Мой эльф из легенд. Спасти любовью (СИ)

«Обман, ловушка», — читалось на его бескровном лице. Ученый скользнул взглядом по моему серому форменному комбинезону и окончательно понял, что его провели. Он попытался захлопнуть дверь, но Эль-Охтарон оказался быстрее — метнулся к нему, как тень, как призрак, презирающий закон земного притяжения. Он успел всунуть ногу между закрывающейся металлической створкой и рамой, закрепленной в проеме. Резким, неуловимым движением Агент толкнул ученого в грудь, и тот отлетел на несколько метров.
Мы вошли в лабораторию.
Врата в Ильмар бросались в глаза сразу. Их ни с чем нельзя было перепутать. В самом центре просторного помещения возвышалась огромная стальная конструкция — арка шириной в два человеческих роста, высотой — в четыре. Вся ее поверхность была изрезана светящимися символами, а пространство между стойками мягко мерцало голубым.
— Как это включить? — зашипел Агент, за шкирку поднимая ученого с пола, куда тот рухнул после удара в грудь. — Быстро заводи свою игрушку и отправь нас на другую сторону.
— Сейчас… сейчас, — проблеял испуганный «Халат». Он дрожал всем телом, и неудивительно: перекошенное от ярости лицо воина кого угодно заставило бы намочить штаны.
Я посмотрела на дверь. Та была закрыта. На базе по-прежнему царила гнетущая тишина. Сколько бы я ни вслушивалась, не могла уловить ни звука. Тихо, как на кладбище.
Трясясь от страха, ученый что-то набирал на панели управления под пристальным контролем нависшего над ним Агента.
Свет внутри арки из бледно-голубого стал насыщенно-синим, а потом завертелся, образуя воронку с зигзагами молний, бьющих в центр.
Я подумала о бомбе, спрятанной под ступенькой лестницы. Сколько времени у нас в запасе? Когда грянет грандиозный ба-бах?
Успеем?
Расслабься, Алайна, мы уже у цели.
Я снова взглянула на закрытую дверь, прислушалась к тишине и позволила себе облегченно выдохнуть.
И вдруг бедро пронзила адская боль.
Рядом со мной что-то пронеслось в воздухе. Нечто длинное, металлическое сверкнуло на краю зрения.
— Алайна! — закричал Агент, успев отбить летящее в него копье.
Он дернулся ко мне. Три красные лазерные точки скользили по его телу. Секунда — и эти точки распустились кровавыми цветами. Живот. Плечо. Грудь.
Зашипев от боли, Агент рухнул на колени, а за моей спиной раздался знакомый голос. Голос из кошмаров.
— Воу-воу, кто к нам пожаловал.
В мертвенной тишине, окутавшей зачищенную базу, зашелестели шаги. Я обернулась — и похолодела от ужаса.
Озаренный синим сиянием, исходящим от арки, к нам медленно приближался мужчина, чье лицо являлось мне в самых страшных снах. Раздвоенный подбородок, напоминающий язык кобры. Прическа с торчащими в разные стороны острыми прядями, похожими на шипы булавы.
Уникум. Менталист-взломщик. Тот, кто день за днем, ночь за ночью, издевался надо мной в плену.
  
Глава 21
 
Где? Где он прятался все это время? Почему мы его не заметили?
Уникум приближался, наставив на меня пушку, способную выпускать три пули одновременно. Три маленькие красные точки теперь блуждали по моему телу, готовые в любую секунду стать смертельными ранами. Мою регенерацию было и близко не сравнить с регенерацией Агента. То, что эльфа лишь задержало, меня убило бы.
Страх сковал каждую мышцу. Каждую мысль. Превратил меня в ледяную статую. На несколько секунд я забыла обо всем. О раненом любимом, о бомбе, ведущей обратный отсчет, о сияющей воронке открывшегося портала в Ильмар. Ни о чем из этого я больше не думала, провалившись в воспоминания.
В моей голове снова звучал хруст ломающихся костей, пронзительный крик, разрывающий тишину подвала. Снова я видела перед собой злые глаза, горящие азартом. Снова слышала вкрадчивый голос, убеждающий сдаться, опустить ментальные щиты.
«Сдайся мне, сдайся».
Я не боялась оружия в руках идущего на меня мужчины. Не боялась того, что он мог сделать со мной этим самым оружием. В ужас меня приводил его темный дар.
Инстинктивно я попятилась, и бедро прошила невыносимая боль. Она же вернула мне способность соображать.
 
