меня шпыняют из отделения в отделение, от врача к врачу и в результате заставляют ждать возле операционной, где ей что-то делают с поврежденной ногой. Адреналин идет на спад и в ожидании меня попросту вырубает в неудобном кресле больничного коридора.
55
Меня будит хирург и сообщает, что я сегодня могу даже не надеяться увидеть Весту. Мужчина заверяет меня, что с ней все хорошо и девушку перевели в спецпалату под наблюдение и она отдыхает. Как не пытался, переубедить врача не получилось. Меня чуть ли не силой выпроводили в вестибюль больницы и рекомендовали договориться о посещении на завтра. Что ж, договорился, немного поскандалив с недовольной дежурной, а сейчас выхожу на улицу и набираю Макса. У меня нет ни желания, ни сил ехать домой самому, а бросать феррари у больницы ну такое себе удовольствия. Предвкушаю его недовольное выражение лица, но мне на это глубоко плевать.
В моих мыслях сейчас только Занозина. Маленькая, как же ее угораздило во все это влипнуть. С Сережей этим, с гонками… Девчонке девятнадцать лет, а ее уже так помотало, что страшно представить. Очень надеюсь, что последствий аварии не будет, иначе это полная задница.
Так же из головы не хотят улетучиваться ее слова про родителей. Правда ли, что Серж убил или она в бреду придумала все это? Ох, не натворила бы девчонка дел после выписки…
- Рассказывай уже, хватит молчать! - рычит Макс, не выдержав напряженной тишины, пока везет меня домой. - А то я себе сейчас нафантазирую ситуации!
- Я снова влез в неприятности, - произношу, а вот рту аж горечь от осознания всего пиздеца.
- Я вижу по твоей роже, что влез, а теперь поподробнее, пожалуйста!
Ох, и дорогого мне стоит рассказать Майеру правду. Всю, от самого начала и до конца. Про Весту, про гонки, про наши с ней отношения. Видимо, все это уже давно во мне закипало и нужен был слушатель, зритель, который выслушает поток моих несуразных мыслей и попытается понять. Выплескиваю все это инфо на Макса, эмоционально и в подробностях, чтоб понял и вошел в положение.
- Спасибо, что Фэри не разбил, опёздал, - фыркает друг.
- Это все, что ты можешь мне сказать? - вздыхаю я, потирая лицо.
- А что еще? Ты хоть на человека сейчас похож, а не на робота, - говорит он. - Стал думать не так расчетливо и сухо. Что с девушкой, как она?
- Понятия не имею, завтра надеюсь к ней попасть…
Отворачиваюсь к окну, глядя на пролетающие мимо огни. Как же тошно, душа не на месте… Даже более того, ее как будто разодрали в клочья. Все произошедшее, будто страшный сон и хочется, чтобы он как можно скорее развеялся.
- Выпить хочешь? - спрашивает Макс, а я отрицательно мотаю головой. - Хватит грузиться, она жива и я уверен, что все будет хорошо.
Конечно, легко говорить со стороны...
Поднимаюсь на свой этаж в Найджел сити, ползу в душ и после заваливаюсь на кровать. Ворочаюсь, стараюсь уснуть, но как только проваливаюсь в сон - начинает сниться всякая дичь, от которой бросает в холодный пот, а голове так и повторяется, как сигнальный гудок: Веста, Веста, Веста…
До утра мучаюсь, даже попробовал подготовиться к занятиям в университете, но, как говорится: “Смотрю в книгу - вижу фигу”.
Еду на работу, весь день проходит смазано и бестолково, я чувствую себя максимально рассеянным и несобранным, странно, что этого остальные не заметили. После завершения последней лекции я мчусь в больницу к Весте.