Мой эльф из легенд. Спасти любовью (СИ)

— Нет. Сама стану спать на полу. А там сквозняк, холодно. Я — слабый человек, простужусь еще, лягу в больницу с воспалением легких.
— Никакого сбоя программы? — уточнил эльф с обреченным видом.
Мы уже подходили к Хоссу, до его столика оставалось не больше двух метров.
— Будь зайкой.
— Есть быть зайкой, — вздохнул Агент.
Пока мы с эльфом препирались, ученый успел расправиться и с супом, и со вторым блюдом, и теперь неторопливо попивал чай, листая планшет, опертый на салфетницу. Заметив меня, Итен отложил гаджет в сторону и просиял.
— Алайна! — улыбнулся он, вскочив на ноги и отодвинув стул. — Присаживайся. — Затем кивнул хмурому Агенту.
— Не возражаешь, если мы пообедаем вместе? — я пыталась выглядеть очаровательно смущенной. В наш эмансипированный век многие мужчины скучали по нежным, краснеющим барышням.
— Сочту за честь.
Сама галантность, он дождался, пока я сяду, и помог мне пододвинуть стул.
И только я решила, что все наконец-то идет по плану, как зайка-Агент взял и якобы случайно вывернул на себя поднос с едой. Гороховый суп-пюре, рагу из кабачков и цветной капусты яркой абстракцией украсили черную майку эльфа. Посуда звонко стукнулась о плиточный пол и разлетелась крупными осколками.
— Ой, — сказал этот двухметровый киборг-убийца. — Простите, куратор Кроу, я такой неуклюжий.
Я почувствовала, как дернулось правое веко.
Поднос, теперь уже без еды, с глухим звуком опустился на столешницу. Агент демонстративно оттянул мокрую, испачканную одежду.
— Какая незадача, — с наигранной растерянностью захлопал ресницами ушастый. — Я так виноват, куратор Кроу. Кажется, на тренировке потянул руку. Вы были правы. Не стоило сразу хвататься за штангу. Мышцы перестали слушаться.
Теперь у меня дернулось левое веко.
Шокированная изворотливостью и наглостью Агента, я застыла на стуле с комично распахнутым ртом.
— Сидите, сидите, — продолжил эльф, всеми силами стараясь выглядеть виноватым. — Я сам схожу в квартиру за чистой одеждой. Надо сменить майку. И принять душ, — он покрутил между пальцами светлый локон, испачканный в супе. — Не волнуйтесь. Я справлюсь самостоятельно. А вы сидите обедайте. По дороге в квартиру со мной ничего не случится. Скорее всего.
Вот же стервец! Прекрасно знает, что я не отпущу его разгуливать по базе в одиночку. Инструкция это запрещает, а в столовой повсюду камеры. Да и мне будет неспокойно бросать его без присмотра.
Поганец! Поклялся не изображать сбой программы, но все равно нашел способ меня довести! Манипулятор хренов!
Можно, конечно, приказать Агенту сесть за стол в грязной и прилипшей к телу одежде, но кем я тогда буду выглядеть в глазах Хосса? Чокнутой садисткой?
Боги, за что вы послали мне этого паршивца!
Красная от злости, я поднялась на ноги, и глаза моего хитрожопого зайки сверкнули торжеством.
— Извини, Итен, пообедаем вместе в другой раз.
*
— Ты специально это сделал!
— Не понимаю, о чем ты, куратор.
— Специально опрокинул на себя поднос! — Злая, как тысяча чертей, я стукнула рукой по новому биометрическому замку. Сканер считал рисунок линий на моей ладони, и дверь открылась. Квартира встретила нас гулкой тишиной и ароматом лимонного освежителя воздуха.
— Это вышло случайно, куратор. Зря я тебя не послушался. Не надо было сразу после беговой дорожки хвататься за штангу. Мышцы…
— Хватит ездить мне по ушам!
Эльф опустил голову, но не в жесте виноватой покорности. Вот уж нет! Никакой вины этот ушастый манипулятор за собой не чувствовал, а голову опустил, чтобы прикрыть волосами лицо, точнее, довольную улыбку, тронувшую губы.
— Радуешься? — прищурилась я.
— Чему мне радоваться? — отозвался Агент счастливым тоном, не вязавшимся с его образом психованного киборга-убийцы. — Не понимаю, почему ты решила, что поднос я перевернул намеренно. Зачем мне было размазывать по себе еду? Это нелогично.
Да он издевается!
— Но, если хочешь, — эльф облизал губы, — можешь меня наказать. Если тебя это успокоит.