— Эль! — крикнула я, пытаясь броситься к своему эльфу, стоящему на коленях. Понять, что сильное тело воина уже начало справляться с повреждениями.
Попыталась.
Но меня безжалостно отшвырнули в сторону.
— С тобой, красотка, разберемся позже, — ухмыляясь, менталист направил на меня ствол с тремя дулами.
И окружающий мир взорвался — исчез во вспышке боли. Я ничего не слышала. Не видела. Не понимала. Окунулась в ядовитый красный туман. Оглохла. Ослепла.
А когда пришла в себя, увидела, что мои ноги прострелены. Смотреть на раны было мучительнее, чем ощущать их. Боги… Сколько крови!
Звуки возвращались медленно, с трудом пробиваясь сквозь шум в ушах.
Эль…
Шокированная, оглушенная болью, я повернула голову и закричала.
Уникум, менталист-взломщик, нависал над моим любимым, удерживая его за горло и пытаясь своим даром вскрыть ментальные щиты. Руки, ноги Агента были изрешечены пулями. Из бока торчало металлическое копье, пригвоздившее Эля к деревянной тумбе.
Я знала, что убить эльфа непросто, что их раса почти неуязвима — читала об этом в мифах, но то, что я сейчас видела…
Эль хрипел, сопротивляясь ментальному воздействию. Белки его глаз наливались кровью. Кровь шла у него из ушей, из носа. Вся его одежда была в крови.
— Не надо, — прошептала я на грани отчаяния и разрыдалась. — Пожалуйста, нет.
Проклятый взломщик! Он все просчитал. То же самое он когда-то проворачивал и со мной: ослаблял меня физическими страданиями и одновременно атаковал мой разум.
Агент мог противостоять чудовищной боли. Мог противостоять психологической атаке. Но не всему вместе. Зверская боль делала его беззащитным перед ментальным воздействием, а ментальное воздействие не давало ему собраться с силами и оттолкнуть врага. Замкнутый круг.
Чтобы освободиться, надо было убрать из этого страшного уравнения хотя бы что-то одно.
Боль!
Я, эмпат, могла заставить Эля не чувствовать боли.
Мысль пробилась сквозь панику, сквозь вопль ужаса, звенящий в голове. Я способна помочь! Но для этого надо подобраться ближе — так, чтобы я могла коснуться Агента. Дотронуться до его тела.
Три метра. Необходимо проползти три метра. С перебитыми ногами.
Когда я попыталась перекатиться на живот, то едва сдержала крик. На мгновение все перед глазами померкло. Я поняла, что до этого шок притуплял ощущения, но теперь, когда я пошевелилась, боль стала нестерпимой. Дикой.
Стиснув зубы, я заставила себя двигаться. Ползти вперед, подтягиваясь с помощью одних только рук. Я ползла. Волоча за собой бесполезные ноги. Пачкая пол кровью. Беззвучно рыдая от того, как больно мне было.
Ползла не останавливаясь, не сводя взгляда с посиневшего лица Агента, с его красных закатившихся глаз, приоткрытого хрипящего рта.
Быстрее! Быстрее! Пока Уникум не сломал ментальные щиты, пока не превратил мозг эльфа в обугленный кусок мяса. Пока чертова бомба не рванула. Сколько прошло времени с того момента, как Агент запустил таймер? Десять минут? Пятнадцать? Двадцать пять?
В любую секунду база могла взлететь на воздух.
Мои раны горели. На полу за мной тянулся кровавый след. Но я не сдавалась. Снова и снова повторяла про себя: если убрать боль, Эль сможет сопротивляться ментальной атаке, сможет отправить гребаного взломщика прямиком в ад, к дьяволу.
Я подтянулась на руках. Продвинулась еще немного дальше, еще чуть-чуть ближе к цели. Каждое движение было мукой, но я терпела. Кусала губы, чтобы ни вздохом, ни всхлипом не привлечь внимание Уникума, занятого своей жертвой. Тот не должен был меня заметить и помешать мне подползти к Элю.
Картинка перед глазами вдруг начала расплываться. Гул в ушах нарастал. В панике я поняла, что вот-вот потеряю сознание.
Нельзя!
Я была почти у цели. Полметра, еще каких-то полметра, и я коснусь ноги Эля. Смогу заглушить его страдания.