Заноза для декана (СИ)
Университет, общага, девушки, тусовки, пьяные дебоши… Все это, вот эта свобода от родительских глаз, закрутило меня так сильно, что если бы не Макс Майер - хрен бы я благополучно доучился. Вопросы о моем отчислении из-за дисциплинарных провинностей в кампусе возникали регулярно, но Макс впрягался и брал вину на себя. Ведь ему, благодаря известной фамилии и связям, все сходило с рук.
До сих пор стыдно за это.
Мы часто были участниками гонок. Сначала меня тянуло на мотоциклы. Я даже разорился и купил старенький Дукати, но подобный вид гонок, мягко говоря, не зашел. Однако, байк я в результате подарил младшему брату, который не на шутку увлекся данным видом спорта. Затем у меня началась череда уличных гонок, начиная с багги и заканчивая краш-гонками на выживание.
Вот сюда-то меня и засосало не на шутку. У Михаэля была тачка, всем тачкам тачка: красная фэри, как он ее называл. Мы выиграли на ней ни одну гонку в студенческие годы.
До сих пор помню это потрясающее чувство единения с машиной, непередаваемое ощущение...
Но потом по дурости, на одной глупой гонке на старых развалюхах, я по пьяни чуть не угробил лучшего друга. Машина просто перестала слушаться и мы влетели в ограждение. Ремень безопасности Макса вырвало с корнем и он вылетел через лобовое стекло.
Чудом выжил, чудом не стал инвалидом.
А у меня как отрезало! Хренакнуло лопатой по башке и отрезвило. Осознание, что нельзя себя вести так, как тебе хочется накрыло моментально.
Есть нормы. Есть правила. Есть моральный облик.
Вбить себе эту дичь в голову было сложно, но у меня получилось. Я сумел натянуть тесную маску серьезности и прирасти к ней хорошенько. Миха и Макс издевались, смеялись, что я стал скучным, но, если честно, это все ради их же безопасности. Втянул в передрягу раз, два, три… Так могло быть до бесконечности.
Мы закончили учебу, я и Макс стали преподавать, а Миха все же ринулся в гоночный спорт. Я завидовал, но каждый раз одергивал себя, продолжая карабкаться по карьерной лестнице в своей сфере.
Я дал себе обещание, что стрелка на спидометре моей машины больше никогда не поднимется больше сотни.
Но все всегда идет наперекосяк!
Сначала я узнаю, что Михаэль умер, а его машину выставляют на аукцион. Потом мы с Максом выкупаем тачку в совместное пользование. А потом... ко мне в тачку садится розоволосое чудо и клубок стремительно начинает раскручиваться.
Помочь ей, я уверен, правильное решение. А вот вписаться в гонки - дурь!
Дурь, Эд! Какого рожна ты вписался?! Так еще и на тачку поспорил!
Да, что-то за живое задело, когда ее "Серожа" начал переходить черту. Он забрал у нее тачку, а это уже вызов и неуважение. Он обозвал ее шлюхой. За это вообще захотелось дать в морду, но приключений с драками на сегодня мне хватило. И главное, он оскорбил меня, вякнув про то, что я увел его девушку.
Взыграло, захотелось показать, кто тут хозяин трассы и… Просто захотелось, блин, покататься! Как приехал сюда на гонки, так сердце без остановки колошматит в груди, требует зрелища и рева мотора!
Ой, дура-а-ак...
Могу ругать себя сколько угодно, но мы уже стоим на старте и Веста не переставая что-то гундит, объясняет тонкости управления машиной на скорости, поучает… Заноза в заднице, не иначе!
После происшествия с Максом, я боюсь ездить с пассажирами. Да-да, я даже сестру из аэропорта на такси, сука, встречал! Потому что в памяти есть четкий отпечаток страха.
Но Занозиной, похоже, плевать на безопасность. Села, пререкается, рогами упирается…
- Там есть поворот, который на скорости проходить только на ручнике, - болтает Занозина. - Я скажу когда он будет и когда дергать.
- Разберемся, - киваю я, глядя на чувака с флажком напротив наших машин.
Поворачиваюсь к девушке и вижу в ее глазах страх и ужас. Она боится. Я тоже, но очень надеюсь, что машинка меня не забыла…
Флажок наверх и… отмашка!
Любая гонка - это иллюзия власти.