Серебристые глаза сверкнули лукавством. Я аж опешила от такого неожиданного поворота. Похоже, в качестве куратора я вела себя непозволительно мягко, и этот паршивец решил, что может вить из меня веревки. Так дело не пойдет!
 
— И накажу.
Агент снова улыбнулся, ни капли не поверив моим словам.
— Я в душ. Нельзя садиться за стол грязным, — развернувшись, он послал мне игривый взгляд через плечо. — Куратор, вы потрете мне спинку?
Вдоволь насладившись видом моей отвисшей челюсти, эльф направился в ванную, а чтобы окончательно меня добить, начал раздеваться прямо на ходу.
Стервец! Негодник!
Ну вот что он устроил? Почему так себя ведет? Решил сменить тактику?
— Куратор! — раздался из-за двери ванной веселый и немного издевательский голос. — Ты нарушаешь инструкцию. Тебе нельзя спускать с меня глаз.
В душевой меня предсказуемо ожидала очередная проверка на прочность. Это было не мытье, а чертов стриптиз. Намыливаясь, Агент гладил себя по груди, скользил мочалкой по твердому животу, и каждое его движение было слишком томным, пронизанным невыносимым эротизмом. В который раз эльф откровенно предлагал себя, но только без слов.
В какой-то момент я почти соблазнилась, почти поддалась искушению и неосознанно шагнула вперед, к душевой кабине, к прекрасному мокрому телу за прозрачным стеклом, но тут взгляд скользнул Агенту ниже пояса и зацепился за мягкий член. Не возбужден. Эльф по-прежнему был не возбужден. Действие подавителей закончилось, но организм еще не восстановился после многолетнего приема химии. Понимание отрезвило.
— Куратор?
Под разочарованным взглядом Агента я отвернулась к стене и рассматривала ее до тех пор, пока шум воды за спиной не стих. А стих он быстро. Без зрителей представление потеряло актуальность. Эльф поспешил закончить с водными процедурами, и по влажной плитке в мою сторону зашуршали шаги.
— Куратор? Ала… Куратор? — Теплая ладонь легла на плечо. — Что-то не так?
К счастью, прежде чем подойти ко мне, Эль догадался обернуть бедра полотенцем.
— Все в порядке, Агент. — Я накрыла его руку своей. — Идем обедать. Умираю от голода. Думаю, ты тоже.
*
Я ненавидела, когда Эль-Охтарон, не зная, чем себя занять, впивался в меня тяжелым немигающим взглядом и смотрел, смотрел, доводя до белого каления. В конце концов, я была не рыбкой в аквариуме, не новым сериалом, идущим по телевизору. Столь пристальное внимание не нравилось, раздражало. Поэтому я нашла Агенту развлечение — вложила в одну его руку кухонный нож, в другую – перец.
— Режь соломкой, — приказала я и после короткого инструктажа опустила на стол разделочную доску. — Из столовой ты меня выкурил, так что будешь помогать. На обед салат и куриные стейки. Я займусь мясом, ты – овощами.
— Есть заняться овощами! — Агент просиял, словно его не готовить заставили, а показали выход на свободу.
Кивнув, я зажгла плиту.
Гудела вытяжка, шкварчало масло в разогретой сковороде. В тишине раздавался ритмичный стук ножа, нарезающего овощи. Эльф молчал, сосредоточенный на своем деле, такой милый и домашний в белом фартуке, найденном в шкафу.
— Дай-ка. — Встав за спиной Агента, я убрала от его лица длинные волосы и завязала под затылком в хвост, чтобы не мешали. Эль ответил благодарным взглядом и легкой улыбкой. В этот момент мне вдруг до безумия захотелось его поцеловать. Не просто клюнуть в щеку, а обхватить ладонями лицо, заставив эльфа наклониться, и в ожидании, в жадном нетерпении приоткрыть рот навстречу его приближающимся губам.
Черт…
Возбуждение, как молния, прострелило низ живота, и я испуганно отшатнулась от Агента. От этого живого оружия. Имущества империи. Прекрасного мужчины, влюбляться в которого нельзя было ни под каким предлогом.
Держись, Алайна. Не совершай ошибок.
Занервничав, я схватила лежащий на столе нож и принялась нарезать помидоры в попытке выглядеть равнодушной. Обмануть саму себя. Притвориться, что не было этого мига уютной близости. Как не было и мыслей о поцелуе, о чужих податливых губах, и желания остановить весь мир хотя бы на секунду. Прекратить быть теми, кто мы есть, — бесправным пленником и его таким же бесправным куратором, неспособным ничем ему помочь.