Твоей власти над машиной. Как бы ты ее не называл: малышка, детка, красотка, Фэри - это зверь. Зверь, который в один момент может урчать и ласкаться о твои ноги, а в другой оттяпать тебе пол руки. Вот сейчас я чувствую себя хозяином этой красной бестии. Разгон до сотни за три секунды, рев двигателя в унисон с моим сердцем. Она слушается каждого моего жеста, выполняет каждое действие, но нельзя обольщаться. Это лишь видимость, тачка позволяет тебе быть главным, усыпляет бдительность. Нельзя доверяться этому чувству, упиваться этим всемогуществом.
Расслабишь булки на минуту - ты труп.
Трасса ровная, не разбитая, несмотря на отшиб города. В среднем получается, что мы сделаем своеобразный круг, преодолев расстояние почти четыре километра. А еще трасса простейшая, как мне показали схему на старте, за исключением одного поворота, в который будет достаточно сложно войти на высокой скорости. Занозина права, там нужно уходить в дрифт. В идеале, обычно гонщикам дают шанс разведать путь, но кто ж мне тут предоставит такую роскошь?
То, как я сейчас веду машину - смог бы любой, тем более на почти прямой. Боковым зрением вижу свет фар и синее пятно наравне со мной, а должен бы видеть в зеркале заднего вида… Непорядок! Выжимаю педаль на максимум, стараюсь рассмотреть дорогу впереди как можно дальше, но ночью на скорости это безумно затруднительно даже с дальним светом. Надо отдать должное, тачка у Весты хороша, ничуть не хочет сдавать позиций.
Все тело вибрирует от напряжения, зубы сжимаю до боли, кажется, что сейчас начнет крошиться эмаль. Страх и адреналин смешиваются, опьяняя и отрезвляя меня одновременно. Еще мгновение назад я на полном серьезе думал, что забыл что такое скорость, но нет… такое забыть нельзя. Чистая эйфория! Кажется, что машина тоже радуется, как и я.
- Вот рукожопый засранец! - шипит Веста. - Весь движок мне убьет! Передачу поменяй, упырь!
Ничего не отвечаю, сильнее стискиваю челюсть, глядя вперед, где уже маячат на горизонте светоотражающие знаки, предупреждающие об опасном участке дороги. Нужно собраться и не отвлекаться, ведь у меня пассажир, черт побери! Ладно, я захотел рискнуть своей шкурой, но она!
Нужно быть либо рисковой дурочкой, чтобы сесть ко мне в тачку на гонке, либо очень доверять мне. О доверии не может быть и речи, выходит что первый вариант. Хотя дурой бы я Занозину не назвал, она доказала в университете, что достаточно умна.
- Давай, давай, жми! - кричит Веста. - Тебе надо уйти в отрыв до гребанного поворота, иначе жопа!
- Не ори, - цежу я, сквозь зубы и опускаю взгляд на спидометр.
Девушка неожиданно отстегивает ремень безопасности, облокачивается на мое колено и тоже заглядывает на приборную панель.
Меня мгновенно бросает в холодный пот. От ужаса и воспоминаний прошлого начинают скользить ладони, а это отнюдь не помогает гонщику. Если сейчас, не дай Бог, нас занесет или мы куда-то врежемся - девушка труп.
- Пристегнись! - командую я, но она игнорирует.
- О, черт! - восторженно кричит она. - Вы идете вровень, выжми еще пару километров! Давай, блин, чуть-чуть совсем! У Ласточки на этой скорости хорошенько долбанет в руль и ему, по незнанию как управлять, придется сбавить ненадолго!
- Пристегнись, твою мать! - ору и не узнаю свой голос.
- Не трогай мою мать! - огрызается в ответ Занозина и я слышу заветный щелчок ремня безопасности.
Упрямая и вредная!
Давлю на газ и делаю так, как сказала она. Парадокс, но ее предположение верно: Додж издает странный звук и гонщик сбавляет скорость.
Мы вырываемся вперед.
Под довольное хихиканье Весты преодолеваю еще кусок расстояния, любуюсь в зеркале заднего вида фарами соперника.
- Поворот! - подскакивает на месте девушка, когда перед нами уже почти маячат светоотражающие стрелки поворота. - Еще чуть-чуть, вот-вот, ага… Как только будешь у первой стрелки - давай в занос!